Око воды. Том 2 (СИ) - Зелинская Ляна - Страница 74

74

— Потому что однажды ты вырастешь и станешь настоящей королевой, — улыбается Сираффа и закрывает книгу.

Глава 23. Чёрная башня (2-я часть)

Кэтриона открыла глаза. Этот кусочек прошлого, который вернулся к ней в виде полусна, стал последним осколком мозаики.

Предназначение… Это оно… Как странно… Умереть, чтобы возродиться.

«Станешь настоящей королевой…»

Сейчас смысл слов Сираффы, произнесённых много лет назад, стал совершенно ясен. И ответ на её вопрос о предназначении, который она так долга искала в библиотеке университета, прозвучал вполне отчётливо. Каждый кусочек её жизни — это определённая ступень на лестнице предназначенной ей судьбой. Жизнь принцессы и маленькой бродяжки, сестры Рикарда и рыцаря Ирдиона. Она меняла обличья, она видела чужую память, она встречалась с тварями Дэйи на изнанке мира и научилась отличать добро от зла. И эта башня — последняя ступень на её лестнице до того момента, когда маленькая чёрная птичка окончательно превратится в огненную птицу, способную менять что-то вокруг.

Кэтриона посмотрела на свои руки, на запястья, скованные железными обручами, и усмехнулась. Вспомнила боцмана, которому она воткнула в бедро раскалённый гарпун…

Эти цепи не удержат огненную птицу.

— Здравствуй, Кэтриона, — раздался негромкий голос.

В проёме двери стоял Магнус, держа в руках деревянный ящичек.

Они не виделись с того самого дня, когда Кэтриона покинула Ирдион, уезжая в поисках печати. А сейчас ей казалось, что с того момента прошло несколько лет, так сильно всё изменилось, и Магнус тоже изменился. Прибавилось седины в волосах, черты его лица заострились, и от этого старый шрам стал казаться ещё больше. Магнус подошёл и сел напротив Кэтрионы на небольшой стул, оставленный старой ведьмой, и положил деревянный ящичек на пол рядом с ногой.

— Здравствуй, Магнус, — ответила Кэтриона и тоже села на топчане, поджав под себя одну ногу, так что их лица оказались друг напротив друга. — Удивительно! Ты пришёл. А я думала, что, боясь себя скомпрометировать, ты так и будешь прятаться. Плохо выглядишь, кстати. Выборы магистра не дают тебе спокойно спать? Или то, что ты приковал меня здесь цепями к стене?

— По-твоему, я был не прав? — спросил он, потерев шрам ребром ладони.

— По-моему, это уже неважно. Ты поверил Рошеру… Или Ребекке… Плевать, кому, но не мне.

— Просто ответь мне — это правда? О тебе и королеве? Эрионн видела всё.

— Это правда, Магнус. Я её дочь,— Кэтриона усмехнулась. — И я не знала этой правды, потому что Орден забрал мою память. Но если хочешь, я расскажу тебе. Мне всё равно тут нечем заняться. Хорошо, хоть Эрионн больше не пытает меня по твоему приказу.

— Уж будь добра, расскажи. Любопытно послушать, как же так я мог в тебе ошибиться, — горько ответил Магнус.

— Ты ошибся не во мне, Магнус, а в своих ожиданиях. Но я уже почти не злюсь на тебя. Я знаю, что будет дальше.

Кэтриона прислонилась затылком к стене и рассказала обо всём. Смысла скрывать это больше не было. Сейчас она стоит на ступеньку выше всех в этой башне, потому что знает будущее, но не так, как его видит старая Эрионн. И речь совсем не о суде или ритуале…

Когда она закончила свой рассказ, Магнус некоторое время молчал, потирая пальцами шрам и глядя в узкое окно-бойницу. А затем наклонился и откинул крышку деревянного ящичка, внутри которого оказалась книга. Скрепленные золотыми пластинами углы, большой замок, не позволяющий книге открыться даже при падении, и тонкая вязь старинных рун на тиснёной коже. И, судя по всему, это была какая-то очень ценная книга, раз Магнус даже в руки её побоялся брать.

— Вскоре сюда придут все остальные аладиры и состоится суд. И то, что я тебе верю, не будет иметь особого значения. Моё слово против слов остальных, не более. Решение будет зависеть от всех, а учитывая выборы магистра — единодушие здесь никому не нужно. Байса, Ксайр, Рошер проголосуют за твою смерть только лишь потому, что захотят навредить этим мне. И я не могу тебя спасти, Кэтриона, даже если очень этого захочу. Но ты можешь спасти себя сама, — произнёс он устало. — Я расскажу тебе кое-что об Ордене, его Источнике и этой книге. И ты поймёшь, почему я так поступаю.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— А то, что Рошер — предатель, я так понимаю, тоже значения не имеет?

