Пленница проклятого демона (СИ) - Силаева Ольга - Страница 17

— Вполне себе зависит, — процедил Конте. — Если у тебя не будет головы.

Тень едва заметно усмехнулся:

— Будь реалистом. Если ты нападёшь на меня, твоя добыча ускользнёт.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Дьявол. Если мы не уступим, и впрямь будет драка, в которой Церон может просто-напросто сбежать. А потом продолжит начатое, вот только станет куда осторожнее, и мы его больше не поймаем.

— А если мы убьём Церона первыми? — быстро сказала я.

— Я убью вас. И шансы у меня неплохие. А ваш пленник опять же исчезнет, воспользовавшись завязавшейся дракой.

Повисло молчание.

Пат. Ни одна сторона не хотела уступать.

— Закладка, что скажешь? — наконец произнёс Конте.

Я моргнула:

— Ты что, мне предлагаешь решать?

— Хм, — произнёс Тень, переводя взгляд с пентаграммы на обрывки моей куртки и рубашки, лежащие поодаль. — Судя по этим живописным обрывкам, ты успела познакомиться с обитателями этого подвала куда ближе, чем тебе бы хотелось… Закладка. И что же ты предлагаешь? Я хотел бы это услышать.

Я бросила взгляд на Церона.

— Я думаю, Триумвират уж точно не выдаст этому демону медаль за хорошее поведение, — хрипло сказала я. — Отдадим его Тени, Конте. Так будет лучше.

Конте и Тень молча смотрели друг на друга. Встрёпанный, небритый, в старой одежде, Конте совершенно не походил на Тень, аристократичного, холодного и безупречно одетого. Но в это мгновение они вдруг показались мне похожими. Оба были полукровками, и каждый из них защищал свой мир. Мир людей — и мир демонов.

И Церон преступил законы обоих миров.

Ещё несколько секунд они смотрели друг другу в глаза.

— Я не желаю, чтобы этот мерзавец топтал землю хоть на час дольше положенного, — тихо сказал Конте.

Тень наклонил голову.

— Поверь, я тебя понимаю.

— Что до твоей катаны… — ещё тише сказал Конте. — Мы ещё встретимся.

— Обязательно встретимся, — согласился Тень. — Надеюсь, очень скоро.

Он кивнул Церону:

— Обойдёмся без пустых угроз, правда?

Мы с Конте молча расступились, давая Церону пройти. Демон смерил меня одним-единственным взглядом.

— Моя, — проронил он.

— Хорошие прощальные слова, — пробормотала я. — Желаю не застудить шею на эшафоте.

Тень смерил меня очень странным взглядом.

— Дам тебе и твоей спутнице совет, — проронил он, глядя на Конте. — Что бы ты ни собирался делать в ближайшие ночи — отмени это.

Конте усмехнулся:

— Это почему? Потому что ты каждую ночь будешь ждать меня на крыше, размахивая украденным мечом?

— Нет, — спокойно сказал Тень. — Потому что я собираюсь разобраться с тобой и твоей Закладкой так и тогда, когда будет удобно мне. И буду огорчён, если какой-нибудь удачливый мерзавец заступит мне дорогу.

Церон поравнялся с Тенью, и тот быстрым жестом перехватил его запястье. Я знала эту хватку: вырваться из неё было невозможно, не сломав руки настолько болезненным способом, что почти наверняка лишишься сознания.

— Возвращайся домой, Конте, — бросил через плечо Тень. — Я не предупреждаю дважды.

Дверь за ними захлопнулась, и я перевела дух.

— Хотел пожелать ему приятных снов напоследок, — сообщил Конте. — Но решил, что это было бы издевательством по отношению к тебе. Ты как, Закладка?

— Жить буду. Ты… послушаешь его совета? Отменим рейд на особняк Эреба?

Конте на миг прикрыл глаза.

— Этой ночью рейда не будет, конечно: мы оба измотаны. Я пошлю ребятам весточку.

Он серьёзно посмотрел на меня:

— Но завтра мы пойдём туда, Закладка. И в этот раз нас не остановит никто.

— Точно? — Я нахмурилась. — Конте, мне показалось, что Тень всерьёз хотел тебя предупредить. Оказать услугу. Как бы странно это ни звучало.

— И именно поэтому я не собираюсь пользоваться советами, подсказками или другой помощью от этого типа. — Глаза Конте сузились. — Особенно если эта катана попала к нему не просто так.

