Механический Зверь. Часть 6, Тот, кто сражается с чудовищами (СИ) - Розин Юрий - Страница 38

-На самом деле, - начал он, решившись прыгнуть в бездну, – вопрос стоит немного иначе. А именно: “Что я могу сказать или предложить, чтобы вы, тиреи, наконец-то начали войну с человечеством?”

Глава 19

Уйти, вернее уплыть, из здания местного правительства, находившегося в самом центре купола-китона и имевшего форму идеального шара (видимо отчасти поэтому органы власти назывались Большой и Малой сферами), Лаз не успел. После долгих и сложных переговоров, куда более запутанных, чем те, что прервала атака культа Монарха в Брайме, его, уже покидающего здание вместе с охраной, остановили. Двое рыболюдей, обменявшись парой слов с его стражами на каком-то то ли жаргоне, то ли просто другом языке, присоединились к процессии. Из руки одного из незнакомцев в ладонь стража перекочевал небольшой, гладкий, словно галька, камешек. Не деньги, Лаз уже успел познакомиться с местной финансовой системой, да и на драгоценность похоже не было. А вот магией фонило изрядно.

Молодой человек возражать, естественно, не стал. Интрига была крайне занимательной, да к тому же ему лично вряд ли что-то угрожало. Проплыв несколько сот метров впятером: он, двое охранников и двое чужаков — они вдруг резко завернули вниз, в довольно узкий переход между уровнями города. Преодолев перемычку, двое стражей, сопровождавших Лаза весь последний месяц, ни слова не сказав, развернулись и отправились в направлении того места. Где Лаз жил с, что занимательно, точной копией его самого. Судя по всему, появилась эта копия как раз из того камешка.

Один из оставшихся с ним тиреев, вежливо кивнув, приглашающим жестом пригласил следовать за ними, напоследок приложив ладонь к губам, как бы прося молчать. Интрига закручивалась и Лаз не мог сдержать улыбки. Сам он, по большому счету, в шпионских играх никогда не участвовал, хотя много куда пробирался и много что крал, однако идея тайных агентов, секретных паролей и тому подобного привлекала его чрезвычайно. Даже несмотря на то, что прямо сейчас главным его противником и было такое вот тайное общество, с паролями, явками, сетью осведомителей и тому подобным. Даже когда твоему мозгу скоро исполнится шестьдесят, детские страсти не хотят отпускать.

Они плыли довольно долго. В Кетании, где в любую точку можно было доплыть практически по прямой, полчаса дороги из самого центра означали, что конец маршрута находится у самой границы купола. Так и было. Если точнее, у нижней границы. На глубине трех километров под поверхностью земли свет был исключительно искусственный, холодный во всех смыслах этого слова. Вода стала довольно грязной от опускающегося сверху мусора, давление, пусть и корректировалось магией, все равно создавало неприятное ощущение в жабрах и по всему телу, улицы выглядели запущенными, а некоторые дома – необитаемыми. Даже в идеальном городе были свои трущобы.

За все это время ни Лаз, ни его провожатые не произнесли ни слова. И отчасти было понятно, зачем. В тот момент, когда настоящие охранники поплыли в другую сторону с поддельным Лазом, молодой человек почувствовал, как на него опускается тонкая вуаль очень сложной и изящной магии. Основывалась она на законах магии пространства тиреев, которых Лаз не понимал полностью, так что расшифровать ее структуру у него не получилось, но примерное предназначение он понял. Довольно очевидно, это была маскировка. Понятное дело, появление двух Лазов в разных местах было бы подозрительно. Однако, похоже, звук это заклинание не скрывало. Так что игра в молчанку была оправдана.

Но, наконец, их путь подошел к концу. Обычно здания в Кетании строились от одной границы разделения уровней до другой, являясь одновременно еще и опорами конструкции. Но этот маленький домик был всего лишь одноэтажным. Вернее, даже не домик. Лаз, успевший изучить как китон исследователей на южном континенте, так и саму столицу, тут же понял, что это, похожее по форме на муравейник здание также было китоном, просто очень маленьким. Подплыв к одной из сторон муравейника, ничем внешне не отличающейся от остальных, один из стражей, видимо старший в паре, замер на пару секунд, а потом уже использовавшимся жестом предложил Лазу войти. Сами они, похоже, такой чести удостоены не были.

