Невеста по принуждению (СИ) - Вишневская Виктория - Страница 19

— В этом доме еда, попавшая в твой желудок, будет оставаться там, — шипит грубо, недовольно. Да какое ему вообще дело?! Это моя жизнь, моя фигура! — И только попробуй повторить этот трюк. Я высеку тебя ремнём.

Задыхаюсь от его последних слов.

— Я не маленькая девочка, и ты не имеешь на это никакого права!

— Ох, Лина. Ещё как имею. И права, и тебя. Пока ты живёшь в этом доме, и являешься моей, на данный момент, официальной невестой, будешь есть всё, что будет лежать у тебя перед носом.

Он также резко, как и хватает меня, отпускает.

Потираю щёки и понимаю — синяки точно останутся.

— Я предупредил, Каролина.

Говорит эти слова и разворачивается, зло уходя в свою комнату.

Смотрю ему в обнажённую и напряжённую спину и в очередной раз понимаю, что Влад больной…

Глава 24

На следующий день

Звонок телефона вырывает из прострации. Пока заказываю себе одежду через интернет, не замечаю, как проходит несколько часов.

Вернер всё ещё на работе, и я могу насладиться тишиной. Съездить домой не в силах из-за вещей, которых у меня нет. Шорты с блузкой остались в машине Влада, а надевать платье… Я не решилась.

Поэтому заказываю сейчас минимум необходимой одежды и витамины, которые должны прийти завтра с утра.

Беру телефон в руки и отвечаю на звонок.

— Бьянка? — мой агент и по совместительству босс звонит не просто так.

— Лина! Завтра фотосессия в белье от Сикрет. Поэтому выспись, чтобы не было синяков под глазами, — это конечно хорошо, но… Смотрю в зеркало. Еле заметные синяки на щеках, даже не под глазами. Благо после вчерашнего они не такие отчётливые, как и всегда.

Да и на ягодицах виднеются в некоторых местах несколько. Как и на талии.

Хотя я предупреждала его! Попросила так не жать! Но виновата сама, за что и ненавижу.

— Слушай, — мне тяжело это говорить, но… Надо. — Я не уверена, что пока готова показаться полуголой. Давай также продолжим работать с более закрытыми нарядами.

— Каролина! Хватит! — восклицает женщина на том конце провода, и мне сразу становится не по себе. — Пора расти. Ничего не знаю. Редактор журнала хочет видеть на обложке тебя. В этом белье. Гонорар космический.

Да не в деньгах дело…

Но с одной стороны…

Как только вся эта ерунда с Владом кончится, я снова приступлю к работе. А что будет, если от меня откажутся? Правильно, останусь без денег. Встану на месте.

Поэтому закусываю губу и произношу:

— Хорошо, до завтра, — Бьянка прощается, говорит, что отправит подробности в сообщении, и я отключаюсь. Тяжко вздыхаю и пытаюсь отвлечься. Выбираю одежду дальше, раздумывая, как можно перекрыть синяки. Особенно на лице. Надеюсь, эта фотосессия будет с косметикой. А та, что «без» отложилась на некоторое время…

Через несколько часов домой возвращается с работы Влад.

Первый его вопрос был простым.

— Ела?

Кивнула, перекусив бананом и показав ему кожуру. Не самый лучший продукт, особенно с утра, но… Что нашла. У Влада очень много тяжёлой еды в холодильнике. И мяса. Много мяса. Понятно, чего он такой крепкий, и фиг ему что сделаешь.

А потом просто ставлю его перед фактом, что завтра иду на фотосессию.

На что слышу обычные, спокойные слова:

— Ты никуда не пойдёшь.

— Что? — восклицаю возмущённо, поворачиваясь к нему корпусом.

— На фотосессию в белье ты не пойдёшь, — произносит равнодушно, ставя стакан в кофе-машину. — Как я помню, ты была моделью более закрытых вещей.

— Мне нужно расти, и ты не смеешь меня ограничивать, — выдыхаю, смотря ему в спину. Он даже не оборачивается, чтобы взглянуть мне в глаза.

— Ты никуда не пойдёшь, — чеканит ещё раз, и выходит из кухни. Проходит по мне холодным взглядом, по пути снимая рубашку.

Гневно сжимаю кулаки и пытаюсь унять бурлящую в груди злобу.

— Это мы ещё посмотрим, — шепчу себе под нос, придумывая план побега.

