Отборная бабушка (СИ) - Мягкова Нинель - Страница 13

— Ты странная. — нарушил, наконец, тишину вождь. Слова падали камнями, засыпая мою надежду на хлопковые поставки. — Обычно предлагают драгоценности, ткани и животных.

Я прислушалась к разноголосому блеянию-меканию за тонкими тканевыми стенками.

— Мне показалось, что ткани вы и сами делаете весьма неплохие, а животных лишних в нашей усадьбе нет. Мы только недавно и сами закупать их начали. — осторожно объяснила я. — Зато с хлебом у нас никогда проблем не было, даже избыток. Год нынче урожайный на пшеницу.

Дальше я решила не продолжать. Объяснять степнякам, что я привезла хлеб и муку, потому что они кочевые и земледелием, скорее всего, не занимаются, показалось несколько невежливым.

Вождь хлопнул рукой по обтянутому кожаными штанами колену и захохотал.

Я уже не знала, что и думать, когда мужчина махнул рукой. Из-за полотна за его спиной показалась девушка примерно моего возраста, в традиционном обруче на голове, и яркой одежде. Как они не упревают по такой жаре в шароварах, тунике, и поверх всего еще и накидке, выше моего понимания.

— Это моя старшая дочь, Ортана. — пояснил он мне, и обратился к девушке. — Покажи гостье наши поля. Собирать она сама будет, помощников ей не надо. Так ведь? — Вождь неожиданно подмигнул мне.

Я икнула. И откуда только он догадался о моем контакте с нечистью?

— Мой дед был Видящим. — пояснил вождь на мой невысказанный вопрос. — Вы, Видящие, как из другого мира. Думаете по-другому, ведёте себя, не как принято.

Да уж. Знал бы ты, что я и в самом деле из другого мира.

Поблагодарив за угощение и согласие на сделку, я вышла из шатра. Детали обсудим и подпишем договор позже. Все равно мне еще нужно разрешение короля на сделку за пределами королевства, да еще и со степью.

Мой небольшой отряд потащился следом. Что начальник охраны обо мне подумал, когда я двинулась в разнотравье пешком, он умолчал. Но по напряженному пыхтению за спиной я догадывалась, что ничего хорошего.

По дороге я осторожно расспрашивала Ортану об ее прадедушке. Она его, понятное дело, не застала, но рассказывали о нем много. Он, собственно, войну между степью и нашим королевством, Алманией, остановил. Кочевать степняки стали меньше, воевать между собой вообще перестали, признав власть одного вождя и объединившись в одну народность. Понятное дело, менять уклад жизни целого народа — дело неблагодарное, но мужик оказался силён, и умён. Ну, и со степной нечистью договорился, не без этого.

Я в очередной раз пожалела, что никак руки не доходят почитать жизнеописания предыдущих Видящих. Хоть и нашёл мне отец информацию всего о двоих, все равно было бы полезно. Знать, хоть, каких еще сюрпризов ждать. Но день мой и так был загружен под завязку, а если и выкраивалось свободное время на почитать перед сном, я брала в постель книгу учета доходов-расходов. Не до беллетристики, нам хозяйство поднимать нужно.

За короткий разговор с Ортаной я выяснила, кроме прочего, немаловажную деталь. Все договоры с нечистью действовали только на протяжении жизни Видящего. Умер — все аннулируется. Следующий может начинать сначала.

Степь завораживала. Ветер волнами катил густую, по пояс мне траву, будто волны серо-золотистого, выгоревшего на солнце моря. Сухой воздух сек лицо, и я быстро поняла глубинный смысл покрывала на голове Ортаны. Она как-то ловко зацепила край за обруч, прикрыв лицо от особо сильных порывов ветра, бахрома по краю защищала глаза. Не просто так оно, для красоты. В следующий раз поеду в степь — нужно будет лучше экипироваться.

Кстати.

— Ортана, а почему вы тканями с нашей Алманией не торгуете?

Она пожала плечами.

— Нам никто не предлагал.

Я заново оценила ее одежду. Да, если не понимать, что за материал под всем этим многоцветием и вышивкой, вряд ли захочешь себе такое же. Не принято. Как представлю столичных барышень в подобном обрамлении — даже если обычное платье сшить, все равно дико получится.