— То, что он говорил с тобой наедине, где-то в подвале какого-то дома — этого мало для полноценного обвинения, — ответил Магнус задумчиво и как-то даже печально. — Не будь выборов магистра, это имело бы значение. Но сейчас Рошер объединился с Байсой и Ксайром, и те встанут здесь на его защиту, лишь только чтобы иметь против меня козырь. Но дело даже не в этом. То, что я задумал, не понравится вообще никому. Потому что… — он посмотрел на книгу, затем на Кэтриону и добавил: — Нет, я должен рассказать тебе всё с самого начала и до того момента, когда магистр отдал мне ключ от Хранилища.

— Я не против того, чтобы послушать твой рассказ. А что нам ещё остаётся? — она развела руками, и цепи глухо звякнули.

Магнус говорил неторопливо, рассказывая о прошлом. О Лансе Ингрэме, о Восстании чистой крови и королеве, о том, как все эти годы магистр покрывал все злодеяния Зверя и Ассима…

— И эта книга, — выслушав его, Кэтриона указала на деревянный ящик, — та самая книга Выбора?

— Да. Я должен отправить её в Ашуман и уничтожить, как и просил магистр.

— Королева хочет уничтожить Орден. Орден хочет уничтожить королеву. Рошер хочет создать новый Орден и стать в нём магистром, а ты хочешь убить тварь, живущую в недрах этой горы? И отвезти книгу в Ашуман? И для этого старая ведьма готовит тут ритуал, чтобы превратить меня в орудие убийства? Я правильно поняла твой рассказ? — спросила Кэтриона саркастично.

— В общих чертах.

— И ты пришёл сюда, чтобы рассказать мне, что я должна умереть, потому что ты решил спасти души других людей? Магнус, ты точно не читал ту книгу? — она снова указала пальцем на деревянный ящик. — Хотя… Без любви, без жалости, без страха… Мы рыцари, да… Я понимаю, и можно сказать, что это даже благородно. Но ты можешь и не убивать меня, а лишь позволить Рошеру создать новый Орден. Без рыцарей и ирдионского огня эта скала вскоре станет просто скалой. Или ты хочешь войти в историю как Магнус—Освободитель? — она усмехнулась криво и покачала головой. — С того момента, как ведьма Эрионн пробудила во мне дар, я всё время вижу память чужих вещей. Я знаю, что движет людьми, Магнус. И тщеславие не самый мелкий грех, поверь. Ты не хочешь править Орденом, но хочешь стать святым? Чтобы люди говорили, как ты очистил Орден и возродил его… Неважно. Ты понял, о чём я. Неужели это так, Магнус? Рошер — предатель и трус, магистр нарушил клятву, ты одержим тщеславием, Ребекка — своими интригами, Байса — палач, Ксайр — пьяница… Чтобы очистить Орден, стоить уничтожить тут всё! Ты предал меня, Магнус! — воскликнула она горько. — А ведь ты был мне как отец! Лучше уходи. Я не желаю тебя видеть и слушать эти речи о высоком и спасении душ! И весь ваш суд — это фарс. Жаль, что я вообще сюда вернулась, стоило бы отправиться в Ашуман. Там, по крайней мере, никто не прикрывается общим благом, принося людей в жертвы.

— Я не останусь на суд, Кэтриона, — Магнус встал, — и я не буду в нём участвовать. Но я должен был рассказать тебе всю правду. Может, я и тщеславен, но я принял правильное решение — сегодня я сяду на корабль и поплыву в Ашуман с этой книгой. Но сначала… — он снял с шеи медальон аладира и положил рядом с Кэтрионой на топчан, — это мой подарок тебе. В нём моя сила, ты знаешь, что он может. Если он тебе не поможет, то ничто не поможет.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Зачем, Магнус? — спросила она, внимательно вглядываясь в его лицо. — Ты ведь останешься совершенно без защиты. Ты же понимаешь, что эта книга не даст себя уничтожить просто так?! Зачем ты это делаешь? А как же клятва? Без любви… Без жалости… С чего вдруг?

— Может быть, я мог и не стать рыцарем, мог быть купцом или капитаном корабля. У меня могла быть жена и дети. И дочь… похожая на тебя. Может быть, поэтому… Я долго думал, и Ребекка, наверное, меня проклянёт за этот поступок, но я не могу сделать так, как она хочет. Я не могу отдать тебя в жертву этой горе. Эти цепи можно снять моим медальоном. После суда у тебя будет на это время, пока остальные отправятся совещаться. Эрионн нужен правильный момент для совершения ритуала, и она будет его дожидаться, поэтому не придёт сюда до утра. В нише, под лестницей, лежат плащ и оружие. На конюшне ждёт послушник с лошадью и моими указаниями. Ты справишься, Кэтриона. А потом садись на корабль куда-нибудь далеко и… не возвращайся.