— Я не опоздала? — залетаю в студию, поправляя летнее платье. Пытаюсь отдышаться. Лёгкие жжёт от бега, а ноги чуть покалывают. Такси встало в пробку, пришлось выскакивать из салона и бежать на своих двоих.

А я ещё и на шпильках, что дико неудобно.

Бьянка, мой непосредственный начальник, оборачивается, прожигая меня взглядом.

— Если бы ты не явилась через три минуты, я бы тебя прибила, — в своём серьёзном тоне она похожа на сладкую булочку. Хоть и говорит так, но не может быть такой злой!

Улыбаюсь и киваю. Три минуты! У меня в запасе целая вечность.

— Иди быстро к стилисту и визажисту, съёмки через полчаса, — показывает мне на дверь, и я киваю. Всё расписано чётко по минутам, поэтому спешу в гримёрку.

Отлично, макияж будет. Но я всё же прошлась немного по лицу косметикой, как и по телу. Вот там… Пришлось попотеть. Я была вынуждена перемешать слишком много кремов и средств, чтобы их перекрыть.

Учитывая, что Влад может вернуться в любую минуту…

Страшно.

Особенно, когда я вызывала слесаря, чтобы вскрыть замок. Ибо Вернер… Запер меня с той стороны. Пришлось ещё платить за установку нового, точно такого же, чтобы Влад ничего не заметил.

Это заняло много времени. И сейчас я чуть опаздываю.

Залетаю в гримёрку, вижу Ксюшу, свою лучшую подругу и по совместительству наилучшего визажиста, которого когда-либо видела!

Обнимаю её, и под женский трёп приступаем к работе.

Синяки на щеках не укрылись от Ксю, поэтому она долго трахает мне мозг, пока не говорю, что пыталась выделить скулы с помощью одного приёма из интернета. И, слава богу, она верит. Делает лёгкий макияж, перекрывает плотно синеву.

Но боюсь больше всего другого — синяков на теле. Они не такие отчётливые, но видны невооружённым глазом.

Пока переодеваюсь в чёрное кружевное бельё с чулками и подвязками, осматриваю себя в зеркале. Пронесло. И всё-таки фиксатор за космическую сумму хорошо держит любой тон, консилер и корректор вместе взятые.

Вся задница и талия в косметике… Это чуть заметно, но… Надеюсь при обработке фотографий изъян уберут.

Ксю шлёпает меня по заднице, и я чуть не подпрыгиваю на месте.

Представляю там руку Вернера.

Фуф. Даже здесь не даёт покоя!

Через десять минут я уже сижу перед камерами.

Дико неловко. Сковывает то, что я почти обнажена. Я редко ношу чулки, и тем более подвязки. Бельё кружевное, с просветами, что боюсь видно самое сокровенное. Поэтому делаю максимально закрытые позы.

Пока фотограф зло не цедит:

— Каролина, не зажимайся! — а я не могу. Хочется закрыться и всё.

Но беру себя в руки. Пытаюсь быть раскованной.

Но в голове Влад. Его реакция. Его злоба.

Что он скажет, когда увидит журнал?

Мне должно быть наплевать, но меня это волнует. Сильно и даже очень.

— Выгни спину, дорогая, — Костя даёт указания и делаю. Сижу на стуле, несильно расставив ноги в разные стороны. Выгибаюсь, оттопыриваю попу немного назад. Чуть запрокидываю голову, смотря в объектив камеры. — Приоткрой ротик.

Размыкаю губы с сияющим блеском. Выполняю каждое слово фотографа, но всё равно чувствую себя неуютно.

— А теперь, Лин, коснись немного себя внизу, — сглатываю, когда слышу эти слова. Кажется, я уже на грани. Черта моей скованности давно пройдена, но… Не настолько. Впереди белая, невидимая стена, которая не даёт мне пойти дальше.

Тушуюсь, не зная, как поступить.

— Левицкая, давай шустрее, — Бьянка, озвучивающая эти слова, даже не смотрит на меня.

— Это обязательно? — сиплю, не желая делать того, что просят.

— Да, Лин, давай, — фотограф нетерпеливо машет руками, а я не могу пересилить себя. Я не в порнухе снимаюсь! А на журнал, и совсем не эротический.

— Может, так? — цепляю пальчиками резинку трусиков и отстраняю от своей кожи. И снова голая. Такая обнажённая. Хоть только и убрала крохотную полоску с тела.

— Ладно, давай так, — бурчит под нос, а я немного радуюсь. Фух. — Теперь посмотри налево.