Ученица Темного Лорда (СИ) - Силаева Ольга - Страница 26

— Вы всё предусмотрели, да?

— А как же. Не оставлять же вас сыну человека, который без сожалений убил беззащитную девушку лишь за то, что та была моим донором. Агнус Хили убил Лорейн Ши, мисс Риаз, запомните это очень и очень хорошо.

— Почему? — прошептала Кира. — Почему он её убил?

— Чтобы подставить меня.

— Но для чего?

Профессор вздохнул.

— Преждевременно раскрытая важная информация, мисс Риаз. Вам не нужно знать точную причину, по которой он меня, хм, невзлюбил — ради вашей же безопасности. Вам вполне достаточно знать, что лорд Хили знает о моём прошлом, ненавидит меня за него, был одним из тех, кто выступал за лишение памяти, больше всего мечтает упечь за решётку и считает, что я представляю собой угрозу для его семьи. Вам понятно?

— То есть лорд Хили считает, что вы каким-то образом можете угрожать его семье? Даже лишившись памяти? А в тюрьме у вас не будет этой возможности?

— Совершенно верно.

И ещё, вспомнила Кира, профессор думал, что Агнусу Хили он нужен живым. В тюрьме, да, — но живым. И Агнус Хили, похоже, был того же мнения. Почему?

Зачем лорду Хили был нужен живым профессор Деннет — или Рональд Вейер?

Зачем, если он его ненавидел?

Она покачала головой. Ей в этом было не разобраться.

Кира запрокинула голову, глядя на ночное небо.

— Не хочу об этом думать, — прошептала она. — Смотрите: звёзды.

Профессор поднял взгляд вслед за ней.

— Да, — тихо сказал он, и его пальцы сплелись с её. — Звёзды.

Ни звука не раздавалось в ночи. Белоснежная пелена оставалась нетронутой: в лесу были лишь они двое. Редкие снежинки, лёгкие, как сахарная пудра, кружились в воздухе; одна из них легла Кире на щёку.

— Как-то даже не хочется портить такую безупречную ночь непристойными занятиями, — севшим голосом сказала она.

— Почему же сразу портить, мисс Риаз?

Профессор улёгся рядом с ней, положив ей руку на живот. Согревающие чары, отметившие и его, тоже не растапливали снег, лишь едва заметно заставляя дрожать воздух вокруг них. Но ночь была прозрачной, и звёзды горели ясно и ярко.

— Вы загадываете желания, когда падают звёзды? — шёпотом сказала Кира.

— Рядом со мной прекрасная девушка, меня ждёт венец карьеры — пост лорда-ректора Академии, и моя память вовсе не потеряна навсегда, — просто сказал профессор. — Что ещё мне может быть нужно? Деньги? Они у меня есть. Да, усилиями лорда Хили я вполне могу оказаться в тюрьме — но я сделаю всё, чтобы перехитрить его. В том числе и для того, чтобы он не тронул вас.

— Но если вы окажетесь в тюрьме… — прошептала она.

— У меня будет для вас очень простой совет. Выходите замуж за Райли Хили и становитесь его донором, сразу и безоговорочно. Вы будете в безопасности всю жизнь.

Кира сглотнула.

— И вы так вот просто мне это советуете?

— Мы взрослые люди, мисс Риаз. Конечно, советую. Как и вы посоветовали бы мне стать любовником леди Крейн, если бы меня приговорили к пожизненному заключению, а она единственная могла бы мне поспособствовать, чтобы его отменить. Что, кстати, не так далеко от истины. — Он тихо засмеялся. — Надеюсь, мне не удастся опробовать эту гипотезу. Или, наоборот, надеюсь, что удастся?

— Вы невыносимы.

— А вы очаровательны. Мы никогда не устанем говорить это друг другу, не так ли?

Кира вздохнула, прижимаясь к его плечу.

— Нет, — прошептала она. — Не устанем. Никогда.

Профессор хмыкнул.

— Иногда рядом с вами я чувствую, что мне снова восемнадцать. Я не помню тех лет, но порой меня охватывает непреодолимое желание бросаться в вас снежками и лепить снеговиков.

Глаза Киры зажглись.

— Правда?

— Правда. Только избавьте меня от ваших фантазий по поводу морковки.

Кира фыркнула, представив себе крайне непристойный образ.

— Но вместо снеговиков, — задумчиво сказала она, — вы будете гонять меня по боевой магии.

