Мой ангел или разбудить спящего принца (СИ) - Малышкина Яна - Страница 10

Даже не представляю, как Арсений всё это выдержал. Но, что приятно, он оставался рядом.

Во вторую ночь я не могла заснуть. Мне было холодно. Я тряслась под одеялом и не могла согреться. Но, что ужасно, у меня появилось чувство, что так всё и останется. И я не пойду на поправку. Банальная истерика.

Я когда болею, то хандрю. И вот.

Арс терпел так час. Пытался уговорить меня, что всё будет хорошо. Что я обязательно поправлюсь и что проживу ещё дольше него. Но всё было бесполезно. Я начала себя жалеть и не могла остановится.

Тогда Арсений плюнул и ушел. Бросил!

Так я тогда подумала и очень обиделась. Да, он посторонний мне человек, но зачем тогда меня надо было сюда везти и оставлять? Отдал бы девочкам, а сам не мучился.

Но через пять минут парень вернулся.

С двумя одеялами и большими носками.

Он прошел к кровати и, достав смартфон, бросил его на тумбочку рядом. Сложил одеяла на край постели. И взяв носки, откинул одеяла с моих ног.

Я хотела возмутиться. Мне и так холодно, а он!

Но не успела. Арс быстро натянул на мои ножки носки и накрыл одеялом. А взяв те, которые принес с собой, тоже накрыл сверху.

Тяжело-о! Начала пыхтеть. Хотела их скинуть, но следующие действия парня повергли меня в такой шок, что забыла про это.

Арсений не стал садиться в кресло, как он делал это все время. Он прилег рядом со мной и, подоткнув одеяло, обнял одной рукой. И решил спать!

Кажется, в тот момент в шоке была и моя болезнь. Как это её не убоялись.

Только хотела поинтересоваться, чего он. Как парень ответил, не открывая глаз.

— Спи. Я буду рядом.

И все.

И я действительно уснула. Стало спокойно. А подумав, что парню может стать холодно, я аккуратно укрыла его, чтобы не разбудить. В какой-то момент, мы поменялись местами. И теперь я его обнимала, как плюшевого мишку.

Позже узнала, что Арс так и не спал тогда. Караулил, если мне станет хуже.

На пятый день мне стало лучше. Но Арс был неумолим и сказал продолжать пить таблетки и лечиться.

Парень хотел пригласить доктора, чтобы он меня осмотрел. Но я была против. Вот и мучалась одна в комнате от безделья. Больше самовольно я её не покидала и постельный режим не нарушала. И (эх!) к технике не лезла.

На следующий день я согласилась на доктора.

Пришел мужчина в годах, осмотрел меня, поспрашивал. И сказал, что я иду на поправку. Ещё пару-тройку дней и буду здоровой. Главное, он разрешил мне вставать! Но сильно утомляться всё же не рекомендовал.

После этого я уже спросила разрешение смотреть фильмы и болтать с подружками. Арс против не был, сказал только окна не открывать и босиком не ходить.

Ура!!!

Но телик мне быстро надоел, девочки готовились к сессии. Мне бы тоже не мешало. И я даже тетрадки открывала и читала.

Мне их, как и одежду привез Арс. Он предложил заехать за моими вещами, и я позвонила девочкам, чтобы они собрали мне вещи и передали парню. После того, как Арс привёз мне вещи, подружки обещали устроить мне настоящий допрос с пристрастием, где я нашла ТАКОГО парня.

И вот, когда блуждала по дому и зашла в коридор возле входной двери. Я туда не заходила, на улицу-то мне нельзя. И увидела там свой пакет. Краски! Карандаши! Альбомы!

Все, я пропала!

У Арса очень красивая квартира. Оформлено все было в светлых тонах, изящное и казалось хрупким. Много пространства и света. Мне очень нравилось. Наверное, я бы тоже так всё обставила.

Особенно мне понравилось делать эскизы вида из панорамных окон в гостиной.

Я подтащила ковер-шкуру к окну, садилась на него по-турецки и рисовала. Могла так просидеть полдня или даже больше. Арсений старался меня не отвлекать в такие моменты. Как я успела заметить, он вообще двигается очень мягко и бесшумно.

А после того, как он увидел меня так в первый раз, то на следующий день в гостиной на диване лежала новая упаковка бумаги. Это, конечно, не альбомы, но я и им была рада.

