Адвокат Доминанта (СИ) - Волкова Ольга - Страница 10

— Проваливай, — зло проговариваю, сжимая свои кулаки. Ногти впиваются в ладони, а я совершенно не чувствую боли. Меня колотит от злости, и так хочется отыграться на том, кто мне далеко не друг.

— Остынь, куколка, — улыбаясь, подмигивает. Кирилл же молчит, только крепче впился в мою руку, продолжая сдерживать мой норов. — Ветров, плохо следишь за своим добром, уведут из-под носа, даже не заметишь, — добавляет, рассмеявшись в голос.

— Света, уходи, — мягко просит Кирилл, а я удивленно уставилась на него, не веря своим ушам. Шокированная, глядела на Ветрова, ведь он никогда не обращался ко мне с такой интонацией. Боже, словно с меня свалилась пелена, закрывающая истинную сущность моего мужчины. Во второй раз вырываюсь из крепкой хватки Кира, и, развернувшись на пятках, я рванула из уборной, желая скорее скрыться ото всех. Пусть сам разбирается с рыжей курвой, а у меня дел по горло, которые не будут ждать своей очереди. И самое ужасное, что он не последовал за мной, а остался там с ней. Было… больно и обидно с одной стороны.

— Ева Васильевна, — ко мне обратился стажер, который занимал временную должность секретаря. Я остановилась у его стола, и вопросительно посмотрела, ожидая продолжения. — Вот, — протягивает мне листок, а я не понимаю к чему он, потому стажер спешит пояснить: — Лев Львович оставил свою визитку, чтобы вы с ним связались, как только освободитесь. — Кивает в сторону длинного коридора, откуда я только что пришла. Махнув головой в знак того, что мне теперь все стало ясно, я взяла визитку. Черная ламинированная бумага, пропечатанная белыми инициалами и цифрами. Покрутив ее в руках, ухмыльнулась, потому что вспомнила вновь прикосновения губ Льва. Это теперь надолго. Я буду при каждом удобном случае брать визитку и воображать продолжение. Вновь кивнув стажеру, я направилась к себе в кабинет, чтобы начать свой рабочий день, и желательно, не видеть Ветрова до самого конца дня. Знаю, дома нам предстоит серьезный разговор, потому что Кирилл явно не все сказал, что желал. Но поганое ощущение гложет меня, будто кирпич повесили на шею, и теперь этот вес тянет меня вниз.

Стационарный телефон вовсю разрывается, и на определителе высвечивается очень мне знакомый номер — Дьякон Суханов. Я обожаю этого мужчину. Когда-то он практиковал преподавание юриспруденции на кафедре, просто потому что ему нравилось общение со студентами. Я застала его на предпоследнем году своего обучения, и после этого периодически консультируюсь, если возникает такая необходимость. Можно сказать, что я нисколько не удивлена, что Дьякон направил Александрова ко мне, ведь благодаря ему мы оба познакомились два года назад. Но в силу сложившихся обстоятельств, я отступила, и дело компании Льва передали Ветрову. Тогда-то Кирилл прославился своей громкой победой, на половину принадлежавшей мне, ведь расследование фактически проводила я, и откопала все недостающие пазлы. Мы с Ветровым каждый вечер репетировали его речь перед знаменательным слушанием, я задавала кучу каверзных вопросов, сбивая его с толку. Но, к счастью, или нет, большинство из них не были освещены в зале заседаний. Стало достаточно того, что предоставили на предварительном ознакомлении с уликами и финансовыми операциями, проводимые в данный отрезок времени.

— Дьякон, — приветствую бывшего преподавателя, присаживаясь на стул. Сразу вывожу из спящего режима компьютер и кликаю мышью по полученной почте от Суханова.

— Здравствуй, Калашникова, — словно перенеслись в студенческие времена, на что я рассмеялась.

— Я только что получила от вас письмо, надеюсь дадите время выполнить работу, — отбиваюсь шуткой, веселя старика.

— Времени как раз-таки в обрез, Ева, — со всей серьезностью говорит, возвращая меня в реальность. Так неужели Лев и вправду вляпался? Мне стало неловко за свое легкомысленное поведение, хотя… Александров тоже тот еще дамский угодник, укравший у меня на сегодня спокойное состояние.

