Последняя битва (СИ) - Сафина Айя "AyaS" - Страница 76

А потом осознал, что Стражей могут прикрыть лишь сами Стражи, потому что вся бронетехника стала бесполезной. Несколько отрядов Стражей начали разворачиваться, делали они это гораздо медленнее летящих дьяволов. Наконец я увидел атакующих.

Кто-то использовал наше же оружие против нас: поверженный танк выплевывал снаряды один за другим в нашу сторону, пулемет барабанил в такт.

— Ублюдки! — выругался кто-то.

А в моей голове наконец вырисовался коварный план противника.

— Стражи, первый отряд, не покидать позиции! Продолжать обстрел визитеров! Второй и третий отряды, огонь на Кору! Остальным прикрывать ворота!

В ту же секунду те, кто вероломно воспользовался достоянием Нойштадта против его же жителей, встретили яростную оборону, быстро переходящую в атаку.

Снаряды засвистели с обеих стороны, сталкивались в воздухе и взрывались, впивались в землю, взбивая ее в фонтаны. К сожалению, из всей боевой мощи Нойштадта самой крепкой броней обладали именно Леопарды, и враги внутри него знали об этом. Снаряды впивались в бронепластины, разрывались, но не пробивали сквозь. В то же время крупнокалиберная пушка танка уже выбила из строя два Стража: одному пробила кабину пилота — солдат умер тотчас же, второй Страж потерял обе ноги и теперь валялся на земле, пытаясь продолжать отстреливать хотя бы шайтанов.

Взлом боевых систем колесной бронетехники оказался практически фатальным. Шайтаны активно завоевывали пространство поля, а пушки больше не прореживали их ряды. Зараженные орды постепенно поглощали территорию у ворот Нойштадта, Стражи едва справлялись с их наплывом, разделенные разными миссиями: кто-то обстреливал переметнувшегося на вражескую сторону танк, другие палили по приближающимся вражеским БМП, и лишь треть отрядов обороняла ворота и всех остальных от кровожадных чудищ.

Мы начали терять построения внутри взвода. Мы начали проигрывать.

Но вот у Коры закончились боеприпасы: сначала замолк пулемет, а потом и пушка. Стражи бросились добивать машину. В тот же момент на нас обрушился обстрел справа. Я обернулся и впервые за всю свою жизнь выругался.

Незнакомые боевые машины пехоты подобрались критически близко и уже открыли огонь из своих тридцатимиллиметровых. Телескопические снаряды впивались в кабины пилотов не хуже, чем танковые — бьют в уязвимое место, потому что знают, что едва нарушится герметичность Стража, шайтаны тут же почувствуют за броней человека.

— Твою мать! — крикнул один из Стражей.

Вражеская тактика быстро приносила плоды: шайтаны набросились на Стража номер шесть, тот стал отмахиваться роботизированными руками, а потом понял, что шайтанов так просто с себя не снять, и открыл огонь из пулеметов в руках.

— Аккуратнее! — взревел я.

Но не успел. Паника сжала солдата в тиски, он хотел поскорее избавиться от зараженных, которые скакали по плексигласовому стеклу, ища трещины на ощупь. Сила снарядов невероятно высока, и пик мощности — момент выпуска снаряда из дула. Неправильно рассчитав траекторию, можно снести крышку кабины. Что и произошло.

Снаряды сбили с экзоскелета шайтанов, но кинетическая сила была столь огромна, что выбила из крепления стержни крышки. Люк кабины оторвался, обнажив пилота прямо перед полчищами голодных чудовищ. Громкость снаряда оглушила бойца, и он не сразу пришел в себя. Это было единственное утешение.

— Страж № 6 подбит! Повторяю, Страж№ 6! — закричал кто-то из бойцов.

Кто-то стал разворачиваться, чтобы прийти на помощь товарищу, но Стражи были медлительными и к тому моменту, как первые пули вылетели из пулеметов, шайтаны уже вгрызлись в тело пилота. Я зажмурился. Молил бога, чтобы пилот так и не проснулся.

— Твари!

— Нет!

— Кто-нибудь, помогите ему!

В этот момент раздался мощный взрыв. Волна горячего воздуха была такой силы, что меня тряхнуло, шайтанов свалило с ног и они кубарем прокатились по полю. На стекле замигала красная надпись:

«КОРА ДЕАКТИВИРОВАН».

