Невеста Тёмного Лорда (СИ) - Силаева Ольга - Страница 13

Кира глубоко вздохнула перед дверью. Она не произнесла ни слова, но профессор её понял. И посмотрел ей в глаза.

Несколько секунд они удерживали взгляды друг друга. Кира знала, кто стоял перед ней, знала, кем ей придётся быть, и у неё подкашивались ноги. Но сейчас она пила вид его лица, как родниковую воду, и голова кружилась у неё вовсе не от ужаса.

Ей хотелось его поцеловать. Но не здесь и не сейчас.

Он первым оторвал от неё взгляд и толкнул дверь. Действительно, подумала Кира, что ему было, стучать? Тёмному Лорду? Смешно.

Темноволосая женщина, одетая в строгий брючный костюм, спешно поднялась со стула. Зелёные глаза настороженно смотрели на вошедших.

– Кажется, проблемы с памятью здесь вовсе не у меня, – негромко уронил профессор. – Не помню, чтобы разрешал приветствовать себя таким образом.

– Милорд, – уронила женщина.

– А это уже и вовсе похоже на дерзость. Напомнить вам, как я за неё наказываю?

Короткий хлыст появился у него в руке. Едва заметный ремешок кожи с короткой рукояткой, и им, не замахиваясь, он хлестнул Киру по губам. Совсем несильно, без боли, но нужно было быть совсем близко, чтобы это понять.

– Обнажись и покажи, – последовал короткий приказ. – Так, как должно.

Кира опустилась на колени лицом к стене и расстегнула пальто, выставляя на обозрение широкий чёрный ошейник. Никаких драгоценностей на ней не было.

Потом она сняла топ, прижав его к груди, и опустила голову.

Резкий вздох Вероники был той самой реакцией, которую она ждала.

Она знала, что та видит. Только профессор со своим безупречным знанием маскировочной магии мог сотворить такую…

… Иллюзию.

Длинные царапины, оставленные кинжалом на её спине, были настоящими. А вот то, что царапины превратились в раны, которые распухли и кровоточили, и потёки засохшей крови на спине – это было магией. Хотя Кира уже не была в этом уверена: действие анестетика проходило, и царапины начинали болеть по-настоящему.

Царапины, составляющий вензель «Р.В.»

Клеймо.

– Я собираюсь выжечь его огнём чуть позже, если она продолжит меня раздражать, – небрежно сказал Тёмный Лорд. – Впрочем, пожалуй, я выжгу его всё равно, когда это станет безопасно. Ведь вас не обманула слабенькая маскировка, миледи? Это Кира Риаз, лучший донор Академии. Мой донор и моя собственность.

Он кивнул ей.

– Прикройся. Можешь повернуться, но не смей говорить.

– Её ищут, милорд, – хрипло сказала женщина.

– И найдут. И меня найдут, кстати. Разве скромный профессор, потерявший память так надёжно, будет долго прятаться от всемогущих Протекторов? Ведь ему нечего скрывать. – Профессор развёл руками. – Он всего лишь случайно узнал, кем был раньше, и теперь ужасно напуган и готов на всё, лишь бы его не казнили.

Он кашлянул.

– Такой трус, правда? Уверен, с Министерством не будет проблем.

Он бросил беглый взгляд на Киру, молча стоявшую на коленях.

– Удивительно, как мне с ней повезло, – бросил он. – Моя память, моя жизнь, моё эго – и всё это в слабеньких руках сломанной мною девчонки, вернувшей мне себя. За исключением пары белых пятен: ими ещё предстоит заняться. – Он шагнул к Веронике, и Кира краем глаза увидела, как он накручивает её чёрный локон себе на палец. – Но она никогда не станет моей любимой игрушкой.

– Я буду для вас больше, чем просто игрушкой, милорд, – низким хриплым голосом произнесла Вероника. – Я дам вам власть.

Он поднял её лицо за подбородок.

– Власть?

– Все Антейны жили до девяноста, – страстно прошептала Вероника. – И теперешний лорд-ректор мог бы тоже… но когда он объявил вас своим преемником, милорд, я поняла, что время настало. Я прокляла его, прокляла неизбежной смертью, и совсем скоро он умрёт, освобождая вам дорогу.

Кира замерла в ужасе.

Молчать, молчать, твердила себе она. Молчать…

– Как галантно, – лениво произнёс голос Тёмного Лорда. – Я гадал, кто мог это сделать, но знать, что это подарок Тёмной Дамы своему королю… Право, я растроган.

