Я тебя забираю (СИ) - Росс Софи - Страница 5

— Почти четыре года. У меня был хороший адвокат, который настоял на признательных показаниях. Удалось пройти по минимуму.

— Почти полторы тысячи дней… — не представляю, насколько сильным характером должен обладать человек, чтобы пройти через такое.

— Очень долгие четыре года, Бэмби. Я мог пойти на что угодно, лишь бы мой день перестал походить на все предыдущие.

В этот момент я струсила.

Не была готова узнать про его преступление.

Выбрала вариант оправдать его в своей голове, что бы мужчина ни совершил.

— Артур. На тот случай, если тебе ещё интересно, — мне было. Одними губами прошептала имя, отметив невероятное сходство его нрава с рычащими резкими буквами.

— Таи… — решила еще раз представиться, потому что мужчина его уровня вряд ли запоминает такие мелочи о первой попавшейся девчонке.

— Тася. До Таисии, Оленёнок, тебе надо дорасти. Пользуйся молодостью, к чему эта спешка, — хотела кивнуть, но вместо этого ударилась подбородком о твёрдые грудные мышцы, вырвав из мужчины очередной смешок.

Артур не спешил выпускать меня из своих рук, продолжал гладить по спине и иногда крутил рассыпавшиеся пряди пальцами, в то время как я пыталась подсчитать убытки, которые придётся компенсировать хозяйке квартиры из своего кармана.

Новый переезд отсрочит сбор всей суммы для «вызволения» Сашки еще на пару месяцев, так что я приняла единственно верное решение, стараясь поддерживать один тембр голоса во время вопроса.

Не получилось.

В конце он всё-таки сорвался.

— Могу я попросить твоей защиты взамен на любые условия, которые я выполню?

9. Артур

Странно, что девчонка не погнала меня мокрыми тряпками за порог и не стала устраивать допрос на тему моей статьи.

Оленёнок продолжала сидеть у меня на коленях.

Как ни в чем не бывало.

Будто я только что не признался ей в падении на самое дно социума.

— О чём ты просишь?

— Отчим, — отвечает быстро. — Сделаешь с ним то же самое, если он ещё раз появится? И мне, наверное, понадобится твой номер. На всякий случай…

Обхватываю пальцами её лицо с обеих сторон, вынуждаю слегка запрокинуть голову и максимально долго всматриваюсь в глубину слегка поплывшего от немых слёз взгляда, уловив в этих омутах всё необходимое.

Благодарность за спасения, чисто женское желание оказаться в сильных руках и…

Симпатия?

Большим пальцем скольжу по пухлой нижней губе, немного оттягиваю, опустив свободную ладонь на бедро. Малышка тянется ко мне, но я немного отстраняюсь, продолжая изучать реакции её тела, которые на сто процентов подтверждают мою догадку.

Я ей нравлюсь.

Этой чистой светлой девочке с большим сердцем нравится, когда я её трогаю. Пачкаю своими грязными отпечатками, которые не стереть, даже искупавшись в самом ядерном чистящем средстве.

Наждачкой придётся вытравливать.

У неё есть планы, есть мечты — у девчонки в кармане перспективы приторного, мать его, идеального будущего с хорошим парнем, которого она на сто процентов достойна, и большим загородным домом.

Ей совершенно не подходит бывший уголовник с запасами пива в холодильнике.

— На всё, говоришь, готова? У меня, девочка, сейчас в этой жизни лишь один интерес: тёплая женщина под боком, — бедро её сжимаю слишком грубо, напугать хочу, чтобы выкинула все эти розовые сопли о доблестном рыцаре из своей головы. Приглядывать за ней буду, пока она все свои дела не оформит, но вот этот щенячий восторг придётся резко обрубить. Если без боли — кошкой за мной бегать будет со своими обедами.

Нам обоим ни к чему.

Это наша блядская реальность, детка, где тебя имеют со всех сторон — хочу сказать, но вместо этого вырывается совсем иное.

— Если готова раздвинуть для меня свои ножки, предлагаю скрепить сделку прямо сейчас, — специально губы кривлю. Ладонью грудь девичью накрываю и пальцы резко сдавливаю, второй рукой надавив на горячее местечко между бёдер. — Но сначала ты мне отсосешь. Я же должен знать за кого впрягаться. Вдруг ты ничего из себя не представляешь.

