Око воды. Том 2 (СИ) - Зелинская Ляна - Страница 18

18

Но потом поиски Кэтрионы были прерваны неприятным происшествием — кто-то ночью проник в Хранилище и выкрал драгоценные книги и светильники. И парифик Вильгельм сказал, что придётся подождать, пока не утихнет шум вокруг этого печального события. Он принёс ей кое-какие фолианты в башню астролога, но этого было недостаточно для её поисков, а рассказывать любопытному парифику всю правду она не хотела.

Наконец, когда шум вокруг кражи в Хранилище немного утих, Вильгельм смог выпросить лично для себя разрешение у старшего парифика Сирда на то, чтобы поработать ночью в Хранилище. Тот нехотя согласился и долго стращал своего ученика Тайной стражей. В итоге Кэтрионе пришлось смириться с тем, что Вильгельм дремлет в углу на скамье, пока она читает книги.

Но главное, что мешало сосредоточиться, это вовсе не присутствие постороннего наблюдателя, а новое чувство, поселившееся в её душе и не дающее теперь покоя. Ей так остро не хватало Рикарда, что, глядя в окно на убывающую луну, она с тоской думала о том, что расстаться, пусть даже ради благой цели, было, кажется, не самой удачной идеей.

Внутри нарастала тоска, которая стала постепенно сменяться тревогой и дурными предчувствиями. И вопросы о том, как же там Рикард, и не случилось ли с ним чего-нибудь плохого, лезли в голову один за другим. Раньше она не испытывала таких сильных чувств, и сейчас ей казалось, что даже физическая боль была бы меньшим мучением, чем постоянная тревога и тоска.

Она ощущала, как эта тревога наматывается в душе огненной нитью на огромный клубок и стягивает внутри всё сильнее и сильнее. И этот клубок был настолько реален, что иной раз Кэтриона почти чувствовала, как от него по венам расползаются огненные нити, к лицу приливает кровь, и даже в кончиках пальцев начинает покалывать. В один из таких моментов, когда взгляд скользил по строчкам очередной книги, она уловила слева от себя какой-то всполох и движение. Перевела взгляд и увидела, как её рука, лежащая на столе, тает, превращаясь в огненное крыло.

Кэтриона так резко отдёрнула её, что книги посыпались на пол, и видение тут же пропало. Но деревянная столешница там, где к ней прикасалась ладонь, оказалась ощутимо тёплой, как будто нагрелась от этого прикосновения. И это испугало Кэтриону не на шутку. Вспомнился тот пожар на постоялом дворе, и стало ясно, что если нечто подобное произойдёт здесь, то это будет настоящей катастрофой. Вокруг неё ведь тысячи книг! И одной искры достаточно…

Сославшись на усталость, она оставила Вильгельма в Хранилище, выбралась наружу из библиотеки и направилась к фонтану, который находился на территории университета. Умыла лицо и долго сидела, опустив руки в воду, но даже прохладная осенняя ночь не могла остудить того жара, который бурлил у неё внутри.

Ей нужно поскорее найти ответы! Или эта стихия, что растёт у неё внутри, скоро вырвется и опять что-нибудь уничтожит.

И, видимо, в этот раз боги услышали её молитвы. Потому что когда Кэтриона вернулась в Хранилище и стала подбирать оброненные книги, то увидела именно то, что искала. Старый фолиант, падая со стола, раскрылся в середине, и Кэтриона прочла заголовок:

«Союзы стихий».

Она присела на самый край стула и принялась с жадностью читать. До этого она уже выяснила, что некоторые из айяарров рождаются с особым даром, который имеет своё предназначение в мире. И, чтобы такому дару реализовать себя, он должен пробудиться и найти того, с кем сможет соединить свою силу для создания H’elie — эли.

Тут же вспомнились слова мэтра Альда, которые он произнёс в сокровищнице в Лааре, когда она рассматривала драгоценные камни. Он ещё тогда заметил всё это в них с Рикардом…

«…- Вы видите гораздо больше, чем просто человек, найрэ… Ну и этот рубин. Он-то вас сразу узнал! Камни не могут ошибаться, поверьте мне как Ибексу, как Хранителю прайда, как тому, кто умеет с ними говорить. Это камень вашей силы. Огонь тянется к огню. Ну и ещё ваш слуга. Он ведь и не слуга вовсе, так? Но он служит вам, служит сердцем, и он айяарр из прайдов воздуха, думаю, что ветер. И тот камень, что он показывал мне, тоже камень силы. Огонь и ветер — хорошее сочетание. Вы создаете H’elie — эли.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Эли? Мой айяарр не так хорош, мэтр Альд, что это значит?

