Вампир без клыков (СИ) - Мищенко Фрол - Страница 11

11

Когда у стены что-то зашевелилось, я не нуждался в перезарядке или взведении курка.

Только навести и выстрелить.

Но я медлил. Нити были коротки, тянулись не дальше метра. Это говорило о том, что гость слаб, глуп или искалечен. Его помыслы даже не касались меня. Что и оставило пулю в барабане.

Стоило подавать голос или нет — я не знал. Лишь наблюдал, как неизвестное существо передвигается с места на место, подчиняясь нитям… или подчиняя их. Намерения были не враждебными, но и не дружелюбными. Неизвестное вело себя как на своей территории. Оно не ощущало опасности, будто не знало о пуле, замершей у курка. Это вызывало интерес, но вместе с тем, мне не нравилась главная нить, которой руководствовалось существо.

Оно искало пищу.

— Кто ты такой? — спросил я.

— О… вот ты где… моя хозяйка просила тебя найти.

Нити метнулись ко мне. Пища была найдена.

— Как зовут хозяйку? Кто она? Скажи это перед тем, как сделаешь шаг в могилу.

— Что тебе даст моя смерть? Даже не знаешь, где сидишь ты. Или где сижу я. Глупый человек.

Мое терпение угасало. С каждой секундой. Может, долгое время одиночества заставило меня нажать спусковой крючок. А может, неуверенность: было заточение продолжительным или пока еще нет.

Я ничего не знал, кроме того, что дуло смотрело прямо на цель.

Когда эхо выстрела ушло из ушей, а нити разъело, я вновь взвел курок. В барабане оставалось пять пуль. Слишком мало, чтобы я рисковал и менял гильзу на патрон. Слишком много для того, чтобы бояться промахов и новых гостей.

Я поерзал в углу, который служил мне и ночлегом, и последней линией обороны.

С тех пор, как ослеп, больше не приходилось закрывать глаза для сна. Я использовал другую привычку. Отключал мысли. Вампиры не могут спать, но состояние их отдыха весьма похоже на то, что испытывает человек.

Только не нужно просыпаться. Ведь ты и не засыпал.

Сложное чувство. Вполне приятное.

Глава восьмая, в которой оглашают рождение

Сон был прерван голосом:

— Просыпайся, друг мой.

Привычно захотелось взглянуть на мир, но он оставался для меня мраком. Решил воззвать к Дару, чтобы по нитям определить говорившего, но ни одна жилка не появилась.

— Сон выключает силу вампира. Дар возвращается спустя какое-то время, но это произойдет уже тогда, когда ты будешь мертв.

Голос Джордана звучал спокойно, размеренно, как и подобает манере разговора инквизитора, демона, убийцы.

— Ты пришел меня убить?

Отложив пистолет, я поднялся. Без глаз и без Дара револьвер был лишь игрушкой.

— Хочу поговорить. И я ждал, когда ты уснешь, чтобы мы могли пообщаться без твоего Дара.

— Свой ты, конечно же, оставил при себе?

— Нам обоим нужно выбирать место для сна. На этом корабле я не спал ни разу.

Вспомнив липкую усталость, навалившуюся на меня недавно, я невольно испытал сочувствие.

— О причинах, — продолжал Джордан, — можешь не спрашивать. Они ясны. Я вампир, убивший демона в себе; я дружок Некрос, неоправданный авторитет получил через близость с настоящим капитаном судна. Да и таскался я с человеком, валькирией, и двумя вампирами-мутантами. Экипажу не за что меня любить. Здоровяк, которого ты убил, был одним из зачинщиков: думаю, благодаря ему была совершена львиная доля успешных убийств моего тела. Начиная с падения в море, когда та тварь еще была жива, заканчивая воткнутым в подушку лезвием, на которое я недавно прилег затылком.

— И что ты этим всем хочешь мне сказать?

— То, что ты, Ян… друг мой, ради всего нечистого, что в нас с тобой есть. Ты правда думаешь, что я хотел тебя обидеть?

— Очень похоже на то.

— Не глупи. Этот корабль — яма с крысами, одна крупнее другой. Некрос сама не любит свою команду, но команда любит ее. Когда-то именно эта дамочка залатала некоторых. Она же позволила каждому на этом корабле сбежать из Альтстона, в который ворвались инквизиторы. Ты этого случая не знаешь, может, если прибыл с юга…

— Этот город все хвалили за неприступность.

