Око воды. Том 2 (СИ) - Зелинская Ляна - Страница 48

48

— Найд — это самая тёмная из Теней Бога Ашша. Так говорит сама королева. Он выполняет для неё всю грязную работу, как я подозреваю. Убийства, в основном, похищения, какие-то её тайные дела. У него свой отряд, в который набирают ичу, прибывших из Ашумана. И именно они делают всё то, что нельзя поручить Тайной страже или гвардии.

— Например, убивать людей вдоль границы, обставляя всё как нападение Зверя? — спросил Дитамар, с прищуром глядя на генерала.

— Да. Возможно. Такое дело не поручишь кому попало — разболтают. Люди ненадёжны. А вот ичу — другое дело. Они преданы только королеве и даже под страхом смерти будут хранить молчание. Поэтому такое поручение она бы дала именно Найду. И я видел пару раз и Найда, и его людей в Предгорьях…

— Где я могу его найти? У него есть какое-то убежище? Дом?

— Да, есть. Я тебе покажу. Королева не держит таких людей во дворце. Только ты должен знать — он искусный убийца. Безжалостный и хладнокровный. И в его доме всегда находится несколько таких же опытных бойцов. А ещё с недавних пор у него в отряде есть два хитта — колдуна, которые прибыли из Ашумана. И теперь они тоже служат Найду. Если раньше он был просто убийцей, то теперь он делает что-то и помимо убийств.

— Хм, колдуны? И они тоже находятся в этом доме?

— Возможно. Скорее всего, — задумчиво ответил генерал.

— Я понял. А что такое «Сарангасса»?

Генерал повернулся и посмотрел на Дитамара немного удивлённо.

— Ты слышал об этом?

— Как видишь, я не терял времени даром, — усмехнулся Дитамар. — Так что это? И зачем королевский галеон возит туда некий «особо ценный груз»?

— Я не знаю, зачем и что это за груз, — ответил генерал. — А Сарангасса — это гора. Священная ашуманская огненная гора. Так говорил капитан, я сам это слышал.

— Огненная гора? Что значит «огненная»?

— Так они называют вулканы. В Ашумане поклоняются подземному огню. И это какое-то их особенное священное место. Возможно, там строят какой-нибудь храм или возят дары, не знаю. Но галеон, который туда ходит, охраняют ичу из отряда Найда.

— Хм-хм. Так вот оно что, — пробормотал Дитамар и прислонился затылком к бархатной обивке сиденья позади себя.

Он внезапно вспомнил тот кошмарный сон, что приснился ему, когда он лежал в забытьи после нападения в порту, а Фингар врачевал его раны.

Высокая тёмная башня, которую обвивает плотными кольцами гигантский огненный змей. Кольца мерцают, становясь то ярче, то угасая, будто угли в догорающем костре, и невозможно оторваться от этого завораживающего пульса.

Сколько этих колец?

Он скользит по ним взглядом, начинает считать… но их слишком много. Он смотрит выше и видит, что башня не достроена, и последнее кольцо венчает чёрная голова огненного змея. Кожистые веки медленно поднимаются, и ониксовые глаза смотрят прямо на него…

И новые кусочки мозаики почти сложились в полную картину.

Этот сон был вовсе и не сном. Вернее, сном, но то, что Дитамар увидел в этом сне — реально существует. Только не здесь, а в Дэйе. В Сумрачном мире. Это в нём священная ашуманская гора выглядит как башня со змеем, а наяву, здесь, в этом мире — это всего лишь вулкан.

«Кровавая луна уже близко… Мы скоро встретимся, Дитамар Сколгар… Врата открыты…»

Врата… Возможно, это тоже Врата, такие же, как были в Лааре, через которые Зверь приходил в этот мир. Кэтриона говорила о них… Башня не достроена, раз нет последнего кольца… А чтобы держать Врата открытыми, им нужен какой-то Источник. В Лааре Врата высасывали жизнь из Источника ибексов…

— А эта гора… Этот вулкан… Ты что-то о нём знаешь? — Дитамар повернулся к генералу.

— Нет. Не знаю. У меня свои заботы, на севере. Я не интересуюсь ашуманскими горами, мне хватает и лаарских, — ответил генерал устало.

— Ладно. С этим я сам разберусь. Так что там за тайну ты обещал мне рассказать, когда проверишь мой рассказ? Сам понимаешь, время дорого. И ты уже во всём убедился. Так помоги мне убить эту гадюку.

