Рабыня Тёмного Лорда (СИ) - Силаева Ольга - Страница 8

Невидимая сила сжала ей запястья, разводя руки в стороны. Кира охнула: голова кружилась всё сильнее.

— Вы можете прервать это в любой момент, строптивая маленькая лгунья. Достаточно лишь попросить прощения и… — Тёмный Лорд задумался. — Пожалуй, униженно умолять — это слишком скучно. О нет, я потребую от вас совершенно иного.

— Чего?

Тёмный Лорд поднял бровь.

— Чего именно. милорд? — поправилась Кира. Она начала тяжело дышать.

— Того, чего вы боитесь больше всего. Я желаю поиграть с вами в очень опасную игру. По — настоящему.

Глаза Киры расширились.

— К-как?

— Милорд, — холодно поправил он её. — Это не ваше дело. У меня родилась одна идея, и я желаю её испробовать. Возможно, уже на этих выходных, возможно, нет. Но вы не посмеете отказаться. Особенно когда узнаете о призе.

— О. призе?

— Я собираюсь дать вам силу, о которой вы можете только мечтать. Ту, которая у вас уже есть, пусть вы о ней и не знаете. Но дорогой ценой. Умоляйте меня, и я буду милосерден. Может быть.

— Я сейчас упаду! — взмолилась она.

— Не упадёте.

Кира сглотнула. Лежать на потолке делалось всё неудобнее, и всё, чего она хотела — оказаться на твёрдом и надёжном полу. Она согласилась бы даже на заржавленные цепи в подвале.

Но Тёмный Лорд желал видеть её умоляющей. И он был в своём праве: он хотел наказать своего смертельного врага, который поступил с маленьким Рональдом куда страшнее, чем лорд Хили — с ней самой. А она ему помешала.

Но Кира боялась сдаться. Какая-то часть её боялась умолять. Боялась, что ещё немного, и прежней Киры больше не станет. Что воспоминания о профессоре Деннете развеются в пыль, и у неё в ладонях будет лежать лишь горький пепел.

А она хотела остаться собой. Той Кирой, что вернёт своего профессора. Или хотя бы сделает самый маленький шаг по этому пути.

— Я буду умолять, — тихо сказала она. — Но только если вы попросите у меня прощения в ответ.

Тёмный Лорд закашлялся.

— Что?

— За то, что вы сделаете со мной, — проронила она. — За опасную игру, в которую вы меня вовлекаете. Я желаю, чтобы вы сказали, что сожалеете об этом. Что это вынужденная мера. Плата за… я не знаю, за что. Но я хочу этих слов.

Она с грустным вызовом посмотрела на него.

— Я умоляю вас.

Тёмный Лорд долго смотрел на неё. А потом вскинул руку, и Кира, перевернувшись в воздухе, зависла в одном пальце от пола.

Ещё жест, и она оказалась лежащей в круге.

Тёмный Лорд короткими холодными пассами начал преображать руны круга, наливая их силой.

Силой, тонкими ручейками втекающей в Киру.

— Я не сожалею, — негромко сказал он. — Но, возможно, глядя на вас, я буду сожалеть. Считайте это моим ответом.

Кира вздрогнула. Была ли она рада и такой малости?

Она не знала.

Но это было лучше, чем ничего.

Кира резко выдохнула, чувствуя, как сила, проникающая в неё тонкой струйкой, вот-вот готова была хлынуть в неё потоком, высвобождая её собственную магию. Сейчас ей не хотелось отказываться от ритуала. Хотелось остаться, раскрыться, наполнить ритуальный круг энергией и выполнить своё предназначение. Взлететь вверх на волнах силы. чувственности. возбуждения, сильного и нарастающего с каждой секундой.

Магия ритуального круга всегда волновала её. В аудитории она испытывала восторг и незамутнённую радость, совсем детскую: ведь в приюте им не разрешалась ритуальная магия вообще. Быть донором значило отдавать, и Кира отдавала охотно и много. Вот только всегда она была одета, спокойна, собрана, и полностью закрыта от остального мира.

Профессор Деннет изменил это. Перед ним она обнажалась и раскрывалась полностью, забыв обо всём. Они были совершенной парой из мага и донора, сливаясь, будто в танце. В единении. Сколько раз он мог довести её до высшей точки всего лишь лёгкими касаниями и одним-единственным поцелуем?

Кира облизала губы. Над магическим кругом воздух дрожал от энергии, и дрожало, вибрируя, всё её тело.