-Здравствуйте, Лазарис.

Внутри китона, неожиданно, воды не было. Так сказать, пузырек внутри аквариума.

Игранта, та самая женщина-маг из Малой Сферы, сидела во вполне человеческом кресле и пила из вполне человеческой чашки, судя по запаху, какой-то отвар из водорослей. Ну, не всему же подражать. Спящий тирей с совета, тот самый, что по ощущениям Лаза был Мастером, тоже присутствовал. Звали его, как молодой человек успел выяснить, Мусса и он был главой ученого совета Кетании, то есть, в каком-то смысле, официально умнейшим человеком в стране. И теперь он уже не был расслабленным и сонным. Буквально в каждом его движении чувствовалась невероятная энергия, желание и готовность к действию, что угодно, лишь бы не сидеть на месте. Перемена была столь разительной, что, если бы не та же самая аура, Лаз, еще не слишком хорошо различающий лица тиреев, его бы и не узнал. Именно он поприветствовал гостя, отчасти от нетерпения, отчасти, чтобы дать понять: тут говорить уже можно.

-Здравствуйте. — Тело Лаза начало меняться и через несколько секунд вернулось к его эталонному человеческому облику. – Вы тут все очень неплохо устроили, стоит признать.

Мусса впился в него глазами, словно хотел сожрать. Лаз, на секунду даже почувствовав неловкость, оглядел себя с ног до головы. Высокий молодой человек лет тридцати, белоснежные волосы, гладко выбритый, черные с небольшим прищуром глаза, строгий серый костюм – тройка. На мизинце с недавнего времени – медного отлива перстень со стилизованным изображением ревущей драконьей головы. Так выглядел аппарат-передатчик из маго-металла, с помощью которого они с Айной поддерживали связь. У девушки кольцо тоже было, но куда более изящное, выполненное в форме двух ангельских крыльев.

Давая ей это кольцо, Лаз едва удержался от того, чтобы тут же на месте сделать предложение. И повод был вполне уместный: он отправлялся в дальнее и опасное путешествие, и реквизит сам намекал на соответствующие слова, про чувства и говорить не стоит. Однако, взглянув на Айну, лежащую в кровати, бледную и заметно похудевшую после перенапряжения души, он решил промолчать. Он сделает предложение только после того, как исчезнет любая вероятность повторения подобного.

-Благодарю, это приятно слышать. — Игранта отставила чашечку на все еще вполне человеческий столик.

Правда, стоило все-таки сделать оговорку, что все это имело размеры вовсе не человеческие, так как тиреи в среднем были ростом метра три с лишним. Для Лаза, однако, было приготовлено уже по-настоящему человеческое место, и по форме, и по габаритам. В это кресло он и сел, не дожидаясь приглашения. Вряд ли эти двое ждали еще кого-то его роста.

-Вы, что же, обустраивали тут все лично? — Спросил молодой человек, оглядывая книжные шкафы, полные бумажных изданий, явно свеженапечатанных, сервант с посудой, люстру со свечами под потолком и все остальное, совершенно непонятное и недоступное сознанию обитающих по большей части в воде существ.

-Именно так. Вас это удивляет?

-Да, если честно. Не понимаю, где вы достали, к примеру, книги или… – Лаз замялся. В тирейском языке вроде бы даже не было слова “свеча”, или хотя бы чего-то примерно похожего. Так что он просто указал на люстру. Игранта его поняла.

-Ну, скажем так. – Она бросила быстрый взгляд на Муссу, тот ответил тем же. – В этом я… Мастер. — И они застыли, напряженно вглядываясь в реакцию Лаза.

-Вы поняли верно, — молодой человек поднял руки, будто сдаваясь. Скрываться не было смысла. Тем более, эти двое, похоже, не имели никаких дурных намерений. – Мастер Метаморфоз, приятно познакомиться.

Лаз специально потратил пол дня, разыскивая название своей специализации на языке тиреев. К сожалению, слова “Метаморфоза” в Кетании не было, так что пришлось использовать самое близкое, что удалось найти. Однако, естественно, слово, обозначающее процесс превращения полипа в медузу, было куда менее внушительным и звучным, так что Игранта и Мусса поначалу даже смутились. Впрочем, оба были очень умны, так что быстро поняли причину такого странного наименования.