Генерал поднял голову и в сумраке кареты некоторое время смотрел на Дитамара, а потом ответил:

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Вряд ли у тебя это получится. Ты не сможешь убить её. Во всяком случае, до тех пор, пока у неё на шее будет одно особенное ожерелье. Чёрные алмазы и рубины — она надевает его на все приёмы. У королевы есть колдунья — видящая, её зовут Сулейка. Королева прячет её от посторонних, но от глаз этой колдуньи не может ничего укрыться. Она живёт в Малом дворце, в тайных покоях королевы, но я видел её несколько раз. Королева иногда берёт её с собой на приёмы, и она прячется где-нибудь в потайном месте, наблюдая за гостями. Однажды я слышал, как она назвала это ожерелье «Глаза Ашша» и велела королеве не снимать его, пока не уедут гонцы — был какой-то большой приём. Я тогда ещё подумал, какое верное название. Эти камни — настоящие глаза змеи. В них нельзя всматриваться слишком долго, можешь умереть. И если ты хочешь сделать то, что задумал, нужно подобраться к королеве так, чтобы она была без этого ожерелья. Иначе она тебя почувствует. Хотя… когда она его не надевает, то больше похожа на совсем обычную женщину…

— Ты говоришь так, как будто тебе её жаль! — воскликнул Дитамар.

— Нет. Не жаль, — генерал посмотрел в окно, на серую пелену дождя, и его голос снова прозвучал устало и как-то обречённо: — Просто, когда я вспоминаю наш с тобой разговор в горах, в моём шатре… Ты тогда сказал, что груз вины раздавит меня. И ты был прав. Мне не жаль её. Мне жаль, что столько лет я был слеп и потерял так много времени. А вот теперь… Теперь я думаю, что даже готов помочь тебе осуществить то, что ты хочешь. Мне всё равно не жить. Я не смогу обмануть королеву, она поймёт, что я всё знаю. Она очень проницательна и безо всякого колдовства. Да я и не хочу скрывать… А когда она поймёт, что я всё знаю, то в ту же ночь пошлёт за мной одну из своих теней. Но если я помогу тебе, то этим хотя бы заглажу вину перед Рией. Ведь получается, что она погибла из-за меня. Но если я смогу остановить войну, то смогу выполнить просьбу Рии — сделать нашу дочь счастливой. По крайней мере, её новому дому больше ничего не будет угрожать.

Дитамар покачал головой и произнёс с кривой усмешкой:

— Если бы в начале осени мне кто-нибудь сказал, что мы станем союзниками, я бы подумал, что он бредит. Но боги, видимо, играют людьми так же, как мы играем в шатрандж. Так давай не разочаруем богов! И раз мы теперь в одной лодке, то стоит увести тебя на край доски до нужного момента, а то ты и правда пойдёшь и выложишь все свои карты на стол перед этой гадюкой. А теперь послушай внимательно, сделаешь, как я скажу, и мы ещё выпьем вина на свадьбе Кайи и Эйвера. Только сделай всё в точности так, как я скажу, чтобы мой план сработал.

— Ты так уверен, что твой план сработает?

— Даже не сомневайся, генерал! Ещё ни один мой план не провалился, — усмехнулся Дитамар. — Твоя дочь не даст соврать. А теперь слушай внимательно…

Глава 16. Глаза Ашша (1-я часть)

— Вставайте! Утро! Собирайтесь на занятия! Вставайте! Утро! — скрипучий голос Магды, повторяющей одно и то же, вырвал Лею из приятной теплоты сновидений, заставив вздрогнуть.

В дверь два раза стукнули, со скрежетом повернулся ключ, но в комнату никто так и не вошёл, а голос Магды стал удаляться по коридору. За окном лил дождь, и серое утро было совсем ранним, но, судя по хлопкам дверей, других девушек тоже подняли, Лея не стала исключением.

В отличие от претенденток из Старших домов, она не могла похвастать наличием собственной прислуги. Из всех служанок при ней обычно бывала только воинственная Рут, которая хорошо умела запрячь лошадь или своим шемширом с лёгкостью отрубить курице голову. Но вот по части умений камеристки большими способностями она не отличалась, так что Лея всё умела делать сама: одеваться, укладывать волосы, заправлять постель…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

И поэтому, собравшись раньше всех, присела на край кровати в ожидании, когда же за ней придут, и погрузилась в воспоминания вчерашнего дня и прошедшей ночи. Наступившее утро её особенно пугало, ведь то, что произошло вчера на смотринах у королевы, вряд ли останется без ответа. Что с ней сделают?