Необузданные (ЛП) - Ланкастер В. К. - Страница 35

— Нет! — повторила она громче. Он не мог как-то иначе истолковать выражении ее лица, верно? И чего он надеялся добиться? Он не был возбужден, это Мойра чувствовала животом. Может, его нужно было потянуть за хвост? Тройи в этом не нуждался, он, похоже, прекрасно справился сам. Что ж, Крану заблуждался, полагая, что сможет заставить ее дернуть себя за хвост, чтобы в последующем изнасиловать. Она сорвет его план.

Он склонился над ней, пригвоздив ее к месту одной рукой, которая наверняка оставит на ней синяки от всех усилий Мойры вырваться. Он снова схватил ее за руку, на этот раз просунув ее между их телами и опуская до тех пор, пока кончики ее пальцев не коснулись мягкой обнаженной плоти его члена.

— Отпусти меня! — воскликнула она, переходя на крик. Дело дошло до того, что она хотела, чтобы ее услышали другие члены племени. Она хотела, чтобы Грон или Грила пришли и спасли ее, а Крану поставили на место. Ее прикосновение длилось всего пару секунд, прежде чем негодование придало ей достаточно сил, чтобы вырвать свою руку и ударить его по лицу. Это было все равно, что ударить по шару для боулинга, но, видимо, силы хватило, раз его голова дернулась.

Его хватка мгновенно исчезла с ее руки, и она отшатнулась от него, вне себя от ярости. Она откинула волосы с лица и сделала глубокий вдох, чтобы он понял ход ее мыслей, как вдруг раздался оглушительный рев с ветвей над ними. Они оба посмотрели вверх, и Мойра стала свидетелем того, как Тройи практически свалился вниз, едва касаясь ветвей. Он бросился к ним, его рот был раскрыт, демонстрируя пугающие клыки, а глаза горели.

Мойра услышала, как Крану зарычал в ответ, и отскочила в сторону, как раз когда Тройи налетел на Крану, словно метеор. В тот же миг они превратились в крутящийся вихрь, состоящий из конечностей, шерсти и зубов. Звук был ужасный, как будто бензопила разрезала стопку шин, но насилие, которое творилось на ее глазах было еще хуже. Мойра никогда не видела ничего подобного, они были такими быстрыми. Тройи выглядел так, словно сошел с ума, а Крану, похоже, был не прочь оторвать пару конечностей другому самцу. Они сражались так, словно это было состязание — кто первым нанесет сокрушительный удар.

Мойра в шоке попятилась. Внезапно она перестала чувствовать себя в безопасности рядом с ними. Это были не плюшевые мишки-переростки, чей мех немногим отличался от игрушечного. Они были животными. Происходящее походило на сражение львов за превосходство, сражение не на жизнь, а насмерть.

— Мойра! — на нее сзади опустились руки, и она подпрыгнула, обернувшись и увидев Рут, которая смотрела на нее с заметной обеспокоенностью, и Грона стоящего рядом с ней. — Ты в порядке? Что, черт возьми, происходит? — сказала она. Грон что-то проворчал и ринулся к месту схватки.

— Я не знаю! Не знаю! — воскликнула Мойра. Она все еще слышала позади себя шум борьбы, настороженно прислушиваясь к звуку ломающихся костей и пронзаемой клыками плоти. Она услышала приглушенный треск и представила, как кулак поражает череп. Это было совсем не похоже на драки в баре, которые она видела. Человеческие мужчины на такое были не способны.

Она увидела, как Грила, Грисс и Бру спрыгнули со своего дерева на землю и побежали к Крану и Тройи. Мойра знала, что должна была посмотреть, должна была увидеть, кто победит, но оба сценария в ее сознании были так ужасны: Крану расплющивает голову Тройи, Тройи душит досмерти Крану.

Мойра заставила себя обернуться и посмотреть, но тут же застонала от ужаса и прикрыла рот рукой. Крану придавил Тройи собой и злобно рычал на него, но по тому, как двигалось его лицо, Мойра поняла, что он что-то кричит на своем языке. Грон изо всех сил старался оторвать руки Крану от Тройи, который в ответ яростно выл на Крану. Оба они были в крови и грязи. Бру добежал до них и начал вытаскивать Тройи из-под Крану, но ему не удалось далеко продвинуться, поскольку к ним подоспела Грила, сильно пнув Крану в грудь. Он выскользнул из рук Грона и упал, но поднялся, чтобы продолжить драку. Он зарычал на мать, но тут Тройи высвободился и схватил его.

