Арма (СИ) - Годына Виталий - Страница 35

— Пожалуйста, проследи, чтобы турнир не начался раньше времени. Знаю я эту молодежь…

*

В отличие от других мест и городов, в Калидуме закат был необычайно красив и полон ярких красок. Купол, защищавший город, слегка искажал цвета небосвода, облаков и пустошей, придавая им бордовые и темно-фиолетовые оттенки. Горожане заканчивали свою работу и заполоняли улицы, радовались, создавая атмосферу грядущего праздника. Через пару дней начнется зрелищное действо, проходящее раз в девять лет. И имя ему — Фестиваль мастеров Армы.

Но Герцу было не до этого. Вымотавшийся мечник, казалось, обошел чуть ли не весь город в поисках друга. Первым делом он посетил лечебницы. Как оказалось, Мироэн какое-то время отлеживался в самой отдаленной и обеднелой из них всех. Увидев её фасад и внутренности, трещащие по швам стены и то, с каким отчаянием туда приходят люди, герой понял, почему приятель не захотел оставаться.

Поиски затянулись. Ему очень хотелось снять стресс при помощи выпивки и табака, но ни того, ни другого под рукой не оказалось. Герц устал, поэтому был не так подвижен. Тот темп, запал, с которым он пытался отыскать Люмийского, поубавился. И тут на помощь пришла завсегдатая Фортуна.

Он лежал без сознания, прислонившись к смолистому дереву, недалеко от городского собора.

— Эй, Миро, с тобой все хорошо? Очнись! — тревожно завопил подбежавший к нему Герц.

Слегка потрусив приятеля, он попытался его приподнять, но тот и без его помощи пришел в себя.

— О, знакомая р-рожа… — сонно прошептал Люмийский. — А где это я?..

— Что значит «рожа»? Как ты сюда попал, дубина? Мы же договорились, что встретимся в «Жале скорпиона»! — озлобленно фыркнул парень.

— Неужели великий Герц из Ланслайта, самый равнодушный человек, которого я знаю, за кого-то переживает? — на лице товарища всплыла улыбка.

Бродяга выписал страдальцу подзатыльник, чтобы тот не болтал лишнего.

— Ты словато подбирай. Я искал тебя весь день. Что произошло?

— Меня кто-то пытался убить вроде как… и… — глаза Мироэна широко раскрылись от удивления.

Засунув руку под рубаху, он ощупал правое подреберье. Бинты, как и глубокая рана, бесследно исчезли.

— Что не так?

Принц задумался, выдержав небольшую паузу.

— Идем, по дороге всё расскажу, — молвил он, пытаясь подняться на ноги. Без помощи товарища ему бы это не удалось.

— Ты меня бесишь, — признался Герц.

Глава 21. Бал Пьяной вишни

Они всю дорогу болтали без умолку, делясь впечатлениями о первом этапе фестиваля. Раньше это было своего рода устоявшейся традицией — обсуждать свои поединки и выхваляться результатом друг перед другом. Когда Герц узнал о схватке Мироэна с лавовым големом, то слегка расстроился. Его переполняла белая зависть: именно он хотел сразиться с каким-нибудь важным, сильным существом. Впрочем, посмотрев еще раз на потрепанный вид товарища, мечник передумал.

Разговор прекратился в тот момент, когда они подошли к гостинице. Поинтересовавшись у управляющего, где остановились их спутницы, парни тотчас направились в комнату. Дверца распахнулась, приковывая к себе внимание трех мирно пивших чай девушек. Войдя внутрь, Герц аккуратно уложил друга на кровать и сел рядом.

— Что произошло? Где ты его нашел? — взбудораженная Люмия подошла к Мироэну и осмотрела его. Кроме изношенной, испачканной в крови рубахи и усталости в карих глазах, она ничего подозрительного не заметила.

— Ой, это долгая история. Он говорил монотонно, проглатывая половину слов. Совсем поплыл, бедолага, — ответил Герц, вглядываясь в фарфоровые посудины. — О, а что это вы такое пьете? Я бы тоже не отказался.

Хватко достав две чашки из серванта, Антия на скорую руку приготовила ароматное питье. Неохотно приподнявшись, Мироэн взял сосуд в руки и сделал несколько медленных глотков. Напиток понемногу возвращал утраченные силы.