Ну же, маленькая, вдарь мне по щеке, закричи, начни возмущаться, потому что вести себя с тобой ещё ублюдочнее у меня просто не выйдет.

— Хорошо.

Да твою же мать…

Девчонка закрылась, плечи ссутулены, а пальцами всё равно к члену тянется и с колен на пол соскользнуть хочет.

Не мешаю.

Наблюдаю за тем, как она располагается между разведенных ног, волосы на кулак наматываю и дёргаю так, чтобы взгляд свой подняла.

— Мне нравится глубоко. Постарайся, крошка.

Ещё один козырь.

Сейчас она порежет меня на кусочки острыми льдинами в глазах и попросит больше никогда не дышать в её сторону. Придумает новый план. Поймёт, что алкаш этот здесь после такой встряски еще долго не появится.

Но вместо этого ладошка сжимает ствол через серую ткань.

От шума дверного звонка мы оба вздрагиваем.

— Ждёшь кого? — головой мотает. — Проверь.

Девчонка убегает из комнаты, а я локтями в колени упираюсь и голову руками обхватываю.

Пытаюсь выкинуть из мыслей бойкого Оленёнка.

— Ты кто? — пацан растерянно осматривает пространство со следами припадка его отца, а я поднимаюсь с дивана и подхожу к ребёнку в два шага.

— Друг твоей сестры. Руки мыл?

— Нет.

— Самое время, — натянуто улыбаюсь и беру протянутый мне рюкзак.

Ставлю его на ветхого вида стул и иду на выход. Общение с этим парнем точно станет лишним. Ещё одна галочка в колонке «за».

Тасю нахожу в коридоре, где она слишком тихим шёпотом разговаривает с отражением в зеркале.

Я просто молча затягиваю шнурки и нажимаю на дверную ручку, которой тоже не помешает ремонт. Впрочем, как и всему здесь.

— Артур… Постой, нас прервали.

— Я успел это заметить, — приходится повернуться, чтобы девчонка не разговаривала с моей спиной.

— Если ты не против, я могла бы зайти сегодня вечером… — зря надеялся.

— Не боишься под меня ложиться, Оленёнок? Я же вижу: трясешься вся, в глазах отчаяние, — усмехаюсь, а она ладони в кулаки сжимает.

— Мне нужна защита, — продолжает на своём стоять.

— В десять. Минута опоздания и я проверну замок со своей стороны, — не придёт. Я на это надеюсь.

Уже в своей квартире я уничтожаю содержимое почти нетронутой пачки сигарет и слежу за временем, которое тянется раздражающе медленно.

На часах впереди высвечиваются две двойки.

10. Артур

— Копыта свои сними, Бэмби. Убьёшься же, — жест я оценил, по правде говоря.

Для меня старалась. В кружево себя упаковала, бантики все эти, резинки. Чулки даже раздобыла — вряд ли она их в повседневной жизни носит.

В первую секунду, когда она дверь после себя закрыла и халатик сбросила, у меня в голове мультяшный звук падения челюсти до пола раздался.

Только мордашка всё равно не соблазнительницы роковой, а напуганного Оленёнка. Если бы паспорт не видел, давно бы уже конфет в руки насыпал и за дверь выставил прямо в таком виде. Чтобы уроком стало перед соседями и девчонка перестала дурью страдать.

Ещё раз взглядом окинул. Красивая всё-таки. Фигурка ладная, талию поясом выделила, изгибы плавные, но там, где нужно. Грудь, конечно, маловата — сугубо на мой вкус — только другая ей не пошла бы. Слишком фальшиво будет смотреться.

Из шпилек своих выскальзывает, за стену держась. Как только ступеньки преодолела и носом с ними не встретилась на такой высоте?

— Послушная, — ближе подхожу, по щеке хочу провести, чтобы кожу нежную под пальцами ощутить. Оленёнок дёргается, но потом с воздухом будто храбрость в себя вдыхает. Глаза открытыми держит, в мои смотрит, пока я костяшками медленно от виска до губ веду.

— Тебе нравится?

Да пошло оно всё. Кто я, в конце концов, такой, чтобы от предложенного отказываться?

Сама пришла. После всего, что наплёл ей.

— Собираешься делать всё, что мне нравится? — усмехаюсь, заметив появившийся румянец на её щеках.