В низине, вокруг крошечного озерца, больше смахивавшего на лужу, густо росли кустики с характерными пятиконечными, резными листьями. Пахло от зарослей тоже вполне характерно и узнаваемо.

— А это что за растение? — ненавязчиво поинтересовалась я, махнув рукой на заросли.

— Шаманская трава. — недовольно поморщилась Ортана. — Рядом лучше стоянку не разбивать. Поспишь ночку, наутро голова болит страшно, да и снится всякая дурь.

— Удачное определение. Именно дурь. — задумчиво покивала я, глядя на густую поросль каннабиса, в народе именуемого коноплей. — А вождь и шаманы не будут против, если я и эти кусты соберу?

— Да собирай, он только обрадуется! — махнула рукой Ортана. — Шаманов уже лет двести нет, повывелись все. Название только осталось. А сама трава нам без надобности.

Я содрала пару листиков, чтобы позже лешему объяснить, какое еще растение мы будем собирать в степи. Начальник стражи подозрительно принюхался, но честь и хвала ему, промолчал.

Поля хлопковые оказались обширные, и не в единственном числе. Белые пушистые головки ковром покачивались на ветру до самого горизонта.

Это ж сколько варенья я лешему должна буду…

Не говоря уже о пшенице для степняков.

Но как раз последнюю можно и по соседям закупить. К тому же мне пришло в голову еще одно доходное дело, кроме белья. Раз у меня теперь есть конопля…

Вдоль кромки хлопкового поля, где трава помельче, издалека на нас катилось нечто. Хоть никогда я такой диковины и не видела, назвала бы перекати-полем. Из спутанного комка корней и веток торчали отдельные сучки и палочки. Ими шарик цеплялся за землю, и вполне целенаправленно катился к нам.

Кажется, договариваться придётся мне вовсе не с лешим.

Хорошо, что я булочек захватила. Мало ли, думала, оголодаем на экскурсии.

Придётся поголодать до вечера. Уговор с нечистью важнее.

Я присела на корточки, чтобы уравнять наши взгляды. Хотя, где у того колобка глаза, я так и не поняла.

— Приветствую тебя, владыка степей. — солидно поздоровалась я.

Лести много не бывает.

— И тебе не хворать, Хозяйка. — прошелестел комок веток. — Я повелеваю только частью степи, которая у леса, вовсе не всей степью.

И замолчал.

Натуральный степняк. Ждёт, чтобы я попросила.

Ничего, мы не гордые.

— Мне нужна твоя помощь, уважаемый. Нужно собрать белую, пушистую часть с этих полей — мы, правда, еще не обговорили с вождем, в каком количестве, но это потом уточним. И вот эти кустики, если где у тебя растут, все тащи.

— А мне что за это будет? — солидно распушился колобок.

Я, не глядя, протянула за спину руку. В нее лёг увесистый дорожный мешок, который тащил один из моих защитников. Развязав горловину, я выложила сначала тряпичную салфетку прямо на примятую траву, а сверху пирожки и мелкие сушеные колбаски.

Аглая нас, понятное дело, без запасов не отпустила. Мало ли, дитятко оголодает у степняков.

Колобок прошуршал ветками задумчиво, но больше для проформы. Если бы он был собакой, точно бы слюну пустил.

Кстати, вот интересно, чем он пирожки переваривать будет?

Вопрос этот так и остался без ответа. Ткань сама собой свернулась в замысловатый узел и куда-то подевалась.

Договор, так сказать, подписали.

— Когда договоритесь с вождем об объемах поставок, позови меня. Я Карим. — деловито прошелестело перекати-поле. — Пойдём, обратно провожу, а то вам идти долго, и темнеет уже.

Надо же, имя своё от прежнего Хозяина сохранил. Понравилось, поди. Или лешего до меня никто не называл никак? Сколько всяких тонкостей с этой нечистью, хоть бы инструкцию какую выдали, а то двигаюсь наощупь, как в потемках.

— И что он сказал? — прошептала благоговейно Ортана, следя глазами за удаляющимся колобком. Еще бы, хоть и мелкая сошка, повелевающая всего лишь пятой частью степи, но именно от него зависит, найдёт ли ее народ вовремя воду, не попадут ли под ливень во время перехода, и множество разных деталей кочевой жизни.

— А ты не слышала? Предлагает проводить. — пояснила я. Ортана покачала головой.