А Тёмный Лорд смотрел на неё.

— Ласкайте себя рукой, — еле слышно произнёс он. — Для меня.

Она не могла ему отказать.

Кира медленно развела для него ноги в стороны. Широко, открывая ему отличный вид.

И скользнула кончиками пальцев по входу. Легонько. Даже не пытаясь коснуться алой горошины, просто… пробуя себя.

— Дальше, — произнёс Тёмный Лорд. Его голос стал хриплым.

Её тонкие пальцы медленно, неспешно перебирали нежные складочки. Кира чувствовала, как становится влажной под его взглядом. Кончики её пальцев уже были мокрыми, а ведь она едва начала трогать себя по-настоящему.

Лучше бы на ней были джинсы или хотя бы трусики. Быть совершенно голой и беззащитной.

Это странно возбуждало. Ей хотелось, чтобы он смотрел. Чтобы не отрывал взгляда от того, как она тяжело дышит и закусывает губу, как её вторая рука беспорядочно мнёт волосы, как она тихо начинает постанывать, лаская себя в самом нежном, уязвимом и чувствительном месте, и как чувствует, что разрядка уже близко…

— Уберите руку.

Команда прозвучала, как удар хлыста. Кира замерла с рукой между ног.

Её удовольствие, которого она почти достигла.

Как он мог обделить её в эту минуту?

Но дважды повторять приказ ему не потребовалось. Кира медленно перенесла руку на живот, держа её на весу, словно та внезапно сломалась.

— Так хочется закончить то, что начали, правда? — легко спросил он.

— Да, — хрипло ответила Кира.

— Хотите, чтобы я вам это разрешил?

— Да!

Короткая пауза.

— Вы почти готовы к ритуалу, — задумчиво произнёс Тёмный Лорд. — Я был бы дураком, не дав вам желанной разрядки. Но это всего лишь один небольшой ритуал, всего лишь выцеливание нужного мага: метка, поставленная на него, зов из прошлого. Я вполне могу пренебречь результатом сейчас и повторить ритуал позже.

— Прошу, — прошептала Кира, — не дайте моей силе. пропасть.

Холодный смех.

— Остроумная формулировка, мисс Риаз. Что ж, хорошо.

Он подошёл к ней. Свитер исчез: на нём была чёрная футболка, обтягивающая сильное тренированное тело.

— Я помогу вам сам, — негромко сказал он, и холодные пальцы с хирургической точностью накрыли её лоно. Ледяные; Кира поёжилась. Какая бы магия это ни была, он охладил их нарочно, чтобы наказать её.

А потом они стали стремительно теплеть. Уже не тёплые — горячие пальцы гладили её так мягко, почти нежно, что она взлетала на невидимых волнах с каждой секундой. Сладостная дрожь, желанные разряды прокатывались по ней, как волны прибоя. Сама она не умела доставлять себе такое удовольствие, да у неё и не получилось бы: всё зависело от мужчины рядом с ней.

Сильного, чужого ей мужчины, одного присутствия и взгляда которого было достаточно, чтобы подчиниться ему, если он того хотел.

Кира сама не могла понять, как прошла весь путь до себя теперешней, дрожащей в предвкушении от новой волны удовольствия, трепещущей под его пальцами, жадно ловящей его прикосновения. Как ему удалось покорить её, как… как?

Неужели подчиняться ему было в её крови, и теперь, когда она нашла его, она не сбежала бы, какое бы лицо он ни принял? Даже лик Тёмного Лорда?

Когда он рванул её к себе и впился в губы, не отрывая жадных пальцев от впадинки между её ног, Кира хрипло застонала ему в рот. Впервые, будучи Тёмным Лордом, он целовал её, целовал так, как не целовал никто. Так, будто с каждым движением губ её окутывала тьма, так, словно он мог в любой момент вместо языка проткнуть её стилетом, словно он совершенно не заботился о ней или её теле, лишь о том, чтобы отдать её тьме. Влажной, жаркой тьме, от которой Кира плавилась воском в его руках.

Её наконец сотряс сладостный взрыв, полный тёмной, горькой, незнакомой истомы. Только тогда Тёмный Лорд оторвался от её губ.

И тьма накрыла их обоих.

Ритуал начался.

Глава 3

Кира успела увидеть только затылок. Высокий седовласый человек, сидя на корточках спиной к ней, подновлял тончайшие металлические рейки, составляющие ритуальный круг. Лица его она не видела.