(не) мой соавтор (СИ) - Силаева Ольга - Страница 50

«Так как, Ант?»

Пауза. «Антон печатает…» вверху экрана.

«Принято. А теперь одевайся и выходи на улицу. Только одевайся потеплее».

«А это ещё зачем?» — с подозрением написала я.

«Мужчина, оскорбивший тебя недоверием, должен совершать взрослые и ответственные поступки, возвращая тебя в зону комфорта. Вот я и совершаю: похищаю тебя из дома. Внизу ждёт такси».

«До твоего подъезда? Далёкий же мне предстоит путь».

«Не-а».

«А куда?»

«Не скажу», — злорадно написал мой соавтор. «Ты ведь мне доверяешь?»

Тьфу ты. Обыграл.

Я бросила мрачный взгляд на экран и принялась одеваться.

От фантазии Анта я, конечно, ожидала многого. Но явно не того, что такси вывезет меня буквально в чистое поле. В самое настоящее: вокруг на много сотен метров расстилалась сухая трава с островками грязноватого снега.

А сверху были звёзды. Чёрный купол настоящего звёздного неба, готовый рухнуть на тебя, если ты упадёшь на спину, вглядываясь в него. Небо, качающееся над головой, со знакомым с детства ковшом Большой Медведицы и редкими рваными лентами облаков, лениво плывущим к далёкой Москве.

Я понятия не имела, что меня ждёт здесь, но в любом случае никуда не собиралась уезжать, не полюбовавшись видом. Конечно, не таким, как Южный Крест на Мальдивах или густое звёздное небо в Крыму. Но я не любовалась звёздами давным-давно.

Слишком погрязла в своих историях, с лёгкой насмешкой подумала я. Интересно, останется ли у меня в итоге что-то, кроме них?

Еле слышно завибрировал телефон. Я даже не стала смотреть на цифры на экране.

— Привет, сэр похититель.

— И вам, миледи, — отозвался невозмутимый голос Анта. — Как насчёт глинтвейна под звездами?

Я открыла рот.

— Ну…

— Иди прямо, пока не увидишь треногу.

Я посмотрела вперёд и тут же её увидела: тусклый металл под светом звёзд где-то в половину моего роста.

— И кто же её тут забыл? — с иронией произнесла я. — Пьяные геодезисты?

— Скорее, один очень трезвый соавтор. Но это ненадолго.

— Хм.

Я подошла к треноге. Сверху имелось крепление, но для чего оно было предназначено, я не имела ни малейшего понятия. А внизу… внизу стоял…

Термос. Самая обычная термокружка, не очень-то и большая.

Я заинтригованно оглядела её. Подняла свободной рукой, не выпуская телефон.

— Тут термос, — сообщила я. — Неужели с глинтвейном?

— Открывай.

Я тут же последовала его совету, прижав трубку к уху. И немедленно зажмурилась от сладкого запаха корицы и вишни. Ммм… Я коснулась губами ободка и пригубила.

— И как? — послышался голос Анта.

— По-моему, это лучшее, что я пила под звёздами вообще.

— По-моему, тоже.

— Ты-то откуда знаешь? — резонно возразила я.

— По выражению твоего лица.

Я замерла. По выражению моего лица? Он сюда и камеру притащил?

Сзади послышались шаги. Чёрт. Какое же это приятное предвкушение, когда слышишь именно его, и…

… Это он.

Я не стала оборачиваться. Просто прикрыла глаза, когда его ладонь легла мне на глаза.

— Я угадала, — сообщила я.

— Я знаю.

Я со вздохом откинулась назад, уронила голову на его плечо, и его ладонь исчезла, скользнув напоследок по моим волосам.

— Звёзды, — мечтательно проговорила я. — У тебя есть самая любимая?

— Её сейчас не видно.

— А откуда её видно?

— Отовсюду, — легко сказал Антон. — Просто не сейчас. Догадаешься?

— Здесь наверняка какой-то подвох, — мрачно сказала я. — Кичишься своей докторской степенью?

— Угу.

Я задумалась.

— А утром её видно?

— Её даже днём видно, — с ехидством произнёс Антон сзади. — Правда, не тем, кто уткнулся в компьютер, задвинув шторы.

Чёрт. Я чуть не шлёпнула себя ладонью по лбу.

— Солнце! Ты про солнце же говоришь!

Антон тихо засмеялся.

— Было настолько непонятно?