— Что в этой катане особенного? — тихо спросила я. — Скажи мне.

Конте покачал головой:

— Она принадлежит миру, который я оставил позади. Но я хотел бы знать, как она попала к этому парню. Очень хотел бы.

Я вздохнула.

— Зараза ты, Конте. Ты вообще не собираешься давать мне никаких ответов?

— Угу. Пора, Закладка. Найдём тебе какую-нибудь одежду по дороге.

— Да уж, — пробормотала я. — Кажется, мне пора уже начинать носить с собой запасной комплект.

— Не самая плохая идея.

Я принялась собирать вещи, но мысль о катане Тени не выходила у меня из головы. Конте весь побелел, когда увидел её. Кому же она принадлежала раньше?

Узнаю. Обязательно узнаю.

Только не оказалось бы слишком поздно.

Глава 13

Я открыла глаза и в ужасе закричала.

Я висела в воздухе, и прямо подо мной перекатывалась лава. Огненная, исходящая жаром и смертельно опасная. Я не знала, от чего мне было страшнее: от пышущего в лицо далёкого огня — или от невозможной высоты.

А от падения меня удерживала лишь твёрдая рука, обхватившая меня поперёк талии.

Я была во сне. И я…

…Забыла выпить снотворное с вербеной. Просто-напросто забыла, слишком измотанная схваткой и переживаниями. И не в последнюю очередь — воспоминаниями о том, как на мне с ухмылками рвали одежду — и как я после этого дралась насмерть. Я слишком хорошо помнила, как мой клинок наискось резал чешую, как бешено пульсировала в пальцах злость — и как долго меня трясло от запоздалого понимания, что всё могло повернуться совсем, совсем иначе.

— Чёртов сон, — прошипела я. — Поставь меня на место, Тень!

Тень тихо засмеялся:

— Быстро же ты догадалась, что это я.

— А кто ещё может мне сниться? — огрызнулась я. — Церон?

Тень рывком притянул меня к себе, поставив на ноги. Он вновь был обнажён по пояс: на нём были лишь штаны из лёгкой ткани.

— Я посоветовал тебе забыть это имя, — произнёс он негромко. — Своих советов я не повторяю.

Я вырвалась из его рук, тяжело дыша. И огляделась.

Вершина скалы, на которой мы стояли, была совсем невелика: полтора человеческих роста в ширину, если не меньше. Я бы не рискнула на ней засыпать.

— Хорошенькие же сны тебе снятся, — выдохнула я. — И так каждую ночь?

— Нет.

— Тогда как часто?

Тень не ответил. Я молча сжала его руку.

— В детстве было хуже, — спокойно сказал Тень. — Демоны инстинктивно контролируют свои сны, полукровки — нет. Многие умирают во сне — от страха.

Я невольно взяла его за руку, едва осознавая, что делаю.

— Как же выжил ты?

— Научился не бояться.

Он потянул меня за руку, уводя от края. Уселся на тёплой скале, скрестив ноги, — и притянул меня к себе, прижимая спиной к нему. Его руки обхватили меня под грудью, и я только сейчас поняла, что вновь была не одета.

Я дёрнулась, попытавшись освободиться, но железные руки меня удержали.

— Тихо. Ты и так чуть не перекатилась через край: я едва тебя удержал. Снова хочешь прыгнуть вниз? Знаешь, как это мучительно — сгорать заживо?

— Можно подумать, ты пробовал, — фыркнула я.

Тень не ответил, но его руки напряглись.

Я вдруг представила мальчишку, которому ночь от ночи снились подобные сны, где бежать было некуда. Не может быть, чтобы он ни разу не погибал во сне. Что, если бы он заснул и оказался внутри ледника? На дне океана?

— Какой кошмар, — прошептала я.

— Всего лишь одно из испытаний. И я никогда не променял бы свою судьбу на твою.

Я вдруг вспомнила: Конте иногда кричал во сне. Даже теперь, став взрослым. Неужели ему тоже снились подобные ужасы?

— Что ж, — произнесла я. — По крайней мере, этой ночью тебе не одиноко.

— Одиночество — не слабость. Когда-нибудь ты это поймёшь.

Тень легонько потянул за косу, притягивая мою голову себе на плечо.

— Закладка, — негромко сказал он. — Почему Конте тебя так зовёт?

— Я люблю читать. — Я повернула к нему голову. — Или ты скажешь, что чтение тоже для слабых?