Последняя битва (СИ) - Сафина Айя "AyaS" - Страница 50

— Хумус прав, нельзя обнаруживать себя перед ними.

— Значит надо прорваться внутрь! — предложил Легавый.

— Ну так что, пиццу запекать?

— Мы даже не знаем, как подступиться к Нойштадту, — сказал Буддист.

— Как обойти минное поле?

— Нам нужен минный трал.

— О погоди! Сейчас вобью код «максимум оружия» как в ГТА, и минный трал прямо тут в комнату упадет! — воскликнул Фунчоза.

— А как насчет гамбийских хомяков? — предложил Рафаэлка.

— Что?

— Организация АРОРО в Танзании дрессировала их на поиск мин. У них высокая чувствительность к запаху металла и маленький вес, который не приводил к детонации.

— Ты сейчас серьезно предлагаешь нам тренировать хомяков? — спросила Жижа.

— Просто поделился любопытной информацией!

— А что с турелями? — переключился Антенна.

— Автоматические турели реагируют на движение зараженных. Как насчет армии гамбийских хомяков?

— Да ты задолбал!

— А как обойти пять тысяч солдат после турелей? — заметил Калеб.

Он пришел в себя этим утром и уже практически крепко стоял на ногах.

— Давайте Тессой в них кинем! Она ж трахает всякий военный хлам. Пусть отвлечет, пока будем туннель рыть!

— Фунчоза! Ты заколебал! Давай серьезно!

— А что тут думать? Нет у нас шансов! Ну нашли мы этого придурка, а дальше то что? Взорвать всю базу — у нас нет кодов к ракетам. Выкурить урода — у нас нет армии. Черт, да мы даже не до конца уверены, что он там!

— Он там! — я не сомневалась.

— Потому что ты так решила. А ты не очень надежный работничек сейчас. Ты потеряла там своего поваренка, и твоя скорбь застилает твой разум!

— Мы все там кого-то потеряли. И ты тоже!

— Мне это хотя бы не мешает думать ясно. А для тех, у кого это плохо получается, повторяю еще раз: у нас нет армии, и у нас нет шансов!

— Выбора у нас тоже нет.

— А вот и есть: давайте просто заляжем здесь и начнем уже морковку сажать!

— Мы либо атакуем первые, либо Триггер нас в порошок сотрет, — заметил Вольт.

— Триггер знает расположение всех стратегически важных объектов. И Аахен есть в списке, — добавил Кейн.

— Триггер знает, что мы живы. Он не остановится, пока не найдет нас.

— А потому что нехер было идти туда и красоваться своей отвратной мордой!

— То есть ты серьезно хочешь спустить ему с рук убийство Каришки? Твоей матери? Алании?

Фунчоза впервые смотрел на Тесс молча. Прямо противоестественная реакция на ее присутствие.

— Хорошо, я готов рассмотреть план с хомяками!

Мы молча уставились на красную точку на карте. Она была так близка, так досягаема. Протяни руку и схватишь. В некотором смысле Фунчоза был прав: наша боль, наша жажда крови отрубала логику. Мне просто очень хочется отомстить за Свена, за Хайдрун, за Куки с Маликом. Но я и впрямь не знала, как подступить к военной крепости.

— У нас есть армия, — вдруг произнесла Тесса.

Все это время она слушала молча, с каждой секундой осознания невыполнимости задачи она хмурилась все больше, но она так и не сказала, что это невозможно. Вдруг резко захотелось услышать от нее «у меня есть план!», как было с ИКЕЕЙ, с оптическим заводом и еще много раз, когда она вовлекала нас в опасные затеи, которые едва не стоили нам жизней, но в конце мы получали то, за что боролись. И сейчас я очень хотела, чтобы она вновь набросала план и пообещала, что в конце мы получим то, за что боремся.

— Нас тут тридцать человек, это не армия, — заметила Ляжка.

— А я не про нас говорю.

Она оглядела нас и добавила:

— Все, что мы должны сделать, это пробить брешь в стене Нойштадта. А зараженные завершат начатое.

Не знаю, что испытали остальные, но во мне вдруг взорвался фонтан из противоречащих мыслей. С одной стороны это действительно могло сработать, но с другой стороны, какой ценой.

— Зараженные не будут сортировать. Они всех жителей пустят на фарш: гражданских, военных, ученых, женщин, детей…

— Я всего лишь хочу отключить «Иерихон», — перебила Тесса Ляжку.

