Ангел для Демона (СИ) - Николаева Елена - Страница 40

— Я напугал тебя? Ты вся дрожишь… Мммм… И так вкусно пахнешь.

Словно избалованная кошечка, потёрлась ушком о его щёку, наслаждаясь лёгкой небритостью. В каждой клеточке моего тела покалывали мурашки, предательски выползая наружу, раскрывая мою реакцию на любимого человека.

— Кто тебя впустил? Разве мама не уехала? — всё никак не могла прийти в себя и начать связно мыслить.

— Она должна была уехать?? — с неким замешательством переспросил и ещё крепче стиснул объятия, целуя меня в шею за ушком. Коленки дрожат, ноги становятся, будто желе, и хочется свалиться на пол, выскользнув из плена сильных рук. — А папа? Разве он не дома?

— Он на дежурстве. Почему ты так удивлён?

Дима хмыкнул и тихо засмеялся.

— Знал бы, что ты одна, не рисковал бы своей жизнью и свободой. Мне пришлось воспользоваться способностями супергероя и забраться к своей любимой девочке через балкон.

— Ты ненормальный?! — адреналин сделал резкий скачек в крови и я попыталась развернуться к Диме лицом, но он меня удержал, прижимаясь ко мне всем своим жарким и твёрдым телом. — Я целый день ждала твоего звонка! Как ты сюда залез? А если бы свалился, чокнутый Ромео! Пусти!

— Ш-шш… Я знаю, малыш, поэтому захватил твой мобильный, чтобы ты больше не молчала целую вечность в дали от меня. Я соскучился… Очень…

Я стала вырываться, чтобы посмотреть в глаза своему любимому идиоту. За такой безумный поступок хотелось его прибить или, хотяб, настучать по адвокатской башке. Пытаюсь руками разжать крепкую хватку Дмитрия, в то время, как банное полотенце предательским образом скользнуло вниз к моим стопам.

— Ох!.. — всё, что я смогла выдавить из себя, покрываясь густым румянцем. Руки молниеносно опустились на стратегически важные объекты моего тела, чтобы хоть как-то прикрыть наготу.



Дмитрий.

Ловлю в зеркале её обречённый, карамельный взгляд и от этого ещё больше завожусь. От того, как она по-детски себя ведёт, прикусывает губку, краснеет и сводит вместе коленки. Невероятно дикое смущение девчонки струится по всему хрупкому, прекрасному телу, играет яркими красками на бледноватой, густо засеянной мурашками коже, чем и сводит меня с ума, заставляет мои жилки в определенных местах бешено пульсировать, вколачиваться в напряжённые клетки, долбить их со всей дури. Я понимаю, что уже не смогу и шага ступить прочь из этого дома, чтобы увезти её от сюда без препятствий на свою личную территорию. Меня накрыла бешеная страсть, животное желание овладеть этим хрупким созданием, смять под себя и раствориться в ней до последнего изматывающего рывка. Искушение властвовать над её юным телом так велико, что с ним невыносимо тяжело бороться! Единственная прочная цепь, которая сдерживала мои порывы, была скованная из её невинности.

До недавнего времени для меня секс являлся безудержным марафоном, чем-то диким, разрывающим в клочья всё, что попадалось на моём пути. Я неистово гасил свою жажду в женских телах, добираясь к финишу довольным и уставшим от процесса. С Линой всё по-другому. От бережных прикосновений к её телу, мной обуревали дикое притяжение и восторг. Преобладала нежность на ряду с непонятной для меня неловкостью. Я боялся спешить, запрещая себе своевольничать по отношению к ней, но сейчас сердце у самого выпрыгивает из груди, предвкушая умопомрачительный миг того, что явно должно с нами произойти, именно здесь, в это время, в её уютной комнате, на этих свежих, в мелкий цветочек, простынях. Я безумно хотел свою жену. До остроты натянутых нервов мечтал погрузиться в горячую влагу её тесной плоти. По венам разливалось давно забытое чувство любви, распирало меня всего и везде, бешено пульсировало, заводило с пол оборота.

— Опусти руки, мой Ангел, хочу насладиться твоей девственной красотой в первый и последний раз.