— Инквизиция все в мире достанет, в этом я тебе клянусь. Для нее нет ничего неприступного. Магия, мечи, механизмы, родная земля — в Холиврите мы не спеклись только благодаря Некрос и Темнолесью… Неважно. Самая главная заслуга Некрос перед вампирами: она организовала захват Грида. Об этом ты точно слышал.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Разве город не уничтожили?

Было не слишком интересно общаться на такие отвлеченные темы, ведь моя обида на Джордана сидела в событиях гораздо более недавних, чем те, которые затрагивал демон.

— Нет, глупый Ян. Зачем уничтожать такое большое поселение? Скорее всего, там многих из жителей оставили в живых. Под городом что-то было. Некрос не сказала, что именно, но она намекнула, что этот город не просто так был самым жарким городом страны, хоть он и не считался южным. Что-то под землей, под домами. И вампиры хотят до этого добраться.

— К чему ты это все?

— К тому… что вампиры считают меня виноватым в открытии Темнолесья. Которое помешало им закрепиться в Гриде. Некрос им не может объяснить, но многие уверены, что это я виноват. Подумай сам — инквизитор, получивший демоническую силу. Я как раз был в Альтстоне долгое время, а как исчез — тут же святые силы Холиврита были брошены на город. На этом корабле каждый упырь жил там. И обо мне некоторые знали. Некоторые сказали многим… и теперь я в ловушке, пока корабль не достигнет берегов Файльга.

Я постарался прощупать нити, но бесполезно. Сон все еще не отпустил мой Дар.

— Ближе к делу, Джордан, можно?

— Мне необходимо устрашать. Вести себя как поехавший ублюдок, каким я был некоторое время назад. Иначе… даже авторитет Некрос не спасет меня или кого-то из вас.

— Поэтому ты запер меня здесь? Чтобы каждый мог добраться?

— До берега Файльга недалеко. В подзорную трубу его можно видеть. Тебе лучше досидеть здесь, чем бродить по палубе, без глаз и надежного способа защиты.

— Защиты? Какой, например? Напялить на себя гроздья чеснока?

Джо прыснул.

— Дружок, не мели глупостей. Все знают, что чеснок не помогает против вампиров. Стоит попробовать чесночное масло — старухи говорят, что действует.

На этот раз позабавился я.

— Действует против их мужей, разве что.

Мы некоторое время помолчали. Я рассматривал мрак и наблюдал за медленно проступающими нитями. Их было сложно читать, но я чувствовал возвращение силы. А Джордан… был абсолютно тихим. Я давно еще заметил его странную особенность не дышать.

— Я к тому, Ян, что тебе стоит отказаться от своих клятв, касающихся меня. Нужна твоя помощь. Всем, но не здесь и не сейчас. В это время нам стоит быть порознь — и каждому не забывать про осторожность. Айви, валькирии, Алисе. Тебе и мне.

— Ты же знаешь, что я лишился глаз из-за тебя?

— Да. Еще один калека на моем счету. Но могу тебя утешить — я знаю, что сделать, чтобы хоть немного помочь.

Пальцы, а затем и металл, коснулись моего запястья. Нити все еще были не видны.

— Что ты делаешь?..

Рука потянулась к револьверу, но Джо зашипел.

— Дай мне закончить.

Я прислушивался к ощущениям. Боли не было, но совершенно точно лезвие разрезало кожу. Затем и плоть. Морщась, я терпел клинок, прошедший через сухожилия. Не чувствовал кровотечения, но понимал, что рана вышла серьезной. Скорее всего, левая не сможет после этого хорошо орудовать револьвером. Но зная Джордана… я подозревал, что он делает что-то большее, чем просто разрез.

Когда в рану скользнуло что-то прохладное и скользкое, я вздрогнул. Почувствовал, как по мышцам, извиваясь, неизвестное добирается до плеча.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Что это?..

Я вспомнил странные жилы, которые как-то при мне вышли прямо из тела Джордана. Страшные отростки, похожие на излишне развившихся паразитов, от которых однажды лечили паренька в моем родном городе. Тогда из его тела черви выходили клубками, большими и пульсирующими. У демона же похожие твари вырывались подобно плотоядным разумным организмам.