Дочь моей жены (СИ) - Волкова Ольга - Страница 8

— Константин Захарович? — слышу ее тонкую трель, но девушка пытается подавить в себе тревогу. На часах уже почти одиннадцать, а я собираю свою игровую сумку с новыми стерильными атрибутами, которые запакованы в защитную пленку. Это правило, которое строго соблюдается любым Домом, чтобы сохранить здоровье не только себе, но и партнеру. Как бы то ни было, но отношения Дома и сабы прежде всего партнерские, основаны на трех фундаментальных значениях: «Безопасность. Разумность. Добровольность». Без них предполагаемому «тематику» в данной культуре делать нечего. Это уже не желание познать свои сексуальные возможности, скорее причинить боль другому человеку, и таких ублюдков развелось слишком много, желающих получить в полное подчинение сабмиссив.

— Всё готово, проходи, — жестом указывает в сторону двери, где два охранника стоят за массивной железной цепью. — Только, Кость, — Эдуард нагоняет меня, когда я поспешил пройти во внутрь помещения. Он выплюнул недокуренную сигарету и прижал окурок носком туфли, поднял голову и выпустил клубы сигаретного дыма, — не перестарайся, она всего лишь новичок. И ей нравится «тема». Не отбивай желание познать себя с другой стороны.

— Знаю, но не обещаю, — подмигнул ему, посылая ухмылку. Эдуард рассмеялся. Охрана отцепила крюк и, на недовольные возгласы молодых людей, мы зашли. Я не стал смотреть на танцпол, прекрасно понимая, что на нем происходит, кроме самих танцев. Доверять Эдуарду в его ведении бизнеса — дело пятое, главное, чтобы не выползало за рамки дозволенного. Но зная его, я уверен, тут все под контролем. Он давно горел желанием воплотить свой замысел и создать место, где было бы всё, что может доставить удовольствие. И он его создал.

Все, как и в первый мой приход: длинный коридор встретил сиянием неоновой красной подсветкой, только теперь фоном лилась не классическая композиция, а тяжелый металл-рок. Слов не разобрать, но антураж и адреналин наверняка возбуждали нервные клетки, итак, взволнованных виновников торжества. Аромат сигарного дыма мгновенно ударил в ноздри, заполняя мои легкие. На сцене шла полная подготовка к проведению церемонии, а смотрители по углам контролировали обстановку. В главной зале было столько народа, что в буквальном смысле стало тяжело протолкнуться к барной стойке. На удивление, сегодня никто не был разряжен во все кожаное шмотье, никаких цепей и прочей херни, которую любили ассоциировать с «темой». Конечно, это право каждого, отождествлять культуру, как ему удобно, но только не вводить в заблуждение — это отвратительно.

— Константин? — кто-то хлопнул меня по плечу, пока я осматривался, затем я распознал голос мужчины. Обернулся, улыбаясь тому. — Вячеслав, рад видеть тебя.

Еще одна акула в нашем мире, готовая слопать с потрохами, только меня он не трогает. Знает, что однажды я уже дал ему шанс и отошел в сторону, когда его компания практически рушилась на глазах. Акции и активы упали ниже некуда, и вместо того, чтобы их выкупить задаром, я вложил в них свою часть, тем самым помогая Вячеславу остаться на плаву в кругах элиты. С тех пор прошло достаточно времени и долг давно оплачен, но друзьями мы не стали, отчасти потому, что случалось такое — мы разделяли женщин в «теме». Это происходило не намеренно, просто партнерши видят верхних и желают попробовать максимум разнообразия.

— Тоже рад, — он кивает, — смотрю, ты со своим? Неужели уже успел поймать улов? — шутит, но в словах подтекст.

— Нашел, — соглашаюсь с ним, и в этот момент мои глаза цепляются за силуэт девушки, которая стоит к нам спиной чуть поодаль. Но ее изгибы тела, покрытых в кожаные легинсы, качественно подчеркивающие ягодицы и саму тонкую талию, вьющиеся русые волосы, зачесанные на один бок, тем самым открывают обзор на шею, выдают в ней ту самую незнакомку. Я шумно сглотнул, представив тот момент, который проиграл в голове, находясь в офисе. Я буквально возжелал прямо сейчас попробовать Вику, наплевать на распорядок и правила. Но не мог, иначе какой из меня Дом, если не могу контролировать свой порыв. Вячеслав заметил, что я уже не на нашей разговорной волне, ухмыльнувшись, тоже проследил, куда я смотрю так неотрывно.

— О! — он высказался слишком восторженно, и в его глазах вспыхнул огонь. Мне не понравилась его реакция, но не смел высказать это вслух.

— Ты ее знаешь? — поинтересовался, кивая в сторону девушки. Вика была занята разговорами. Она теребила в руках какую-то бумагу. Скручивала ее в трубочку и била ею себе по второй ладошке. Нервничала, и пыталась скрыть волнение. Вячеслав даже облизнулся, но тут же весь туман дурмана сошел с его глаз, будто что-то вспомнил.

