Белое солнце дознавателей. Том 4 (СИ) - Ри Тайга - Страница 9

Он резко помотал головой — нет, зарывшись носом поглубже в шарф.

— Пойдем спать, Яо. Завтра будет новый день…

— Помните, что вы сказали о куполах тепла, когда я первый раз забрался сюда? — перебил он меня.

— Что не использую их здесь…

— … чтобы чувствовать. Снег. Холод. Дождь. Вы сказали — чтобы чувствовать. Что здесь — можно чувствовать, — мальчишка обернулся ко мне, и две блестящие полоски мелькнули на щеках, в отсветах магических фонарей. Я видела, как Яо плакал — только один раз, случилось что-то серьезное? — Кто я, леди Вайю? — спросил он требовательно. — Кто — Я?

— М-м-м… сир Ву? Брат леди Ву, наследник рода Ву? Вассал рода Блау…, — прошептала я осторожно.

— Кто. Я. Без этой родовой приставки? Без статуса, сирства, и родового имени? — переспросил он жарко, и меня обдало запахом мирийского вина со специями. Маги сдурела? Давать ребенку десяти зим вино на ночь? — Кто я? Мистер Геб точно знает, кто он — будущий артефактор. Вы — целитель, сир Аксель пойдет по военной стезе и получит Трибуна, а кто я? Как понять, кто я?

— Ну…

— Когда был жив дедушка всё было так просто, — он шмыгнул и снова спрятал нос поглубже в шарф. — Дед настаивал — я не хотел.

— Быть алхимиком?

Яо кивнул.

— Дедушка говорил, что такого бездарного ученика у него не было никогда в жизни, что я позор для рода и…

Я рассмеялась. Тихо-тихо. Яо дернулся, когда я приобняла его за плечи.

— Один раз я заехала к вам в гости, — прошептала я ему на ухо. — Они тогда варили… эликсир от кашля… и Фей перепутала корень солодки и корень аира… ей было двенадцать зим.

Яо притих.

— Твой дедушка не увидел слугу и меня, и распекал Фей-Фей. Что никогда ещё у него не было такой бездарной ученицы, и что ваша мама варила восстанавливающее зелье кристальной чистоты в…

— … шесть. Мама сварила в шесть зим.

— Да, — я хмыкнула. Старик Ву был слишком суров к внукам. — Наставник из Академии проверял уровень Фей. Знаешь, что он сказал? Что она может сдавать экзамен на помощника алхимика прямо завтра, и он сам выдаст ей значок Гильдии.

— У сестры получается всё. Она рисует, варит эликсиры, танцует, занимается каллиграфией.

— Согласна. Фей рисует лучше, чем я. Танцует лучше, чем я, лучше разбирается в алхимии, и почерк у нее лучше, значит ли это, что я хуже Фей-Фей?

— Нет! — Яо резко мотнул головой от такой мысли.

— Значит ли это, что ты хуже Фей-Фей? Или это значит, что тебе нужно время и тренировки, чтобы достичь ее уровня? Официальное приглашение в личные ученики — это редкость. Ваш дедушка позаботился об этом ради вас, это его последний дар. Стоит ли отказываться от него так просто?

— Я боюсь, что у меня не получится… — прошептал он тихо. — Что дедушке будет стыдно. Что я никчемный, и из меня выйдет плохой алхимик… у меня… нет таланта.

По-крайней мере он не начал отказываться сразу, как происходило всегда, когда давила Фей.

— У меня тоже нет особого таланта, Яо. Ты видел свитки в библиотеке? — я вздохнула, вспомнив, сколько раз осталось переписывать писания — я сделала ровно сто восемьдесят три. — Даже, если я перепишу ещё двести раз, я все равно буду владеть кистью хуже, чем твоя сестра. Значит ли это, что мне нужно перестать? Или стоит сравнить мой первый свиток и последний, которые я отдам дяде? Мне стоит бросить каллиграфию, потому что всегда кто-то будет писать лучше? Потому что у меня нет таланта?

Яо молчал. Ветер срывал поземку с соседних крыш, я разглядывала звездное небо, подняв голову.

— Мне стоит бросить каллиграфию прямо сейчас?

Мальчишка молчал, свистел ветер, голоса охраны доносились снизу обрывками.

— Иногда нужно сделать двести раз. И повторить ещё двести. И ещё. Пока не станет получаться.

— А если не будет получаться и после этого?

Я пожала плечами — ноги замерзли окончательно, мне хотелось только одного — вернуться в кровать.

