Вампир без клыков (СИ) - Мищенко Фрол - Страница 14

14

Переломанные пальцы. Ожоги на месте глаз. Ноздри разрезаны. Некоторые зубы висят на обрывках десен. На теле рваные раны. У одной из рук открытые переломы.

Валькирия была жива. Каким-то чудом. Она дышала, пусть и слабо. Ее намерения отсутствовали, а внутри, в груди, был слабый пучок ужаса.

— Сука!

Крик заставил все замереть и утихнуть. Айви, плакавшая, обернулась. Джордан опустил меч, внимательно посмотрев на меня. Алиса наоборот, опустила взгляд.

Мои спутники были рядом с валькирией. А вампиры — окружили их.

Я достал револьвер и быстро пустил первую пулю. Голова пернатой девушки дернулась, а пучок намерений исчез.

Пули посыпались градом. Взводил курок и стрелял. Уклонялся. Бил рукоятями. Вскоре рядом со мной замелькали клинки Алисы. Джордан рубился в стороне. А где-то там, возле мачты, в истерике метались черные змеи Дара Айви.

К берегу плыл корабль смерти.

Меня атаковали, но нити подсказывали будущие движения, а глаз верно оценивал габариты. Когти, дубинки, кулаки попадали по воздуху, а я крутился и танцевал, выцеливая самые опасные клыки. Фиолетовые глаза, которые могут сильно мешать ментальными атаками, и золотые, дающие обладателям слишком большую скорость. Все остальные… силачи, пауки, один бог знает, кто ещё… Они доставались Алисе.

Барабаны опустели. Револьвер в кобуру. Выбросить гильзы. Жменя патрон, и аккуратно, в перерывах между чужими атаками, заряжать пистолет. Святая соль на поверхности пуль жгла кожу, разъедала ее, и я должен был торопиться.

— Не дайте ему перезарядить!

Я отступал к Айви, которая создала вокруг себя целую область трупов. Ее змеи из черного тумана вырывались из ладоней, кусая любого, кто пытался приблизиться. И если кто-то выживал после сильных челюстей, яд Дара заставлял тела стремительно стареть. Против Айви никто из вампиров не имел сейчас ни шанса.

Алиса и Джордан тоже отступали к бандитке со змеями.

— Друг мой, ты в курсе, что все ещё можно было уладить?

— За валькирию они поплатятся лишь смертью, — ответил я, стремительно заряжая пистолеты под прикрытием лезвий и туманных хищниц.

— Впервые с тобой согласна, Янчик! — яростно заревела Айви, разрывая очередного вампира на несколько кусков. — Подходите, суки чертехвостые, я вас всех взъебу!

— Я честно не понимаю, почему это все происходит, но где-то мы это уже видели, а, Айва?

— О да, мамочка! Очередная тупая толпа, решившая попереть на нас!

— Честно не понимаю, о чем вы, девчонки, — тяжело дыша, пробормотал Джо, — но я не уверен, что мы всех тут перебьем.

— Отойди, старик! — рявкнул я, делая шаг вперед.

Шесть оглушительных громыханий. Двенадцать пуль. Двенадцать трупов. Синхронная стрельба с двух рук у людей считалась высшим пилотажем — мне было мало. Я пригляделся к нитям и бросил жменю патрон. Они летели по четкой траектории, и я видел, что из них четыре пули точно войдут в барабаны. Три в один, одна в другой.

Револьверы щелкнули, когда я, поймав снаряды, подготовился к стрельбе. Курки взведены, и порох вновь начал отбивать свой ритм.

Этот бой не имел для нас никакой опасности. Вместе мы были слишком сильны, и даже когда чей-то удар почти настигал меня, я видел, что нет ни шанса получить рану или умереть. Джордан, Алиса, Айви — мы все были связаны похожей кровью, и, как мне показалось, чувствовали один другого.

Потому вампиры для нас были низкосортным отребьем, не способным одержать победу. Устав заряжать револьверы, я подхватил чей-то потерянный шест и наносил удары им. Вампиры пробовали нападать со спины, сверху, один раз доски подо мной проломились и меня попытались утащить вниз. Но все было бесполезно. Айви полыхала яростью, Алиса веселилась, Джордан дрался отчаянно и мстил решительно, хоть и не наслаждался.

А я делал то, что должен. Бил по головам, ронял на землю, старался не подпускать клыкастых к Алисе, давая ей убивать по одному. Нити позволяли мне легко уклоняться, и хоть я получил пару незначительных ушибов, все выходило хорошо.