— Да, это дочь Вознесенского. Твоего партнера, — уточняет, а я стою непрошибаем. Кажется, хотел удивить, но не вышло. Он откашлялся, а потом снова кинул в ее сторону свой взгляд, только совершенно безучастный. — Не удивлен, что она здесь. Ищет себе Дома, готового научить получать максимум от ощущений. Но слишком строптивая я бы сказал.

— Мы не обсуждаем сабмиссив, — напомнил мужчине, грубо обрывая его дальнейшую мысль. Уж больно не понравилось мне, что Вячеслав, как истинный верхний, стал пренебрегать условностям. Он кивнул мне, но сжал обе руки в кулаки, вызывая во мне подозрительные ноты, или сигналы. Затем Вячеслав извинился еще раз и поспешил оставить меня одного. Я проследил за ним. Мужчина уже находился у барной стойки, а бармен принимал заказ, внимательно слушая своего клиента. Затем снова возвратил свой взгляд туда, где была Вика, но девушка исчезла, будто испарилась. Минуту другую искал ее в толпе, но потом замер на месте, когда женские руки обвили мою талию. Я узнал ее аромат духов. Обернулся.

— Не кажется тебе, что ты слишком вольная для сабочки, девочка? — ухмыльнувшись, задаю ей вопрос. Она отшатнулась от меня и тут же опустила глаза. Подчиняется. — Не сейчас, — касаюсь подбородка Вики и поднимаю лицо девушки на уровень своих глаз. Янтарный цвет полностью налит желанием, только Виктория спешит, для начала повторим урок и обсудим пару моментов. — После церемонии буду ждать тебя в той комнате, — отдаю приказ, намеренно замаскировав его под просьбу. Вика шумно сглотнула, моргнув пару раз, будто просыпается ото сна. Я не говорю ни слова, ожидая от нее ответа.

— Хорошо, — отвечает с хрипотцой, а щеки порозовели от духоты в зале или от того, что я все еще прикасаюсь к ее лицу и не желаю отпускать. Венка на шее пульсирует часто, опустив свой взгляд ниже, оценил наряд в виде простого черного топа. На ключице у девушки красовалась татуировка. Положил свою ладонь ей на плечо, постепенно захватывая шею, чувствую, как сердце работает с удвоенной силой. Большим пальцем глажу по рисунку, затем отодвигаю в сторону лямку, чтобы лучше разглядеть тату. Розочка и слово, но его трудно разобрать. Слишком мелкий шрифт, и проведя по надписи, Вика охнула, снова покрываясь румянцем. — Чуть позже мы обязательно поговорим с тобой, когда ты ее сделала и при каких обстоятельствах. — Вознесенская снова кивнула, пряча свою улыбку, хотя должна бояться приготовленного наказания.



Глава 7

Виктория Вознесенская

Затаив дыхание, я ждала от Константина приказа. На интуитивном уровне. Как будто он нажал особенную кнопку, и, заглядывая мне в глаза, шептал, чтобы я расслабилась.

— Виктория, — протягивает мое имя гортанным тоном голоса, когда я снова опускаю свой взгляд. Музыка набирает обороты, вводит в свойственный настроению транс, и мне хочется двигаться под нее.

Танцевать.

Только для него.

Как в той комнате.

Я снова слушаюсь его, потому что мне нравится чувствовать его ладонь на моем теле. Рука плавно скользит вверх от плеча, где Константин рассматривал мою татуировку, к шее. К сонной артерии. Снова захватывает так, будто собирается душить, но я знаю — верю ему, Дубровский не станет без моего разрешения это делать. Приоткрыв чуть рот, я глубоко втянула пропитанный табаком воздух. Вкус никотина мгновенно обжег гортань, но привыкшая к папиным сигарам, я проглотила неприятный комок в горле, и вышло немного шумно. Дубровский наблюдал за каждым моим движением. Я заметила, как его взгляд начал темнеть, словно наливался демоническими помыслами, готовый прямо здесь воплотить то, что задумал. А потом дымка развеялась, как только он взглянул на мои губы — сам облизнул свои, и я захотела последовать его примеру. Сделала шаг вперед, практически оказалась нос к носу. Благодаря высоким шпилькам, я находилась на уровне его глаз. Мои карие против его черных. По крайней мере сейчас они были именно такими. Освещение в помещение приглушенное, и многие краски сливаются со свечением тусклых ламп. На сцене сегодня выступают три пары, которых официально — при нас, свидетелях, посвятят в отношения Дом/сабмиссив. Я еще никогда не была на таком мероприятии. И, когда Дубровский позвонил, сначала опешила, рассчитав его внезапность слишком навязчивой. Но я желала его увидеть, буквально мысленно просила вселенную послать хоть какой-нибудь намёк. И она была благосклонна ко мне. А потом я набрала Вере. Подруга заверила, что сегодня вообще-то закрытое шоу, но раз мужчина велел явиться, значит хозяин клуба уже в курсе моего прихода. Правила обязывают строгого соблюдения, чтобы контролировать деятельность всего клуба и его участников.