Рабыня Тёмного Лорда (СИ) - Силаева Ольга - Страница 46

— Я могу устроить вам обучение экстерном, если хотите. Вы сможете сдать нужные экзамены за два-три года — другим преподавателям, разумеется, — и с вашими способностями, уверен, получите отличные баллы. Впрочем, вряд ли это должно вас тревожить, раз ваши умения донора настолько популярны.

Впервые за всю их встречу в его голосе зазвучал сарказм.

— Я не хотела этого, — почти беззвучно сказала Кира из будущего. — Клянусь, я этого не хотела.

— Но это произошло. Если вам нужно моё прощение, оно у вас есть. Но это всё, что я могу вам дать.

Кира дёрнулась, будто от удара. Ушла от его взгляда и вдруг упёрлась взглядом в оконную створку. Она не видела себя со стороны: ей было слишком больно, чтобы даже подумать об этом. Но в стекле, отражающем свет ламп и её саму, она увидела своё лицо и вздрогнула: её лицо… она тоже стала старше. И не просто на несколько месяцев — года на два, не меньше.

И в течение этих лет она не виделась с профессором? После того как завершился ритуал — ни разу не навестила его? А он не хотел встречаться с ней, несмотря на то, что он был лордом-ректором Академии, а она — его студенткой? Что произошло? И как ему удалось избегать её так долго?

Но ей не суждено было получить ответы на свои вопросы.

Словно услышав её мысли, лорд-ректор кивнул Кире.

— Всё верно, — мягко сказал он. — Это не плохой сон. Вы уже видели меня и вас в этом кабинете, помните? Теперь всё происходит на самом деле.

— Прощайте, — одними губами сказала она.

— Всего доброго, мисс Риаз. Будьте так добры, закройте за собой дверь.

Кира слепо попятилась. Ткнулась в дверь, повернула ручку.

И шагнула в темноту.

Кира очнулась, сотрясаясь в беззвучных рыданиях. Больше не подвешенная к потолку, с развязанными руками, она всё ещё была скована плетением на её груди, ногах и бёдрах, но те не мешали ей двигаться.

И плакать.

Тёмный Лорд не утешал её в этот раз. Он с задумчивым видом стоял, прислонившись к стене и скрестив руки на груди. Уже одетый, в строгом чёрном костюме и чёрной рубашке, и совершенно невозмутимый.

— Вам нечего сказать? — горько проговорила Кира.

— Почему? Вполне есть.

Он загнул палец.

— Я остался жив. Сохранил должность и ясный разум. Что до вас, насколько я вижу, я мог получить и Киру Риаз, если бы только поманил её пальцем. Но, очевидно, вы предадите моё доверие, и видение предупреждает, как бы я не пожалел об этом.

Кира сглотнула.

— Я бы никогда…

— Но будущее показывает, что вы это совершили. Совершили нечто настолько мне отвратительное, что я не виделся с вами достаточное количество времени. И даже не поблагодарил вас за ритуал. — Он покачал головой. — Я не знаю, сколько лет вам было в том видении и сколько лет было мне. Но явно прошло не меньше года, и раз уж я не желал видеть вас целый год, и это как-то мне удалось. что ж, я впечатлён вашими стараниями. Похоже, вы сделали всё, чтобы я пожелал от вас избавиться.

Тёмный Лорд бросил короткий острый нож к её ногам.

— Приведите себя в порядок, и я отвезу вас в Академию. На сегодня я получил от вас достаточно.

Он помолчал.

— А возможно, — негромко добавил он, — и не только на сегодня. Но ритуал, думаю, мы всё-таки завершим. Рано или поздно, когда я буду готов. Возможно. Я ещё колеблюсь, но. я вижу в этом всё больше пользы. Стать целым. Получить знания, что мне так необходимы. Это стоит риска.

Уже на лестнице наверх Тёмный Лорд обернулся.

— Я не хотел бы терять вас, — так же негромко добавил он. — И я готов это признать. Но если вы совершите. то, что вы совершили, я откажусь от вас, вы это видели. Так что очень советую соизмерять свои поступки.

— Да, милорд, — прошептала Кира, вытирая слёзы.

Он кивнул и вышел.

Экзамены приближались. Кира чувствовала их по оживлению в коридорах, ощущала по напряжению, охватившему других адептов первого года, когда в холле появилось расписание.

