Отборная бабушка (СИ) - Мягкова Нинель - Страница 35

Конь задрал верхнюю губу и издевательски заржал. Клянусь, в глазах Бурана явственно читалось ехидство. Принц потер ушибленный лоб и надулся.

Ну, и кто теперь умственно отсталый братец? Я тихо хихикнула.

— А если так? — азартно выкрикнул Реджи, бросая мяч повыше. Конь встал на дыбы и снова отбил, уже не так прицельно. Снаряд просвистел мимо пригнувшейся Ортаны и улетел куда-то в кусты.

Принц сдул упавшую на глаза челку и полез доставать.

— А так он вроде и ничего. — задумчиво протянула Ортана. — Когда не строит из себя невесть что, и за задницу не хватает.

Я не менее задумчиво посмотрела на нее, перевела взгляд на копошащегося в кустах Реджинальда. Они ведь ровесники, принц так вообще ментально мальчишка мальчишкой. Это я его воспринимаю, как непутевого внука, а для Ортаны он вполне кандидат. То, что гадостей и глупостей натворил, так на отсутствие нормального воспитания списать можно. Продукт эпохи, так сказать. Ничего непоправимого, к счастью, не случилось, а воспитать его правильно, надеюсь, не поздно.

Посмотрим. Может и выйдет что.

19

На губах короля играла несвойственная ему улыбка. Она упорно не желала прятаться в уголках рта, и все норовила прорваться смешком. Давно он так не развлекался, как вчера вечером.

Даже утренний разговор с сыном не сумел испортить ему настроения.

Упустил он, конечно, ребёнка. Давно нужно было сыном заняться. До того, как он попытался изнасиловать гостью короны. Одно дело со служанками забавляться, но и то, девица согласна должна быть. А дворянок портить — это уже вообще ни в какие ворота.

Реджи с пеной у рта доказывал, что Марианна сама его завлекала, делала намеки и вела себя вызывающе, а значит, напрашивалась. На что король резонно заметил, что не она явилась к нему в спальню, а он к ней, и перед тем, как переходить к постельным игрищам, даже если намеки и были, можно было хоть поговорить с девицей и выяснить ее отношение наверняка. А не наваливаться спросонья, будто она уже жена года два как.

Отослав отпрыска на конюшню с наказом до вечера вести себя, как простой конюх, и не высовываться, и тем более не трогать Марианну, король подвинул к себе пухлую папку с бумагами.

Досье на старшую девицу Кауфхоф получилось внушительным.

Помимо упомянутых давеча Норманом плащей и палаток, Марианна оказалась весьма разносторонней личностью. Несколько швейных патентов совместно с известной модисткой, фабрика кружева, покорённый Чёрный лес, который стоял дичком уже не первое поколение — король, по совести, подумывал даже налог за него снять с баронства, разорятся ведь, и кому другому территорию отписать. Не успел. Ушлая девица оприходовала и лес, и реку.

Еще и со степью договор успела заключить.

Хватка у баронессы железная. Такая из его сына мигом человека сделает.

Король откинулся на спинку рабочего кресла. Вместо полагающейся по случаю радости — как же, такую перспективную невесту отпрыску выбрал — накатило сожаление. Вот бы такую девицу на его собственный отбор, лет двадцать пять тому. Он бы и выхода к морю для страны не получил, но все равно в выигрыше остался бы. Повезло мелкому засранцу.

Лишь бы только не испортил все окончательно. И так уже наворотил — расхлебывать еще долго. Только бы Марианна не злопамятная оказалась.

Пометки на полях рукой Нормана привлекли его внимание. Значит, не просто сватался ландграф, а решил еще дальше пойти? То-то ему показалась подозрительной внезапная болезнь виконта на балу. Здоровый молодой мужчина, что это за приступ, что через час уже прошёл? Наверняка Марианна руку приложила. Может, и не только руку.

Мартиник тихо хмыкнул. Эта может. Даже любопытно будет посмотреть, как она будет ставить Рухтов на место.

Мать его почившей жены ворвалась в кабинет, как всегда, без стука. В какой-то степени она считала здесь все своим, по праву матери жены короля, и бабушки наследника, поэтому вела себя соответствующе. Обычно Мартиник ей это безропотно позволял, чувствуя некоторую вину за то, что не уберег жену.

