(не) мой соавтор (СИ) - Силаева Ольга - Страница 10

Я не хотела отдавать его Лене. Я не хотела отдавать его никому. И плевать, что Ант не принадлежал мне от слова совсем; я хотела его, как шестилетний ребёнок хочет найти килограмм конфет под новогодней ёлкой. Даже если потом придётся рыдать в кресле у стоматолога.

А потом Людвиг тронул меня за рукав, и одновременно сидящие в переговорке увидели нас. Вспыхнул свет, и я торопливо улыбнулась.

Ромка вышел к нам, сияя. Игорь тут же заговорил на сносном английском, витиевато выражая восторг, что высокий гость добрался до них даже раньше назначенного времени. Мужчины пожали руки, и Ромка, наклонившись через стойку, попросил спешно подбежавшую Олесю принести кофе.

— Янка! — Игорь пихнул меня в бок. — За деньгами пришла?

— Ну, раз уж нас вот-вот купят за миллионы, — ответила я, покосившись на Людвига, — было бы обидно не урвать кусочек.

— Все вы, писатели, одним миром мазаны, — беззлобно сказал он. — Вот и звезда наша приехала свои финансы утрясать. Эх, а ведь когда-то из всего имущества были штаны и авоська с тушёнкой! И кирпич.

— Зачем кирпич?

— Чтобы помнить о бренности бытия, — хмыкнул Игорь, оборачиваясь к переговорке. — Ленчик, солнце наше золотое, иди к нам!

На экране всё ещё сменялись слайды, краем глаза заметила я. А потом изображение моргнуло и застыло.

Этот слайд отличался от остальных: он явно был сделан позже. Молодая женщина в промокшей насквозь рубашке и длинноволосый юноша, укрывающий её своей курткой. Они обнимались и хохотали, и, казалось, весь снимок был одним продлённым в бесконечность моментом счастья.

Я не сразу поняла, кем они были. А когда поняла, тут же перевела взгляд на женщину, вышедшую из переговорки с пультом в руке.

И представлять её не требовалось. Кого ещё Игорь мог назвать «Ленчик»? Кто ещё мягко и ненавязчиво продемонстрирует собственную фотографию с Антом, совершенно случайно напоминая, чей он на самом деле соавтор? Ведь и Ромка, и Игорь тут же сказали ей, кто я.

А я теперь отлично знала, кто она.

Лена Вьюжная.

Она улыбнулась мне, и я выдавила ответную улыбку. Мы ведь будем приветливы и доброжелательны, правда? Возможно, даже с энтузиазмом. Будем хвалить работы друг друга в лицо и вежливо и корректно отзываться за глаза.

И молчать, молчать про слона в комнате.

Впрочем, мне кажется, было не о чем уже молчать, верно? Ведь Лена была в Москве, и Ант послезавтра приедет к ней. Они будут в Москве вместе. Без меня.

Чёрт. Как же глупо с моей стороны было на что-то там надеяться.

А он даже не упомянул о том, что она тоже будет здесь. Ни слова.

Очень хотелось послать всё к чёрту, по-быстрому подписать бумаги и свалить в закат. Но это было бы проявлением слабости.

— Добрый день, — произнёс кто-то по-английски моими губами. — Герр Байерн, наш деловой партнёр — фрау Вьюжная, одна из самых популярных наших авторов.

Лена тепло и искренне улыбнулась. Лицо Людвига выражало абсолютное счастье.

— А где же второй участник вашего тандема? — предсказуемо произнёс он. — Герр Знаменский?

— Он будет в Москве на днях, — чуть нахмурившись, ответила Лена. — У него защита докторской.

— И вы, разумеется, его поддержите, — уверенно произнёс Людвиг. — Ваш взгляд и ваше тепло придадут ему сил.

Я чуть не поперхнулась. Нет, Людвиг, в писатели тебе точно нельзя.

— И когда же нам ждать следующего потрясающего приключения от вас двоих? — спросил Людвиг.

Лена очаровательно подняла брови.

— Пока это секрет. А вам так важно это знать?

— Безмерно, — серьёзно произнёс Людвиг. — Один из важнейших факторов — ваша стабильная работа. Вы и ваш партнёр — золотой фонд «Иннэйт», моя дорогая фрау Вьюжная. Без вас было бы просто бессмысленно говорить о любых сделках.

Лена и Ромка обменялись взглядами. Вид у Ромки почему-то был донельзя мрачный.

— Ничего не случилось? — поинтересовалась я. — Пожар, налоговая, тараканы?