— Нет, ты хочешь повторения Желявы.

— Я хочу выжить!

— Не ценой невинных жизней!

— Как тут правильно заметили, выбора у нас особо нет.

Ребята поникли. Либо Триггер достанет нас баллистическими ракетами, либо мы отберем у него этот козырь и выживем.

— Значит натравим зараженных на Нойштадт? — Антенна первым прервал молчание.

Ребята переглядывались, боясь выбрать сторону. Участь Падальщиков всегда состояла в одном — жестоком выборе. Жизнь или смерть. Кто-то не видел в этом выбора, а кому-то удавалось договориться со своей совестью, а потом с флагом, провозглашающим право любого организма на выживание, делать выбор в пользу своей жизни, отнимая чужую.

— Кейн, мне нужна будет подпитка, как в прошлый раз. Я поведу зараженных за собой, покажу им, куда бить, — сказала Тесса.

Кейн ответил не сразу. Казалось, он завис над какой-то мыслью, а потом вдруг сообразил:

— Ну уж нет. Хватит с меня этих игр в превращения, — Кейн скрестил руки на груди.

Теперь нахмурилась Тесс.

— А в чем проблема-то?

Кейн молчал, уставившись в пол.

— Кейн! — позвала она.

Он оглядел ребят, потом снова взглянул на Тесс и замотал головой:

— Нет, — сказал он.

— Ты понимаешь, что мне нужен многосложный ответ? — не понимала Тесс. — Мы уже проходили подобное! В чем дело?

— Нет. В тот день ты не успела превратиться, мы вкололи тебе сыворотку за несколько часов до комы. Сейчас же, получив дозу крови, ты завершишь процесс. Пройдешь полный цикл.

— И что с того? Вколешь мне сыворотку и вернешь обратно. Не в этом ли ее смысл?

Кейн зажмурился, тяжело вздохнул, а потом выругался:

— Твою мать.

И это прозвучало очень странно, потому что мистер ученый всегда был хладнокровным и сдержанным, а теперь же поддался эмоциям. Мы выжидали его ответ несколько минут. Что-то подсказывало, что он нам не понравится.

— Последний компонент сыворотки был взят не у Геркулеса. Он был взят у тебя в тот день, когда ты получила дозу человеческой крови. Вирус в твоем организме, получив подпитку, практически достроил ДНК-комбинации, и если бы я не успел вовремя закончить формулу сыворотки, ты бы превратилась в особь со всеми активированными одиннадцатью генами.

Мы с ребятам переглянулись. Не все из них понимали, о чем речь. Но я точно понимала.

— Мне удалось опередить созревание вируса в твоем организме. Я завершил сыворотку на основе принципа комплементарности: там, где в вирусной ДНК стояли аденин и гуанин, но отсутствовали их парные азотистые основания — тимин и цитозин, я добавил их искусственно.

Кейн сглотнул, давая себе паузу.

— Ты была вот настолько близка к тому, чтобы стать идеальной особью, которую растит вирус. И если сейчас мы дадим вирусу кровь, он довершит свое созревание в твоем теле. Мы сами отдадим вирусу его оружие.

Первым отреагировал Томас:

— Но ведь в тот день Тесса очнулась со своим сознанием!

— Тесса так и не впала в кому. Тесса — мутант. Превращение ее организма происходит в замедленном режиме. Нам повезло. Мы успели ввести сыворотку до того, как вирус отключил твое сознание. Нам просто повезло, Тесс, — вновь повторил он.

И впервые посмотрел ей в глаза.

Мы продолжали молчать, теперь уже с опаской поглядывая на Тесс. Выходит, она — носитель полноценного вирусного генома? Что это значит для нас?

— Почему раньше не сказал? — прохрипела Тесс наконец.

Кейн пожал плечами:

— Не думал, что когда-нибудь придется снова кормить тебя кровью.

Тесса устало опустилась на стул. А я вспоминала видеокадры с ее дракой с Геркулесом на оптическом заводе. Доза крови и вправду сделала ее невероятно сильной, а еще сумасшедшей, потому что только псих пойдет драться с чудовищем врукопашную. Вдобавок стало ясно, что в той погоне не было нужды, потому что ответ уже был в их руках, и если бы они проверили кровь Тесс до умопомрачительной гонки, то Геркулес так и остался бы бегать по лесам, а мы бы лишились трех часов захватывающих приключений Стальной Стервы.