Хоть и не было между ними любви, а чистый брак по расчету, жена из Карлотты получилась практически идеальная. Супруга она уважала, в постель ложилась без отвращения, наследника родила, в дела королевские не вмешивалась, имя не позорила. Жили бы они и дальше, мирно и душа в душу, только вот подхватила несчастная ветрянку. Детская болезнь, а сожгла королеву за трое суток. Сердце не выдержало повышенной температуры.

Ее мать, Гелинда, и раньше заезжала и гостила подолгу, а после смерти любимой дочери и вовсе переехала во дворец, чтобы быть поближе к внуку.

Это она так всем говорила.

Что говорила ее вторая, младшая дочь, владевшая нынче княжеством, на бумагу переносить было бы зазорно.

— Принц! Наследник! Возится на конюшне с навозом, одетый в рубище! — патетически восклицала княгиня. Мартиник наблюдал это шоу с некоторым интересом. У Гелинды имелся несомненный талант драмы, какая жалость, что особам королевской крови зазорно идти на сцену. Как актрисе его теще цены бы не было.

— Скажите спасибо, что в дальний гарнизон его не сослал, послужить годик. — мрачно пробурчал король. — За подобное преступление в нашем королевстве вообще-то каторга предусмотрена.

— Так она сама виновата! — заявила непоколебимая вдовствующая княгиня. — Завлекала, наверняка, мальчика, заманивала, а теперь внимание к себе привлекает. Там надо еще хорошо расследование провести, не подстроила ли она все это с целью женить на себе принца наверняка. Если бы их застали в ее постели…

— Девица Кауфхоф явно и недвусмысленно, не раз, давала понять, что этот брак ее не интересует…

Гелинда всплеснула руками, не дав ему договорить.

— Ну конечно, слушайте ее больше. Всех интересует, а ее, видите ли, нет. Цену она себе набивает, вот что! А совратить пыталась, чтобы наверняка с крючка не сорвался. Гнать надо эту авантюристку с отбора, поганой метлой, пока не поздно. Испортит мне мальчика окончательно.

— Портите его вы, в первую очередь! — чуть повысил голос король, и хлопнул по столу ладонью. А то княгиня уже забываться начала.

Гелинда опомнилась и притихла.

— Именно ваше поощрение его выходок, полная вседозволенность и избалованность, довела нас до подобной ситуации. Отныне за принцем присматривать я буду сам! Ну, еще пожалуй начальнику охраны доверю. Друзья Реджинальда у меня тоже восторга не вызывают, лучше, если на время отбора он пока прекратит с ними общаться.

— Это прекрасные мальчики из хороших семей! — начала было княгиня, но осеклась, заметив выражение королевского лица. Монарх не поленился, вышел из-за стола и лично открыл дверь кабинета.

— Не смею вас задерживать. Этот разговор окончен. — процедил он. И пусть радуется, что он ее саму обратно в княжество не отослал. Единственное, что его останавливало — хорошие отношения с семьей его свояченицы. Подсовывать такую свинью правящей княгине казалось неправильным.

Выпрямив спину лучше его гвардейцев и высоко задрав подбородок, Гелинда выплыла из кабинета с лицом, полным оскорбленного достоинства.

Мартиник упал обратно в кресло и потер сложенными щепотью пальцами переносицу, гася зарождающуюся головную боль.

Бабушки, все-таки, зло.

В этот раз об очередном испытании обьявили заранее, и даже дали время на подготовку.

Когда мы уже заканчивали ужин, в наш невестин зал-столовую зашёл гер Брюне с неизменным жезлом.

Бум-бум, для привлечения внимания. На всякий случай. Все конкурсантки и так уже смотрели только на него, едва он порог переступил.

— По результатам вчерашнего испытания нас, увы, покидают… — он перечислил имена. Встали те девицы, которые стояли истуканами во время вчерашнего ужина с детьми. Ну, так я собственно и думала. Снобов и ханжей королю и в своём дворце с избытком хватает, чтоб еще такую же чопорную принцессу выбрать.

Наши прореженные ряды переглянулись и снова посмотрели на церемониймейстера. Он явно еще не закончил с новостями.