Злополучный танк наконец-то был побежден, огромное черное облако с горящим основанием вознеслось к небу, как будто на свободу вырвались темные духи. Справа же в нашу сторону продолжали лететь огненные искры. Я стал палить, не целясь. Просто зажал кнопку на джойстике, пока разворачивал туловище экзоскелета.

Когда я наконец увидел врага собственными глазами, а не через точки на радаре, я ужаснулся тому, как быстро они подобрались к нам вплотную.

Три темно-зеленые БМП прорвались через стену разрозненных атаками Стражей и ворвались в самый центр между воротами и нами. Ловко лихача между танками и Стражами, Аяксы пробирались к ангару.

— Враг у ворот! — заорал я, что есть мочи.

И в момент, когда я подумал, что враги победили, Аллах снова вернулся ко мне.

Башни леопардов ожили, задвигали гранатометами, пушками, пулеметами, и незваные гости потонули в огненном вихре.

27 февраля 2071 года. 15:40

Ольга

— Лосяш, гранату! — крикнула я.

Я спряталась за угол, Лосяш тут же бросил вверх осколочную гранату и спрятался рядом со мной. Мы зажали уши. Взрыв окатил горячей волной. Узкий коридор, ведущий к диспетчерской с пультами управления, где засели солдаты Триггера, тут же заволокло клубами бетонной пыли. Я с опаской посмотрела на потолок, словно железобетонные плиты могли упасть от одного лишь неаккуратного взгляда.

— Пора выкурить этих уродов!

С этими словами Легавый первым пошел в атаку, пользуясь невидимым смогом, прятавшим наши тела в сумраке тускло освещенного коридора.

Мы с Лосяшем бросились следом, зажав спусковые крючки. Огненные искры свистели в воздухе, не видно ни черта, пыль скапливалась в носу и забивала легкие, я начала кашлять. А солдаты продолжали решетить клубы тумана, в котором прятались мы.

Я присела за выступом на стене, перезаряжая винтовку. Рядом со мной плюхнулся Кейн. У докторишки окрепли яйца, и он мне очень нравился таким. Он впервые взял винтовку в руки, а уже интуитивно вертел ею в руках, знал органы управления, режимы огня, даже патроны считал. Ну просто молодец. Пятерошник!

За выступом напротив спрятался Буддист, знаками показал мне следующий ход. Я кивнула.

— Граната! — крикнул он.

И подкинул в воздух серебристый баллончик. Вражеские бойцы тотчас же легли, прекратив обстрел. Ну а мы воспользовались хитростью и выбежали из-за укрытий. Потому что взрыв гранаты нам не грозил. Дымовая шашка выстрельнула новой порцией дымных клубов, в этой завесе мы и затерялись, ворвавшись в диспетчерскую.

Выстрелы перестали быть хаотичными. Мы стреляли прицельно. Ровно по распластанным на полу бойцам.

Наконец в штабе наступило молчание, система вентиляции медленно высасывала дым, и вскоре мы смогли различить очертания друг друга.

— Ништяк! — Лосяш с Легавым дали друг другу пять.

Я тоже была удовлетворена качеством проведенного штурма, учитывая перевес бойцов и наличие недоделанного солдата в моем отряде.

Кейн уже сидел за пультами управления, пытаясь сообразить что к чему. Мои сержанты присоединились к головоломке. Тут было четыре разных пульта, контроль систем запутан, и единственное, что мы могли различить четко — это связь с Нойштадтом.

Монитор ожил усилиями ребят, мы увидели центр управления, где восседала Арси.

— Мы в пусковом штабе. Говори, что делать! — Кейн не терял ни секунды.

На кону — жизнь его жены, я не вмешивалась в его действия. Казалось, у него был план. Казалось, он знал, что делал. А еще казалось, что он контролировал себя. И лишь по третей причине я позволила ему взять руководить нашими действиями дальше.

— Там должна быть программа, зашитая на «Иерихон». Ты увидишь голубые алгоритмы на зеленом фоне, — объясняла Арси.

Кейн открывал все окна подряд, искал вкладки, скрытые страницы.

— Нашел! — крикнул Легавый, сидящий за соседним компьютером.

Мы все бросились к нему.

— Таймер работает? Таймер запущен? — спрашивала Арси.