Новый старый 1978-й. Книга шестая (СИ) - Храмцов Андрей - Страница 17

Что ж, мы согласились и ещё раз спели. Если публика так просит, почему бы ещё раз не спеть. «Belle» я по второму разы петь не согласился бы. Я даже на неё клип не собирался снимать, хотя Notre-Dame de Paris находился отсюда в двух шагах. Но если Тедди очень захочет, то тогда снимем. Эсмеральду сыграет, естественно, Солнышко, а остальных двух актеров Тедди сам найдёт. Можно, конечно, Серёгу попробовать, но он, наверняка, откажется.

Вот и закончился первый наш концерт на французской земле. Мы немного устали, но это вам не четыре с половиной часа в «России» выступать. Нам в гримерку несли цветы и визитные карточки. Интересный тут обычай сохранился. У нас такой до революции тоже был, но коммунисты его отменили, посчитав чисто буржуазным пережитком. Стоп, а вот эта визитка от Марины Влади с припиской мужским почерком и от руки: «Высоцкий».

— Стив, — обратился я к своему английскому другу, — можно тебя попросить найти в фойе вот этих двоих и пригласить их через час к нам в гостиницу в ресторан?

— Сейчас схожу, — ответил тот. — Эту французскую актрису я знаю ещё по фильму «Колдунья». Да и песни её тоже слышал. Если я не ошибаюсь, она вместе с русским мужем четыре года назад выпустила пластину их совместных песен.

Да, интересно будет встретится с Владимиром Семеновичем здесь, в Париже. В Москве его не застать, он часто бывает на гастролях. По два концерта иногда даёт, вот это силища. Я сидел и перебирал визитки, просматривая знакомые фамилии. Если не знал кого, откладывал в сторону. Спрошу у Стива, может он знает. Он во Франции по музыкальным делам всех знает. Он говорил, что их офис в Париже тоже есть, но он сам лично прилетел и нами занимается. То ли по старой памяти, то ли мы такие хорошие и прибыльные клиенты. Видимо, и то, и другое. О, а эта фамилия мне очень знакома, потому, что она принадлежит французскому президенту. Только это визитка не его, а его дочери Жасинты. Её надо сразу в карман убрать, чтобы Солнышко не видела. Потом решу, что с ней делать, но позвонить надо будет обязательно, а то очень невежливо получится.

Мы уже переоделись и тут вернулся Стив.

— Я договорился, — сказал он, довольный. — Марина и Владимир согласились через час подъехать в «Георг V».

— Спасибо, — сказал я Стиву и повернулся к Солнышку. — Ну что, посидим с Высоцким и Влади полчасика?

— С удовольствием, — улыбнулась она. — У меня папа очень его песни любит. Вот он обрадуется, когда я ему расскажу, что мы с Высоцким в ресторане сидели.

Мы отобрали самые красивые букеты себе, а остальное отдали Лиз. Она сказала, что найдёт им применение. Видимо, не раз сталкивалась с этой проблемой на съёмках и концертах. Надо будет потом спросить, что она с ними делает. Тут всё вокруг стоит денег, может на цветочный рынок их со скидкой продаёт. Если так, то это её дело. Цветов было довольно много, поэтому и прибыль могла быть неплохая. А может в какой дом престарелых отвезёт и там их раздадут старушкам. Всё им приятно будет. Оба варианта меня полностью устраивали, главное, чтобы не выбрасывала. А то как-то это неправильно.

Наши двое полицейских в штатском сопроводили нас до выхода. Был уже поздний вечер, но человек тридцать наших самых стойких почитателей ждали нас на улице и с возгласами радости обступили нас, прося автографы. Причём не только на фотографиях. Были у них наши английские миньоны и синглы, трое даже держали в руках наш первый англоязычный диск. Что поделать, такова судьба артиста. Мы втроём с этим быстро справились и направились к машинам.

Ещё в гримерке Стив сказал, что наше музыкальное оборудование и инструменты французы отвезут в «Павильон», чтобы оно хранилось там до нашего завтрашнего вечернего концерта. Молодцы, что ещё сказать. А мы, то есть наши фанаты, таскаем и возим его каждый раз с собой туда и обратно. Я только гитару с собой взял, куда ж я без неё. У меня дома есть вторая, которую я в Лондоне купил, но эту я люблю больше. Та у меня как запасная.