— Я вижу, — сама листаю полученный файл с фотографиями убитой девушки. Сначала поплохело от увиденного, но потом я постаралась смотреть на это под другим углом. Открываю следующий файл с рапортом от полицейского, от патологоанатома, заключившего, что девушка была задушена, что привело к асфиксии. На шее остались синяки от пальцев, явно прослеживается мужская агрессия, но это следует еще проверить. — Дьякон, преступление совершенно только днем ранее, почему так скоро прислали ордер на арест Льва? В чем подвох? — облокотившись рукой о столешницу, я подперла ладонью свою голову. В другой руке телефонная трубка.

— Очевидно, что кому-то Александров помешал, Ева, — отвечает с уверенностью, но в словах Суханова таится сомнение.

— Скорее всего, но с какой целью. А мотив? — не унимаюсь, пытаясь разложить все по полочкам.

— Ты опять заваливаешь меня вопросами, на которые при всем желании я ответить не могу, Ева Васильевна, — хохотнул Дьякон. — А если бы и смог, то навряд ли отправил Александрова к тебе.

Я киваю, соглашаясь с ним, хотя он не видит моего действия.

— Но скажу только одно, Ева, это девочка — дочь одного влиятельного прокурора Москвы, — Суханов неравно замечает, и я слышу, что старик запереживал. — Она провела ночь в клубе, сама понимаешь, что для влиятельной семьи это позор, и его будут всячески прикрывать, желая замять дело, даже не волнуясь, кто понесет законное наказание.

— Согласна, — во рту пересохло, потому что сколько было подобных случаев, пальцев не хватит пересчитать, когда абсолютно невиновного человека сажали на пожизненный срок. — Ладно, я обмозгую, что и как, будьте на связи.

— Замечательно, — обрадованно отвечает мне, — и, Ева, присмотрись к своему окружению, мне не нравится, что ты стала совсем понурой. Где та искра в твоих зеленых глазах? Где дух соперничества?

— Дьякон, — подтрунила его, рассмеявшись. — Не всегда удается контролировать свои эмоции, — признаюсь в своей слабости, от которой стараюсь избавиться.

— Оступишься еще раз, второго шанса уже не будет, — как-то загадочно бросает фразу, от которой мне стало не по себе. Что он имеет в виду? И только собираюсь спросить, линия обрывается, потому что Суханов закончил разговор.



Глава 7

Лев Александров

Вот и встретились вновь, с глазу на глаз. Ветров. Твою мать… Я хотел придушить его своими руками, закопать, да так, чтобы никто больше не нашел его костей. Злость обуревала мной, постепенно затмевая рассудок. Ева стояла и не шевелилась, а потом сорвалась галопом, оставляя нас двоих наедине. Цокот ее каблуков постепенно затихал, по мере того как она удалялась прочь от нас. И правильно, потому что сейчас может произойти все, что угодно. Кирилл проводил взглядом свою девушку, затем снова повернулся ко мне, сжав кулаки по швам. Костяшки пальцев побелели от натяжения кожи, сопровождаясь злостью и гневом мужчины.

— Что, сука, это было? — зло рычит, ступая на шаг. В кабинете царит тишина, хотя вряд ли можно назвать ее мертвой. Я ухмыльнулся, затем подмигнул, что, собственно, разозлило еще больше Ветрова. — Я не вижу здесь ничего смешного, Лев. Какого черта ты вообще тут делаешь?

— Тебя не касается, Кирилл, — пренебрежительно ответил ему, застегнув пиджак. Исподлобья наблюдаю за ним, ведь Ветров славится своей вспыльчивостью, да и любит распускать руки, если слова уже не помогают. Я удивлен, чем вообще он зацепил Еву, но девушка любит его, а потому не смел переступать границы. Блядь, я ощутил горечь слез Калашниковой. Она была шокирована моей мягкостью, моими прикосновениями к ней, словно прежде никогда не ощущала на себе подобного.

— Думаешь, я слепец?! — ядовитый тон голоса Ветрова резонирует в ушах, и я лишь цыкаю в ответ, совсем игнорируя его.

— Очевидно, что — да, — пристально смотрю в глаза Кириллу, замечая озверение в нем. — Мне некогда с тобой тут отношения выяснять, всего доброго, — я стараюсь вежливо распрощаться с ним, чтобы потом не создавать проблем Еве. Я не трус, но и не идиот, который полезет в драку просто так. Достаточно словесной перепалки, хотя кулаки чешутся проехать по морде этому придурку.