— Сегодня был жутко странный день, — скривив лицо, произнес парень.

— Что произошло? — повторилась Люмия.

— После поединка с монстром я очнулся в местном лазарете с глубокими ранами на руке и в боку. Никто из лекарей не стал меня осматривать — видать, повязки наложили сестры милосердия. Пробыл я там недолго — убогость и разбитость этого места вынудили меня сбежать. Скитаясь по городским улочкам, я ностальгировал до тех пор, пока боль окончательно не добила меня. Упал, потерял сознание, очнулся — ни царапины, все зажило. А рядом сидел Герц и отчитывал меня, как провинившегося пса.

— Ты заслужил, — сурово молвил бродяга, кивая головой. — Но у нас есть другая версия на этот счет.

Принц слегка отвлекся, осматривая зажившую рану на предплечье.

— То есть как это?

— В «Жале Скорпиона» мы с Люмией встретили одного человека, поведавшего очень интересные детали, которых ты не помнишь. На фестивале объявился человек, явно не скрывающий намерений тебя убить. Лишь чудо спасло твою задницу.

— Точнее, это был Седрик Рафл, — взволнованно сказал Мироэн.

— Да хоть сам Деус и все ему подобные божества. Этот парень очень лихой и непонятно, почему… Погоди, что ты сказал? Сам Седрик Рафл? Ты его видел? Он изменился? Как сильно постарел?

Восторженная реакция Герца на слова Люмийского напугала девушек.

— Нет, об этом мне сказал Эсмонд Прайер, один из Высших Мастеров, — спокойно ответил приятель.

— Это еще кто?

— Очень мерзкий человек, как по мне. Со временем узнаешь.

— Покажи на него пальцем, хорошо? Чтобы я точно его запомнил, — улыбнувшись, отшутился Герц.

Антия, Люмия и Мирана продолжали молчать, чувствовали себя лишними — даже несмотря на то, что это была их комната. Хоть Люмия и успела прочитать биографию этих персон из библиотечных книг, она все же не смогла понять, почему один из них является любимчиком, а другого они просто ненавидят.

— Что еще ты знаешь об этом убийце? — поинтересовался Мироэн.

— Больше ничего. Но скажу вот что: исходя из того, как его описали, тебе стоит быть бдительнее. Вне арены — в том числе.

— Приму к сведению, — утвердительно кивнул головой Мироэн.

Первой не выдержала Мирана.

— Если вы предпочитаете общаться вдвоем, то проваливайте. Это наша комната, если что!

Друзья скосили глаза друг на друга, едва сдерживая смех. Угрозы из уст низенькой и весьма доброй характером волшебницы скорее, казались забавными, нежели вселяли страх и опаску.

— Ладно-ладно! Идем, нам здесь не рады.

Как только они собрались уходить, раздался глухой стук, чередующийся с обрывистым уханьем. Глаза путников в недоумении забегали по сторонам, пытаясь найти источник звука.

— Там! — Антия указала на окно, за которым в гуще теней притаилось нечто зловещее. Лунный свет, пробравшийся сквозь кроны, осветил две огромные ярко-золотые бусины. Посланец забил клювом по стеклу еще упорнее. Все замерли в ожидании, думая о том, кто первый осмелится впустить ночного гостя.

— Никого нет дома! Брысь! — завопил Герц, пытаясь найти что-то, что спугнет посланца.

Пернатое существо постучалось в последний раз и осознав, что перепуганные людишки ему не откроют, оставило скрученный в трубочку пергамент, гордо взмахнуло густо-серыми крыльями и улетело прочь.

— Ты что, испугался обычной совы? — хихикая, спросила Люмия у мечника.

— Ой, а сами-то! Прям в пасть льву не боитесь заглянуть! — пробормотал тот.

Антия забрала сверток и, сломав печатку, прочла содержащееся в нем сообщение. Уста расплылись в безудержной улыбке.

— Не томи, подруга! — попросила её Мирана.

Девушка радостным голосом озвучила текст письма.

«Первый этап окончен, а до второго еще есть время. Почему бы не провести его с пользой и не познакомиться поближе? Приглашаю прошедших дальше участников и их друзей на незабываемое мероприятие пляски и выпивки — бал Пьяной вишни, которое состоится завтра после заката во дворце Ривьера. Просьба не опаздывать и одеться понарядней.