Когда мы вышли из Мерседеса перед входом в гостиницу, я сказал водителю и охранникам, что они до восьми утра могут быть свободны. Ещё в машине Стив мне передал бумажный пакет, в котором лежала небольшая, но тяжелая плоская коробка, завернутая в красивую упаковочную бумагу и ещё одна, но легкая.

— Это то, что ты просил, — сказал он, заговорщицки мне подмигнув. — Здесь не открывай, в номере откроешь.

Я сразу догадался, что там и сказал: «Спасибо». Что бы я без Стива делал в Париже. Конечно, что нибудь бы делал, но не столь чётко, быстро и эффективно. Он мне ещё в аэропорту сказал, что так как он прилетел сам, то никаких сопровождающих нам не нужно и он сам всё для нас организует. Вот он и организовывает, как в Лондоне.

Прежде чем подняться в номер, я с ним успел переговорить по поводу девушек из эскорта. Это не для меня, объяснил я ему. Это для Серёги. Приблизительный вкус моего друга в отношении женщин я знал, поэтому детально изложил Стиву задачу. Ещё в Москве я подумал об этом. Я видел, что Серега уже отошёл от влияния Ирки и стал обращать внимание на молоденьких девушек. Это было хорошим знаком и я решил этим воспользоваться. Но тут нужно было играть очень тонко. Задача была непростая.

— Если я правильно понял, — сказал Стив, — то нужна молодая девушка, выглядящая, как школьница. Она должна немного говорить по русски, уметь играть на фоно и разбираться в современной музыке.

— Всё правильно, — ответил я. — Она должна быть прекрасной актрисой и затащить вечером Серёгу в постель. Она сделает вид, что восхищена игрой нашего клавишника и попросит его показать, как он играет некоторые особо понравившиеся ей песни из репертуара нашей группы.

— Да, интересное задание для девушки лёгкого поведения. Но я сейчас позвоню в пару дорогих агенств, специализирующихся по таким вопросам, и постараюсь сделать это для тебя. И сразу перезвоню тебе в номер, чтобы ты был в курсе.

Если бы Серега знал, что я замышляю, он бы меня убил. Но всё это было придумано ради него. Я догнал Солнышко у лифта и мы поднялись в номер.

— Ты сегодня так сексуально пел, — сказала она, целуя меня, — что я тебя очень хочу прямо сейчас.

Ну что не сделаешь для любимой женщины, к тому же я ел сегодня мидии на ужин. Мы опробовали королевскую кровать и остались очень довольны. И кроватью, и друг другом. Ну точно, я стал уже как Орфей, который своим голосом творил чудеса. Вот и Солнышко влюбилась в меня из-за моего голоса, как и сотни женщин на сегодняшнем концерте. Они все завидовали Светлане, что она находится рядом со мной. А Солнышко просто была счастлива. Мы быстро ополоснулись, переоделись и пока моя невеста приводила себя в порядок, я рассмотрел подарок Стива. Эта была «Беретта» с двумя магазинами патронов и глушителем в одной коробке, а в другой подмышечная кобура для неё. Отдельно было приложено временное разрешение на меня, как на владельца. Молодец Стив, если он ещё и девушку для Сереги найдёт, я ему у скульптора Демченко его бюст сделаю и потом в Англии подарю.

Солнышко была полностью готова и мы спустились во внутренний дворик отеля, где было несколько ресторанов. Мы выбрали испанский и я предупредил метрдотеля, что если придут двое гостей, то мы будем сидеть здесь. Испанский я предложил потому, что хотел угостить Солнышко и Серёгу паэльей с морепродуктами. Серега подошел через три минуты. Он знал, что придёт Высоцкий с Влади, поэтому надел брюки и рубашку.

И вот показались наши гости. Ну настоящий майор Жиглов. Очень захотелось сказать, имитируя хрипловатый голос самого Высоцкого: «Я сказал: Горбатый!», но я сдержался. Я вышел из-за столика и пошёл навстречу им и первым поздоровался:

— Добрый вечер, Марина Владимировна! Добрый вечер, Владимир Семёнович!

— Ну ты даёшь, — сказал, усмехнувшись, Высоцкий. — После того, что мы сегодня видели и слышали в «Олимпии», просто Владимир.

— И меня тоже можно просто по имени, — сказала Марина, которой я, как настоящий сэр, поцеловал руку. — То, что ты творил на сцене, было просто восхитительно. Это какая-то магия, которая очаровывает.