— Вот такой вот ты загадочный, — пробормотала я, устраиваясь в его объятьях поудобнее. Его руки сомкнулись на моём животе, и я запрокинула голову.

— Видела когда-нибудь северное сияние? — поинтересовался Антон.

— Ни разу.

— Поехали? Хибины или Исландия?

— Ммм. — Я отхлебнула глинтвейн. — Я подумаю.

— Уже лучше, чем ничего.

Мы замолчали. Я глядела на звёзды, а Антон глядел — на небо? На меня?

Мне было хорошо. В любом случае.

— Это не свидание, — предупредила я.

— Не-не-не. Всего лишь соавторская встреча. Кстати, впереди эпилог. Какие у тебя мысли по этому поводу?

Я чуть подумала.

— Давай то, что придумал ты? — предложила я. — Трикстер и агент Пирс улетают на вертолёте навстречу ветру. Если игрок выбрал роман между героями, естественно, они целуются, потому что как без этого? Если сильно облажался с сюжетом, вертолёт, увы, взрывается. Ну, и если выбран открытый финал с продолжением приключений, за героями тут же взлетает вертолёт ФБР с двойным агентом во главе. Добавим зажигательный финальный диалог внутри вертолёта, и готов блокбастер.

— Ты даже дашь мне взорвать вертолёт? — с подозрением переспросил Антон.

— А ты дашь мне вставить намёк, что их двоих ждёт незабываемая ночь?

Он зарылся в мои волосы носом.

— И ведь не поспоришь, — пробормотал он, касаясь моего затылка губами. — От этого агента Пирса всего можно ожидать. Кстати, а я заслужил незабываемую ночь?

— Только если ты принёс кокосовый торт. Ведь сегодня День кокосового торта, в конце концов.

— Не поверишь.

Антон на миг выпустил меня из рук, и я почувствовала, как он наклоняется. Что-то зашуршало — и в моих руках оказалось круглое пирожное в бумажной розетке, посыпанное кокосовой крошкой.

— Чисто символически, — заметил Антон. — Но если это не считается за тортик, я готов понести заслуженное наказание.

— Пополам, — решительно произнесла я, передавая ему половинку вместе с розеткой. — И…

Я выдохнула, глядя на пирожное. Обернулась к нему.

— … Чуть позже.

В следующую секунду мы уже целовались.

Глинтвейн и пирожные аккуратно были поставлены на землю, а секунду спустя мы плюхнулись туда сами.

— Будет холодно, — предупредил Антон, тут же закрывая мне рот поцелуем.

Да и плевать, ответила я ему одними глазами, расстёгивая молнию его куртки.

Звёзды завертелись над головой, а потом оказались где-то далеко-далеко. Была лишь сухая трава, сброшенные куртки, горячее плечо под расстёгнутой рубашкой и совершенно невозможные пальцы, по которым я так скучала.

— А такси… — успела сказать я.

— Твоё я отпустил, моё далеко, — пробормотал мне в шею Антон. — Не переживай. И не думай.

Дурацкая одежда. К счастью, она скидывается так легко. Вся, целиком, несмотря на холод, расстёгнутая, сброшенная и ненужная. Чертовски холодно и жарко одновременно, потому что так прижимаешься друг к другу всем телом, от лба до бёдер, начинает кружиться голова, и остановить это безумие под звёздами уже невозможно. Да и не очень-то хочется.

— Из-за пирожного? — с иронией шепнул в ухо Антон.

Я качнула головой.

— Из-за тебя. Это же ты. Насовсем?

— Насовсем, — подтвердил Антон, притягивая меня к себе. — Совершенно насовсем.

И нисколько не холодно.

Наконец одевшись, я тут же приникла к горячему глинтвейну, чтобы не замёрзнуть. Незаметно для себя проглотила половинку пирожного, тайком облизываясь на вторую. И не сразу заметила, что Антон устанавливает что-то на треножник.

Телескоп. Самый настоящий переносной телескоп.

— Ну ничего ж себе, — потрясённо произнесла я вслух.

— Смотри. — Антон оторвался от окуляра. — Была когда-нибудь в лунных Альпах?

— Да так, пару раз на рейсовом автобусе, — пробормотала я, приникая к телескопу. И замерла.

Ух ты.

Огромное серое пространство. Наверняка там жутко скучно, подумала я: камень и камень и камень, и ничего больше. Но чёрт подери, это же была настоящая Луна! Та самая, воспетая поэтами, царица ночи и так далее.