Последний вампир стоял поодаль. В нем не было ничего серьезного: оранжевый глаз, обычное сильное тело. Слабый мутант — во время боя погибли гораздо более сильные. И он смотрел на нас, уставших, шатающихся, но добившихся победы воинов.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Нападайте, — буркнул он. — Но знайте, что эта крылатая дрянь заслужила свою судьбу. Сделала то, что не должна была. Открыла клетки и позволила людям сбежать. Ее кровь на наших клыках послужила платой.

— Ее кровь… не деньги, — ответил я. — Но не с тобой об этом говорить. Умри.

Револьвер выскользнул из кобуры, и я пустил пулю по нужной нити — чуть левее головы, туда, куда вампир дернулся, пытаясь уклониться.

С ними всеми было покончено. Из темноты трюма поднялась Некрос.

— Браво, придурки, вы убили всю мою команду. Я бы надрала вам задницы, но раз уж волны и ветер спокойно донесут нас до Файльга, так и быть, прощу.

Джордан рассмеялся. А я, повернувшись, поглядел на береговую линию.

Страна, к которой стремились, разлеглась впереди. Но встречала лесным пожаром. Деревья у берега полыхали невероятной высоты пламенем. Для меня это был дурной знак.

Глава десятая, в которой берег близок

Мы не могли довести корабль до берега. Отчасти — потому что это не имело смысла. Нам нечего было с собой брать.

Кони, которых Джордану оставила Мать, сдохли во время путешествия. А хранительницы, оберегавшие сумасшедшую вампириху, которую мне пришлось убить, почувствовали раннюю смерть «мамы» и превратились в куски дерева. Карету после этого вряд ли вышло бы открыть, и смысла в ней было не слишком много в горящем лесу.

На корабле после побега людей, выпущенных валькирией, осталась лишь одна шлюпка. «Милость богов», — хотел бы сказать я, если бы не знал, что ни моя жизнь, ни чья-либо еще такого не заслуживает.

Пока Джо возился с тросами у шлюпки, Алиса успокаивала Айви. После боя бандитка, утратившая адреналин и мишени для горькой ярости, вновь разрыдалась. Я стоял возле Некрос и курил папиросы. Одну за одной.

— Джордан все же отдал этот глаз. Тебе идёт.

Я посмотрел на демона, оставившего себе одну пустую глазницу, и нехотя кивнул.

— Он чуть изменился, — Некрос взяла мое лицо в ладони и внимательно посмотрела. — Похож на тот, что у Джо, но у тебя нет золотых жилок. Все черное. А зрачок окаймлен серым. Интересная реакция организма.

— Прости, не могла бы ты оставить меня?.. Я не очень люблю такие детальные осмотры.

— Не переживай, я не сделаю ничего страшного, — улыбнулась Некрос, но как-то холодно. — Лишь хочу понять, как приживается орган, подчиненный когда-то сердцем грифона. Видишь все хорошо?

— Я не жалуюсь.

Демоница кивнула и отступила. Поправила прядь алых волос, упавшую на лоб. Задумалась.

Некрос, несмотря на свое мрачное имя, имела в одежде и внешности лишь яркие краски. Преимущественно красные. Глаза ее, похожие на человеческие, тем не менее тоже были алыми.

— Не мог бы ты сказать, какой цвет глаз имел, будучи человеком? — спросила демонесса.

— Ты видела.

— Я не помню таких вещей. Дурная баба, что поделать? — Некрос шутливо стукнула себя кулачком по голове.

— Рыжевато-карие.

— Тогда откуда вокруг твоего зрачка взялось серое пятно?.. У Джо глаза были зелеными. Но…

— А его цвет глаз ты помнишь, несмотря на то, что не видела его человеком.

— У нас тесное общение с Алисой, — парировала Некрос.

— Алиса знает цвет моих родных глаз.

— Ну не буду же я общаться с ней о тебе, ради всего нечистого, — вздохнула демоница, закатив глаза. — Ян, ты совсем не понимаешь женщин.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

От раздражения мне захотелось застрелиться. Или застрелить ее.

Впрочем, я понимал, что не стоит тратить святые пули, которых у меня осталось не так много.

Джордан крикнул, что все готово. Я ткнул дымящуюся папиросу в перила корабля.

— Точно готово? — с недоверием спросила Некрос.