— Буду, — спокойно подтвердил профессор. — И целовать тоже. Что до снеговиков… увы, нет настроения. Не так-то просто впадать в детство, когда на тебя всё время давит…

Он запнулся.

— Ваша тёмная сторона, — шёпотом проговорила Кира. — Да?

Профессор промолчал. Кира коснулась его подбородка.

— Не думайте о ней, — попросила она. — Просто поцелуйте меня.

Они долго целовались под звёздами, так и не перейдя к чему-то большему.

А Кира думала, что она окончательно и безоговорочно пропала, замирая каждый раз, когда его горячие твёрдые губы целовали её ладонь, опаляя кожу. Он объявлял её своей собственностью снова и снова, а у неё не было сил противиться, и хотя в их отношениях и близко не было равенства, ей не хотелось освобождаться от его власти. И от того, как кружилась голова от его близости.

— Вы напугали меня сегодня, — негромко сказал он. — И спасли меня сегодня. Взрывоопасное сочетание, не так ли?

— Да, — прошептала Кира.

— Но то, что мы вместе — это временно. Вам стоит это понять.

Эти слова ударили её морозом. Глаза Киры расширились.

— Как… почему? — Её губы дрогнули. — Вы меня прогоните?

Его ладони взялись за её голову с двух сторон.

— Я никогда бы от вас не избавился, — прошептал он. — Я не могу. Но врать вам в этом я тоже не могу. Чудесной девушке, у ног которой будет весь мир — но не я. Мы расстанемся, мисс Риаз. Это произойдёт. Произошло бы уже сейчас, но вы сами прекрасно понимаете, что вы и я, запертые здесь на все каникулы, не можем вести себя иначе, чем мы себя ведём. Пока я и вы — маг и его донор, нам не оторваться друг от друга.

— И что же, — дрогнувшим голосом спросила она, — нас разлучит?

Профессор невесело усмехнулся.

— Столько причин, что, право, я не знаю, с какой начать. Но вы знаете, что я не бросаю слов на ветер.

— Нет, — тихо сказала она. — Не бросаете.

— Я могу подарить вам истинное удовольствие. Сделать лучшим боевым магом Академии. Защитить, пусть даже дорогой ценой. Я не о деньгах, конечно же. Но вечной любви я дать вам не могу.

Не может.

Кира зажмурилась, давя слёзы.

Было бы лучше, если бы он ничего не сказал ей? Если бы ей не пришлось жить на пороховой бочке, зная, что у их страсти есть финальная дата, и она приближается с каждым днём?

Впрочем, разве он хоть раз обещал ей обратное?

Она открыла глаза. Профессор внимательно наблюдал за ней.

— А если бы не было вашей тайны, вашей тёмной стороны, — едва слышно прошептала она, глядя на него, — могли бы?

— Если бы вернул себе память целиком, и в ней не оказалось ничего, что отпугнуло бы меня или вас?

Она кивнула.

— Да. Вы бы тогда подарили мне… вечную любовь?

Тихий смех.

— В другой реальности, в другом времени?

Кира беззвучно ахнула. Он не сказал «нет»!

— Но это ещё может случиться, — прошептала она. — Когда ритуал вас излечит…

— Нет. Я знаю, что я там увижу. И знаю, почему меня лишили памяти. Вам не просто это не понравится, мисс Риаз: вы ужаснётесь. Скажу вам правду, я и сам не в восторге.

— Насколько не в восторге?

— Настолько.

Они были обречены, поняла Кира. Если только…

— Но что, если для меня ничего не изменится? — прошептала она. — Если, узнав всё, я по-прежнему буду вас…

Два пальца мягко легли на её губы.

— Решения такого рода принимаю я, а не вы. Просто потому, что вы не владеете всей информацией, и требовать от вас любых клятв или обещаний было бы бесчестно. И пока вы не знаете, о чём говорите — молчите.

Кира обняла его пальцы рукой и поцеловала их.

— Ночь всё равно продолжается, — прошептала она. — Давайте смотреть на звёзды.

Он без слов обнял её. И, чувствуя его тело, ощущая снег под обнажённой спиной, глядя на заснеженные ели на опушке и звёзды над головой, Кира ощущала себя совершенно свободной. И, как ни странно, счастливой.

Глава 22

Она завтракала в одиночестве, когда профессор стремительно вошёл в кухню. Он уже чувствовал себя куда лучше, заметила она: его лицо больше не было столь бледным, тени под глазами исчезли, и этим утром, проснувшись и отодвинув занавеску, она видела его обнажённым по пояс, делающего пассы и перекаты в снегу.