— Значит, повторить ещё двести, Яо. Я не знаю другого пути. Ты знаешь, сколько раз Гебион делал свою первую заготовку под артефакт?

Он замотал головой.

— Спроси завтра. Геб подтвердит, — я спрятала руки поглубже в складки плаща, зарываясь в теплый мех. Кончик носа начал подмерзать. — Гебион Лидс испортил триста сорок шесть заготовок, пока у него не вышло.

— Оу…

— Стоимость расходных материалов примерно равна доходу от их маленькой кожевенной мастерской за пару зим. Или четыре премии центурия, — выдохнула я тихо. Гектор наверняка отдавал все деньги в семью. — Ты — будущий наследник, Яо. Что может заставить род вкладывать такие деньги в одного ребенка?

— Вера? — Яо развернулся ко мне, и высунул нос из шарфа. Значит, Геб ещё не рассказывал ему. — Вера в то, что у мистера Геба все получится? Что у него есть талант?

— Талант? — я фыркнула. — Геб первый «грязный» за три поколения. В их роду нет вереницы артефакторов, деда артефактора, отца и мамы, сестры… никто не договаривался о личном ученичестве для Гебиона. Не оплачивал книги и эликсиры. Над Гебом смеялись в школе, Яо. Он — слаб, пальцы не тренированы, наверстывать ему придется очень много, и он будет долго отставать от тех, кто тренировал плетения с детства — и это очевидно для всех.

— Семья верила в него, — упрямо повторил мальчишка. — Верила. И поэтому у него получилось.

— Семья верила в него, потому что он верил в себя сам. Сам, Яо.

Я поднялась с парапета и отряхнула снег с плаща.

— Спать. Через десять мгновений ты должен быть в своей комнате. И…, — я помедлила, принимая решение. — Нас не будет декаду. Ключ от своей лаборатории я оставлю тебе. Доступ к печи и к ингредиентам первого уровня. Захочешь сварить что-то сложнее — только в присутствии Наставника. Тебе решать, на что ты потратишь декаду… сварить очередной эликсир, чтобы испортить краски у Фей-Фей…

— … я не портил!

— … или что-то серьезное. Только между нами. Твоя декада, твоя лаборатория, твое решение. Я не скажу Фей.

— Леди Вайю…

— Спать, Яо. Спать.

Путь я решила срезать через другое крыло. Завтра не будет времени посидеть у Люци, а мне хотелось проверить показатели.

Легкий запах духов — фиалка, жасмин и нотки ванили — я почувствовала ещё в коридоре у лестницы. Одни из любимых ароматов Фей-Фей.

Шаг я ускорила и завернув за угол, увидела край сиреневого халата, самую простую вечернюю косу, которая свободно спускалась на спину, домашние тапочки и… фиал с эликсиром, который Фей торопливо сунула в рукав, быстро поднимаясь наверх.

В этом крыле нет ничего — Зимний сад выше, а на этом ярусе только комнаты Винни, Ремзи и целительницы, которую приставил к ним дядя. Фей оглядывалась — я держалась подальше, ныряла в ниши, за портьеры и немного отстала.

Когда я выглянула из-за угла, Фей уже поворачивала ручку двери — третьей двери с самом конце яруса. Двери, где мы поселили Ремзи.

Петли скрипнули, Фей-Фей замерла на пороге, нерешительно поправляя рукава халата.

Что ты творишь, Фей?

Она стояла молча, глядя в темноту комнаты, долго. Мгновений пять. Когда я уже плюнула на все, и сделала шаг вперед — Фей-Фей закрыла дверь. Плотно, одним решительным движением, развернулась, подобрала юбки и… побежала обратно.

Плотные портьеры в нише колыхнулись, меня обдало запахом духов, и шаги Фей-Фей стихли на лестнице.

К комнате Зиккерта я подходила осторожно. Прислушалась, выплела несколько плетений — все тихо. Приоткрыла дверь и заглянула внутрь.

Зи спал, шторы ему не задернули, и свет луны хорошо освещал разметавшиеся на светлой подушке темные непослушные волосы. Дышал он тихо и ровно.

Я прошла вперед на цыпочках, выплела диагностическое на всякий случай — никаких изменений, и покинула комнату, плотно притворив дверь.

Какого демона ты творишь, Фей-Фей?

В лаборатории было привычно тихо. Печь мигала голубыми огоньками управляющего контура, я бездумно перекладывала свитки на столе из стопки в стопку. Справа — налево, слева — направо, и обратно в том же порядке.