Крану отшвырнул его в сторону, и Грон навалился на Крану сверху. Грила стащила Грона с Крану, а затем подняла своего старшего сына, вцепившись в его шкуру руками. Крану взвыл от боли и попытался вырваться из ее рук, но она была настолько сильна, что чуть не сбила его с ног. Бру помог Тройи встать.

Мойра не могла на это смотреть. Она не хотела видеть, какое за этим последует наказание. Ей стало дурно. Ситуация выглядела отвратительно. Крану разозлил Альфу и не собирался отступать. Мойра снова повернулась к Рут.

— Как мне отсюда выбраться? — простонала она. — Я не могу здесь оставаться, я больше не хочу здесь находиться!

Рут положила руки на плечи Мойры в успокаивающем жесте.

— Мойра, все в порядке, все будет хорошо…

— Ты говорила, что там была кнопка, так? Если я нажму на нее, они заберут меня отсюда?

Мойра была напугана. Как будто все, что она рисовала в своем воображении две недели назад, стало реальностью. Она думала, что находилась в безопасности, но эти инопланетяне на самом деле оказались опасны. Она не знала, что сейчас произойдет. Неужели из-за нее Крану будет жестоко казнен? Часть ее души, которой он был не безразличен, не вынесет этого. Она хотела убежать. Она хотела покинуть эту планету!

Рут в нерешительности посмотрела на нее.

— Не принимай этого решения сейчас. Почему бы тебе не…

Но Мойра уже возилась с металлическим браслетом на лодыжке. Трясущимися руками она нашла кнопку и нажала ее, зажегся маленький огонек.

Но ничего не произошло. Мойра испуганно посмотрела на Рут. На другой стороне поляны Крану удалось вырваться из рук своей семьи и, перепрыгнув через Тройи, он побежал к ней. Он прихрамывал и истекал кровью, а один глаз заплыл, но решительность и сосредоточенность никуда не делись. Казалось, он был намерен заполучить ее, несмотря ни на что.

Мойра в ужасе уставилась на него, а потом внезапно почувствовала сильную тошноту.

Глава 25

Крану рухнул на колени, когда Мойра… просто исчезла. Она была прямо перед ним, рядом с Грут, он был в нескольких секундах от того, чтобы схватить ее, закинуть на плечо и унести в лес. В голове упорно звучала всего одна мысль — они не отнимут ее у него. Он смотрел прямо на нее, а в следующую секунду уже нет.

Замешательство задержало Крану ровно настолько, что мать успела его догнать и напасть на него сзади, сбив с ног, в результате чего он упал лицом в грязь. Грила встала коленями ему на спину так, что стало трудно дышать, и одной рукой придержала за голову. Одну из ног она переместила ему на поясницу, задев основание хвоста, так что он был полностью придавлен. Он услышал ее рык, и его временное потрясение и смятение потонули в ярости. Он зарычал в ответ, отказываясь подчиниться, даже когда остальные члены племени присоединились к ним, прижав его колени, лодыжки, запястья и локти. Он в бешенстве хлестнул хвостом.

Он был так зол, что едва мог соображать, и почти ничего не видел. Единственное, что он чувствовал, — это ярость. Как они могли его предать? С такой легкостью напасть на него? Подумать о нем самое плохое, но что еще важнее, встать у него на пути? Снова? Он знал, что это произойдет. На протяжении многих лет он знал, что родная семья его ненавидела, считала злодеем, и теперь их вмешательство достигло апогея как раз в самое неподходящее время. Мойра исчезла.

Он нуждался в Мойре, он нуждался в ней, вот чего они не понимали. Он нуждался в ней, как в солнечном свете, чтобы не жить в темноте, как в воздухе, чтобы не задохнуться. Они думали, что он преследовал Королеву… Да, он преследовал ее. И только ее. Она принадлежала ему. Он разорвет их всех на куски, чтобы добраться до нее.

— Успокойся! — прорычала его мать низким и напряженным голосом. Она была больше и тяжелее его, но она старела, а он был самым крупным самцом из всех, что он когда-либо видел. Даже против пяти противников он не считал себя побежденным. Тройи мог причинить ему боль, но он не сдастся, ведь Мойра по-прежнему была где-то рядом.