Всё же Арс был очень внимательным и заботливым.

Мне, если честно, больше чем рисовать виды из окна, нравилось рисовать самого Арса. Попросить его мне попозировать я не решалась. Видела же, что он и так старается быть как можно больше дома и уделять мне внимание по максимуму. И просить о большем было бы с моей стороны не очень красиво.

Но я же не зря его так внимательно рассматривала! Я запоминала.

У меня, как и у любого художника, хорошая визуальная память.

Сколько я сделала набросков! Несколько получились, как полноценные картины. Они были чудесны!

И я их прятала. От Арса…

Придумать, куда их спрятать, было сложно. Всё-таки этоне мой дом. Поэтому я прятала между стенкой и матрасом, за подушкой, в своей комнате.

Эх, может всё же мне когда-нибудь удастся уговорить его мне попозировать…

В пятницу я чувствовала себя замечательно. Болезнь практически прошла, а это значит, что скоро я возвращаюсь на учебу. Но о грустном я старалась не думать.

А Арсений столько для меня сделал. Заботился, кормил, врача приглашал, лекарства купил. В общем, я была ему так благодарна. Мои рисунки у него и так были. При чем, по всей квартире. И мне хотелось его поблагодарить по-другому.

Сидела на диване, водила карандашом по бумаге и думала как.

Линия, еще одна линия. Рука рисовала непроизвольно.

Взглянула на листок, посмотреть, что получилось. М-да. Еще один лист, который придется спрятать. С бумаги на меня смотрел Арс.

— Вот, что мне для тебя сделать, а? Молчишь? И я не знаю, — вздохнула.

Он сегодня задерживается. По работе что-то. Поэтому ужин будет позже. Ну или если я хочу, то могу сама поужинать. Но я всегда его ждала. Одной кушать не очень интересно.

Точно! Еда!

Я приготовлю ужин. И такай… такай… что ух! Пальчики оближешь!

Вскочила с дивана, быстро спрятав рисунок в комнате, где спала, побежала на кухню. Так, холодильник.

Отлично! Продуктов много, значит можно готовить.

То, что до этого я готовила редко. Дома этим занималась мама, а в общежитии девочки. Меня мало смущало. Главное, это энтузиазм и желание. А все остальное приложится. Тем более, что я видела, как это делают мама с подружками.

Вперёд!

Достаю продукты, предвкушающее улыбаясь. Представляю, как Арс обрадуется, и ему понравится!

Дверцы лифта распахнулись, и я вышел в коридор подъезда. Сегодняшний день, наконец, закончился. После обеда пришлось решать кое-какие вопросы в срочном порядке. И лично. Так что сегодня я задержался.

Взгляд остановился на двери родной квартиры. А вечер только начинается.

Подошёл к двери и позвонил в звонок. Привалившись плечом к стене рядом, стал ждать. Мысли медленно ползли и отказывались становится чем-то связным.

Щёлкнул замок и двери открылись.

— Привет, — Лина была запыхавшаяся и какая-то всклокоченная. — Как дела?

— Привет, — ответил я, проходя в коридор. — С тобой всё хорошо?

— Да. А почему спрашиваешь? — Лина удивлённо на меня посмотрела карими глазами.

— У тебя майонез на волосах. Щека в муке, а футболка испачкана вареньем. Так что, всё хорошо? — улыбнувшись произнес я.

— Да… Ой! — девушка посмотрела на свою футболку. Провела рукой по волосам и, посмотрев на результат, повторила. — Ой!

— Лин, не хочу показаться навязчивым, но что это за странный запах? Мы горим?

Убрал пальто в шкаф и принюхался. До коридора доносился шум работающей вытяжки.

— Надеюсь, ты не сожгла квартиру? — задал вопрос я, прикидывая, где можно будет жить, если я прав.

Хм, у Марка можно. Все равно друг отдыхает, и квартира стоит пустая. Думаю, он не обидится.

— Нн…нет, уже нет- пробормотала Лина, вытирая майонез с руки футболкой.

Фраза девушки заставила на нее посмотреть заинтересованно.

Простите, УЖЕ нет? То есть горели?

БАХХХ!!!! БАМС!!!БАМС!!!

— Это что? — спросил я, замерев и сосредоточившись.