Его рука приподняла подбородок Вероники. И Кира чуть не закричала, когда он поцеловал её.

Руки Вероники несмело обвились сначала вокруг его спины, потом плеч, шеи, лица. Он целовал её яростно и страстно, вызывая у неё сдавленные стоны. Пиджак женщины полетел на другой конец комнаты, безупречные локоны растрепались, и его руки жадно мяли её тело через одежду. Он начал целовать изгибы её шеи; она застонала, прижимаясь к нему, и…

Поцелуй вдруг закончился.

– Задаток, миледи Крейн, – произнёс насмешливый голос. – Думаю, вы догадаетесь, когда будет произведён окончательный расчёт.

Вероника выдохнула, и в её выдохе слышалось облегчение.

– Благодарю, милорд. Я слышала… ходили слухи, что он ваш друг…

– Слухи? – презрительно отозвался он. – Я сам распустил половину из них. Разумеется, я подольстился к нему, как мог – не мог же я просто зарезать его ночью, как кабана. Но трупные пятна пойдут ему только на пользу, тут я согласен. Кстати, какое проклятие, миледи? Увядание Горски, рунный яд, смертельная тоска? Пятисмертие, быть может?

– Замедление сердца, – прошептала она. – Неотличимое.

– Целители даже не распознали, что это проклятие, – кивнул Тёмный Лорд. – Браво. Я осчастливил бы вас прямо сейчас… но не люблю свидетелей. Не оставлять же девочку ждать в коридоре – она слишком мне нужна, хоть и назойлива.

– Тогда позвольте мне запечатать ей уши, милорд, – почтительно проговорила Вероника.

– Нет нужды. Она дала клятву на крови, что не выдаст моих тайн, и я всё равно не собираюсь тащить вас в постель прямо сейчас. – Тёмный Лорд обошёл Веронику по дуге. – И я не люблю, когда мне дают советы не на коленях и не вымолив моего разрешения. Или вы хотите, чтобы я обращался с вами как с равной? Как с ценным союзником? С уважением, подобающим такой даме, как вы? С дружеским теплом, быть может?

Вероника побледнела так, будто для неё это было угрозой хуже смерти, и тут же упала на колени.

– Нет… нет, милорд!

– Отлично. Тогда не смейте вставать.

Он дал бы ей уважение, даже восхищение, поняла Кира, но это значило бы, что она больше не была бы его любовницей. Никогда. И Вероника, влюблённая в Тёмного Лорда как кошка, не могла этого допустить.

– Лучше я отдамся взводу пьяных солдат в грязи, – прошептала Вероника, – чем потеряю вас.

– Какая преданность. – В его голосе звучала насмешка. – Но сегодня я даже не позволю вам раздеться. Пять лет, миледи Крейн. У вас было пять лет, чтобы помочь своему повелителю и господину, и где же вы были?

– Вы не были собой, милорд, – еле слышно прошептала женщина.

– Что же вы, бросите меня, когда у меня разыграется насморк? – с плохо скрытой яростью поинтересовался Тёмный Лорд. – Амнезия – всего лишь помеха. Болезнь, которую преодолела одна глупая девчонка. Пусть не целиком, но вы с вашим мастерством в области проклятий могли хотя бы попытаться. Я не забыл, что вас не было ни в моём ритуальном круге, ни у моих ног, и поверьте, расплата грядёт. Взгляните на неё. – Носок его ноги указал на Киру. – Вот ваше будущее.

– Милорд!

Тёмный Лорд вздохнул.

– Но я буду милосерден. Мне нужны мои союзники, миледи Крейн, и вы – первая из них.

– Вы… доверяете мне, милорд? – прошептала она. – Полностью?

– Любовь – единственное, чему можно доверять в этом мире, – язвительно произнёс Тёмный Лорд. – Эта девочка, к примеру, тоже меня безумно любит. Не так ли? Отвечай!

Хлыст огрел Киру по плечу, в этот раз куда чувствительнее. Она не шевельнулась, даже не прикусила губу: это тоже было запрещено.

– Да, милорд, – прошептала она.

– Вот видите. Удобно иметь такую собственность, не так ли?

Вероника бросила на Киру взгляд, в котором не было ни ревности, ни ненависти. Так можно было смотреть на мебель.

– Заклеймите меня, милорд, – прошептала она. – Так, чтобы об этом знали только мы с вами.

– И ваш муж, очевидно.

– Мой муж… давно уже предпочитает одноразовые контракты. Он хочет меня редко, и даже тогда я почти всегда одета.