— Вообще мир и покой, — махнул рукой Игорь. — Даже стриптизёры-пожарные приезжать отказались, говорят, ну его к дьяволу, ваш русский бизнес, едем в Зимбабве. Кстати! — Он оглядел меня и повернулся к Людвигу. — Наша юная Яна пишет новый проект с герром Знаменским. Будет великолепно.

Людвиг просиял, поворачиваясь ко мне.

— Уверен, вы выступите достойно, — весело сказал он. — И как же вам пишется с этим гением? Не подмывает увлечь его в новый дуэт?

Я замерла под перекрёстьем взглядов, судорожно соображая, как лучше пошутить. Что Анта и на троих хватит? Что Лене со своими мужиками бы разобраться? Что всё, что я хочу — чтобы меня выпустили из этого сумасшедшего дома, и я переквалифицируюсь из литераторов печь авторские тортики с лавандой?

— Ну, — невозмутимо сказала я, задумчиво глядя на постер, — сегодня утром я даже вспомнила, что зубную щётку надо ставить в стаканчик над раковиной, а не в ботинок. И спать надо на кровати, а не на подоконнике с ноутбуком, потому что ты резко захотел ощутить, что чувствует заключённый, встречая свой первый свободный рассвет. И из дома, кстати, я вышла впервые за неделю, что тоже было откровением. То есть от текста я иногда отрываюсь. Но это сложно. Оторваться, я хочу сказать. От текста.

… Вот интересно, я сама сейчас поняла, что сказала?

— Иными словами, — с лёгкой улыбкой произнесла Лена, — ты наслаждаешься процессом.

— Да, просто я не уверена, что…

«… Что Анту сейчас до этого», — чуть не произнесла я. «Потому что он перестал спать, потому что у него выдалась тяжёлая неделя, и он ни словом не обмолвился, что что-то не так, но то, что с ним сейчас происходит, мне совсем не нравится».

— Что у моего соавтора выйдет так же хорошо, как у меня, — невозмутимо закончила я. — Но уверена, Ант очень постарается.

Людвиг даже хлопнул в ладоши.

— Браво. Буду ждать вашу совместную работу с нетерпением.

Ромка даже бровью не повёл.

— Прошу в переговорную, — произнёс он. — Яна, Лена, ведите нашего гостя.

Телефон в моей сумочке снова звякнул. Там было сообщение от Анта, вспомнила я. Но не сейчас же его читать? И что я вообще отвечу? «Приятно вам с Леной провести время в столице, не забудьте поцеловаться у Кремля?»

Вообще это было странно. Ант был уверен, что они с Леной увидятся очень не скоро. Он переживал, ему было от этого плохо. Почему у них так резко поменялись планы? И почему он ничего мне не сказал, хотя прекрасно знал, что стоило бы?

Я пожала плечами. Неважно. Меня это не касалось.

Мы расселись: Ромка сел во главе стола, а Людвиг оказался рядом со мной. Олеся, улыбаясь, обошла нас по кругу, и комнату облетел восхитительный аромат кофе, пока рядом с каждым из нас появлялись аккуратные фарфоровые чашечки. Я сразу же машинально отставила в сторону свой эспрессо, и Людвиг тут же это заметил.

— Какой кофе вы пьёте, фрау Рэйн?

— Капучино с сахаром, — на автомате отозвалась я. — А что?

Он на секунду коснулся моего плеча.

— Сейчас вернусь.

И вышел за Олесей.

Выражение лица Ромки тут же изменилось, став почти сердитым, и он мигом повернулся к Лене.

— Так. Рассказывай. Что там за история с раздельными счетами?

Лена подняла бровь.

— По-моему, мы уже договорились, что обсуждать эту тему не будем.

Ромка отмахнулся.

— Да все свои. Ну вот правда, ты можешь хотя бы пару месяцев лодку не качать? Я не хочу, чтобы… — Он понизил голос, наклонившись к Лене, и я перестала слышать, о чём они говорили.

Я вздохнула и взялась за телефон. Два новых сообщения.

«Где бы ты ни была, бери ноутбук».

«Телефон тоже подойдёт».

Я невольно улыбнулась.

А потом сжала губы.

«Ты же говорил, что вы с Леной ещё два месяца не увидитесь!» — тихо и яростно напечатала я. «И кто после этого выступает за искренность?»

Сенсорную клавишу «отправить» я вдавила, как когда-то кнопку «пуск» на джойстике. Если бы по ней запускались ракеты, поражающие цель в пятку, я бы только обрадовалась.