И Кира совершенно не удивилась, увидев, что в этом семестре лорд-ректор будет принимать боевую и ритуальную магию лично. У каждого студента.

Это должно чудовищно его измотать. Но если он отправит четверть студентов на пересдачу сразу, а на талантливых одиночек потратит не более пяти минут, всего лишь подтверждая их знания, то он вполне сможет справиться.

Её экзаменационное время стояло последним среди адептов её года. Вечером в следующую пятницу.

Кира слабо улыбнулась.

Интересно, он оставит её ночевать?

Но других поводов для радости у неё было мало.

Видение о том, как лорд-ректор Академии прогоняет её, преследовало её. А Тёмный Лорд вовсе не стремился её утешить.

Ей по-прежнему было запрещено покидать стены Академии, и Райли, приезжавший к ней дважды, принял это без звука. Но к удивлению Киры, он вовсе не жаждал от неё ритуалов. Они просто гуляли по парку и пили чай в общей столовой, не обращая внимания на шепотки и любопытные взгляды.

— Я сообщил фон Вюрнеру о метке, и мы нашли оправу, — сообщил Райли, когда они вместе вошли в её комнату. — В дешёвой банковской ячейке. Разумеется, арендованной на фальшивое имя. Мы поставили пару меток на случай, если хозяйка вернётся, но что-то подсказывает мне, что ждать придётся долго.

Сердце Киры радостно дрогнуло. Кем бы ни была мать Тёмного Лорда, что бы она ни совершила, как бы виновата ни была перед сыном — она была в безопасности.

— То есть вы не найдёте её, — утвердительно сказала она. — Не можете её найти.

Райли развёл руками.

— Увы, нет. Но одна-единственная женщина, перепуганная до чёртиков, не принесёт беды. Меня куда больше тревожит Арчибальд. В последнее время он частый гость в доме отца, и…

Он помрачнел.

— Он пытается давать мне советы. Не просто советы — манипуляции.

— Ты исполняешь обязанности главы Протектората. Естественно, что люди будут искать твоего внимания.

— Он не внимания моего ищет, — хмыкнул Райли. — Он хочет полного подчинения. И отец, кажется, не возражает.

Не возражает. Или не может возражать? Что, если Арчибальд коснулся ослабшего лорда Хили теми же чарами, которыми воздействовал на Веронику? У бывшего главы Протектората наверняка были связи и люди, способные пригодиться отцу Тёмного Лорда. Особенно теперь, когда тот потерял магию амулета.

— Расскажи мне об Арчибальде фон Вюрнере, — попросила она. — Чем он известен, кроме того, что воровал деньги у сирот?

Райли поморщился.

— Не повторяй это на людях. Он не был пойман за руку, а это значит…

— Что он продолжит, — резко сказала Кира. — Не будем лукавить.

Райли вздохнул.

— Хорошо, не будем. Он силён, Кира. Силён — и не знает границ в своих желаниях. Нет большего приверженца родственных традиций, чем он. Порой я радуюсь, что у него нет детей и наследников.

— Нет? — переспросила Кира.

— Мадлен — его троюродная племянница. Сама понимаешь, наши родственные линии переплетены. Но это не такое уж и ближнее родство.

— Но твой отец настаивает на браке всё равно.

— Мы объявим о помолвке после того, как закончатся летние каникулы, — глухо сказал Райли. — Если к тому времени мы с тобой не. — Он осёкся. — Но к Арчибальду фон Вюрнеру это никакого отношения не имеет.

Он взял её руки в свои и сел на её кровать, вынуждая опуститься рядом.

— Я не хочу терять тебя, — негромко сказал он. — Не хочу. Поэтому прошу, пока ещё есть время: согласись стать моей. Согласись на обмен кровью, и я не женюсь ни на ком, кроме тебя.

— Я не могу согласиться на брак из-за того, что иначе ты тут же женишься на другой, — терпеливо сказала Кира. — Это неправильно и по отношению ко мне, и к Мадлен. И к тебе. Не говоря уже о том, что супруги должны любить друг друга — больше жизни, больше всего на свете. Райли, ты же это понимаешь. Какого чёрта ты не можешь отложить помолвку ещё на год, если сам не уверен, на ком хочешь жениться?

— На тебе, — спокойно и уверенно сказал Райли. — И время я даю тебе, не себе. Но обижать Мадлен вечным ожиданием я тоже не буду.