— Эли? Многое… Поток. Притяжение. Синергия. Неужели вы сами не чувствуете этого?

— Не знаю. Возможно. Я как-то не задумывалась об этом.

— Это потому, что вы не связаны с вашим прайдом. Но огонь всё равно живет в вас, он просто ждет своего часа…»

И пробудившийся дар будет рваться наружу, заставляя беспокойно искать своё предназначение, а ещё он будет притягивать к себе людей, вещи, события, знания, пока не найдёт нужное. Хранители прайдов умеют определять такой дар, и они могут предсказать его пробуждение, а затем, когда он пробудится, то они и помогают понять предназначение. А пока этого не произошло, носитель дара может вести себя странно: метаться в поисках чего-то необъяснимого и всё разрушать, видеть странные сны и испытывать тягу к путешествиям.

В книгах по айяаррской генеалогии описывалось даже, что рождение детей с даром можно предсказать по звёздам, ощутить через Источник и заранее понять, где и в каком прайде искать ему пару. Обычно так и поступали, желая соединить нужные стихии.

Иногда дар мог оказаться такой силы, что, если вовремя не направить его на нужный путь, он становился разрушительным, как горный сель, который несется, не разбирая дороги. И в самом худшем случае он мог даже привести к безумию. Ну, или просто иссякнуть, так и не реализовав себя, и следующего такого дара прайду придётся ждать ещё долго.

Чтобы понять, какой именно H’elie получился и как дальше направить его на нужный путь, Хранители проводили специальный обряд — Посвящение. Подробности обряда в книге никак не описывались. Ничего, кроме пометки, что проведение обряда в каждом прайде определялось Хранителем. А после этого обряда Хранитель должен был обучить посвящённых тому, как управлять новыми способностями.

Кэтриона пролистала весь фолиант до конца, но так нигде и не нашла описания этого обряда.

Вот же гадство! И что теперь делать?

Её дар назывался Искра.

Искра — это тот самый яркий сгусток пламени, который она всё отчётливее ощущала внутри. Теперь он рвался наружу, превращаясь то в пожар, то в танец-вайху, и все эти змейки огня, что вились под кожей, заставляя её пылать, всё это в точности совпадало с описанным в книге.

Искра могла соединиться почти с любой стихией, придавая ей взрывоопасную силу, скорость и мощь. Она воспламеняла буквально всё, к чему прикасалась.

Кэтриона отодвинула книгу и задумалась. Значит, тот ветер в Талассе — это многократно усиленная способность Рикарда. Усиленная её Искрой. И если с этим было более-менее понятно, то, что делать с предназначением? Как понять, в чём оно для них? И как научиться управлять этой разрушительной силой? В книгах не было никаких ответов.

Кэтриона окинула взглядом стеллажи.

Здесь тысячи книг, а в Дэйю ей нельзя. И где искать ответы?! Если бы у неё только была возможность пообщаться с каким-нибудь Хранителем! Из всех Хранителей она знала только мэтра Альда из прайда Ибексов. Но Лааре слишком далеко, и времени у неё почти нет.

Может, именно поэтому ей снится тот самый змей и башня? Может, это как-то связано с её предназначением? Это бы многое объяснило.

И хотя она получила часть ответов, но вместе с ними пришли и новые вопросы. Если в ней вообще смогла родиться Искра, значит, она всё ещё связана с прайдом матери. С ашуманским прайдом. Кэтриона просмотрела оставшуюся стопку непрочитанных книг и вытащила нужный фолиант, большой, потёртый по углам, в чёрном переплёте с золотым тиснением. Открыла первую страницу и прочла заголовок:

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

«Ашуманский прайд — подземный огонь, прародитель всех прайдов огня. Священный крылатый змей, выдыхающий огонь. Вулканы».

Она читала долго, и лишь когда глаза уже стали слипаться от усталости, отодвинула книгу.