Лина ещё больше покрылась румянцем и, кажется, перестала дышать. Недовольно свожу брови и закрываю на секунду глаза, одобрительно кивнув головой. — Опускай… Ты не должна стесняться меня, а тем более бояться своего мужа! Сегодня я помогу тебе самой решить и прочувствовать: чего ты хочешь на самом деле…

Непорочная маленькая фея боязно и несмело опустила руки вдоль соблазнительного, упругого корпуса. Боже, может для кого-то она покажется обычной и худенькой девчонкой, без пышных пропорциональных форм, но для меня она идеальна! Миниатюрная куколка с вторым размером груди и с маленькими розовыми сосками, которые так соблазнительно торчали вверх, дразня моё железное терпение. Глубокий, резкий вдох, и мои пальцы пробежались по тонким рёбрам, перебирая каждую косточку. Лина втянула в себя воздух и задрожала, прикрывая глаза, при этом, слегка напрягла своё тело, опираясь на меня спиной. Тонкая точёная талия, на которой можно с лёгкостью сомкнуть свои пальцы. Плоский животик с очаровательным пупком ещё больше втянулся и прилип к спине из-за прикосновений моих ладоней. Глаза жадно ласкали каждый дюйм белоснежного, бархатистого тела, опускались всё ниже, к заветной цели, к маленькому, идеальному треугольничку. В брюках невыносимо тесно. Ноет до безумия, да так, что хочется сорваться и вклинится между округлых бёдер, резво взять то, что уже по праву моё — сладкое, манящее, горячее и несомненно влажное…

— Дай мне минуту, малыш. Не хочу касаться тебя грязными руками.

Лина.

Он слегка прикусил мою шею сзади и следом поцеловал, обжигая своим выдохом и без того разгоряченную, чувствительную кожу. Затем резко поднял на руки — я и пискнуть не успела, как Дима прислонился ко мне лбом и прошептал с лукавой усмешкой на губах:

— Я сейчас вернусь, жди мужа в кровати.

Сделал пару шагов, опустил меня, ошеломлённую, на мягкую постель, нежно целуя в губы, затем, разорвав с трудом наш проникновенный поцелуй, скрылся за дверью в ванной и включил воду. У меня было пару минут, чтобы прийти в себя и понять — дороги назад больше нет и не будет, сегодня ночью я стану его женщиной, не из-за того, что Дима так сильно меня хочет, а потому, что моё тело само умоляло об этом, жаждало его любви и ласки, изнывало от нетерпения оказаться в его власти.

Забираюсь голая под тонкое одеяло и дрожу вся от страха. Мне впервые придётся увидеть в своей кровати обнажённого мужчину, подпустить к себе настолько близко, чтобы позволить любить себя в первый раз. Вспоминаю в подробностях рассказы девчонок из группы об их «первом разе», и паника медленно накрывает меня с головой. Оказывается, танцевать в нижнем белье перед огромной аудиторией взрослых мужчин не так уж и страшно, в сравнении с тем, что сейчас мне предстоит пережить. Вскакиваю с кровати, словно ошпаренная, и достаю первую попавшуюся вещь с трусиками из шкафа, одеваюсь на скорую руку и выхожу на балкон, так как в комнате совсем нечем дышать. Муж не заставил себя долго ждать и окликнул меня шутливым тоном:

— Повторять чужие трюки опасно для жизни, милая!

Набирая номер в мобильном, обнял меня за плечи, оперевшись бедром о перила балкона рядом со мной.

— Операция прошла успешно. Жена рядом. Можете валить, проветрить свои ширинки!

— Ты совсем сдурел, самурай хренов? У тёщи под боком? Когда ты только успел стать привилегированным членом??

— Это что? Группа поддержки? — возмутилась я, услышав на заднем фоне хохот Соловьева в трубке. Слово «член» было выделено особой интонацией. Димка тоже рассмеялся.

— Да нет, Костян, дом полностью в нашем распоряжении. До утра можешь не беспокоить.

— Димыч, бл**ть! А на хрена тогда было затевать весь этот цирк? Тебе повезёт, если соседи не вызовут омоновцев! Твоя задница, словно маяк, зависла и болталась минуты три на верёвке между первым и вторым этажами! Перед тем, как начнёте трахаться, повесь таблички с предупреждением о том, что в доме агрессивный и злой кобель. Не беспокоить, не то загрызёт!



— Ты ещё отсалютуй петардами в честь нашей росписи. Можешь транспаранты рядом с домом подержать до прихода тёщи! Валите к девочкам, я и без вас разберусь какие таблички мне вешать и куда!