Око воды. Том 2 (СИ) - Зелинская Ляна - Страница 77

77

Карета покатила по холму, и два всадника, в плащах с капюшонами, не отставая, последовали за ней. И только миновав мост, ведущий в Верхний город, Лея наконец смогла перевести дух. Генерал приказал кучеру остановиться и, выбравшись из кареты, подошёл к всадникам.

— Теперь скачите во весь опор, — произнёс он, похлопав лошадь по шее. — И да помогут вам боги!

— Зачем вы делаете это? — спросила Лея чуть наклонившись и вглядываясь в лицо генерала.

Идти против королевы…

— У меня есть дочь… чем—то похожая на вас… И… — голос генерала стал хриплым, и ответ прервался на полуслове. — Скачите! Не теряйте времени!

Он снова хлопнул лошадь по шее и быстрым шагом пошёл к карете.

— Эм—манафаар! — произнесла Рут и стегнула коня. — За мной, миледи! И впрямь нечего тут стоять!

Они мчались во весь опор по тёмным улицам, но, видимо, Рут знала дорогу. Они спустились с холма, проехали Нижним городом и вскоре оказались у самого пирса. И если и были у Леи сомнения о том, кого же она встретила на балу, то теперь они окончательно развеялись, потому что их ожидала лодка, а в ней слуга и ученик милорда Брегата — Фингар. То есть, конечно, никакого не Брегата, а Дитамара Сколгара.

— Добрый вечер, миледи! — произнёс он, чуть поклонившись и отталкиваясь веслом от камня, с которого они садились в лодку.

— Рут?! Как всё это понимать? — прошептала Лея, хватая зафаринку за запястье и глядя на то, как лодка отчаливает от берега, удаляясь прямо в темноту моря.

— Я всё сейчас объясню, миледи, давайте только отплывём подальше, — пробормотал Фингар, налегая на вёсла, — а то за вами может быть погоня, а на воде они нас не найдут.

Погоня?» Да, погоня…

Только сейчас Лея поняла, что их побег и в самом деле удался и, вспомнив королевского лекаря Ассима Наффир-шана, она поёжилась, кутаясь в плащ. А что будет, если их найдут?! Если их поймают?!

— Куда мы плывём? — спросила она тихо.

— На старый маяк. Там вас не должны найти ищейки королевы, — ответил Фингар, вглядываясь в темноту.

— Почему вы так уверены, что там они нас не найдут?

— Стихия воды вас спрячет.

— Вот, миледи, держите, — Рут достала что-то из кармана на поясе и вложила Лее в руку. — Это вам велел передать тот милорд.

Лея ощутила прохладную тяжесть камня и посмотрела на ладонь. В свете маленького фонаря, стоящего на дне лодки, кулон в её руке неярко засиял, и она сразу же его узнала — «Око воды». Тот самый её кулон, увезённый из Милгида и якобы потерянный в Суре. И она различила даже чёткий вертикальный зрачок, прорезавший синий камень в серебряной оплётке.

— К-какой милорд? — спросила Лея дрогнувшим голосом и посмотрела на Рут, зажимая камень в кулак.

— Милорд Ландегар, друг парифика Сирда, — ответила зафаринка. — Это он помог всё организовать с вашим побегом. Слава небесам, очень порядочный милорд оказался. И уж какой заботливый…

Лея посмотрела на Фингара, но тот быстро отвёл взгляд и сильнее налёг на вёсла. И всю оставшуюся дорогу до маяка она молчала, сжимая в руке кулон и не понимая до конца, что же всё это значит.

Рут назвала его заботливым? Ах, ну да, лицо милорда Ландегара смогло обмануть зоркий глаз зафаринки. Боги милосердные, неужели ничего в жизни Дитамара Сколгара не обходится без обмана и лжи?!

На маяке их встретил Коннор. Старый слуга бросился обнимать Лею и едва не прослезился, а потом помог Фингару затащить лодку и спрятать её за камнем. Внутри здания было холоднее, зато не ветрено, и Лея прошла за Коннором по лестнице, туда, где раньше находились комнаты смотрителя. В маленькой печи, сложенной у стены, горел огонь, и даже пахло чем—то съедобным. Лею сразу же усадили на тёплый шерстяной плед и Рут с Коннором принялись радостно хлопотать вокруг.

—Вот уедем в Милгид, подальше от этого города! И от университета! И от всех пустынных котов с жёлтыми глазами, что ходят вокруг вас, миледи! А то бы и лучше может поехать в Зафарин, там тоже есть университет, если сильно хочется корпеть над книжками, — Рут принялась, как обычно бормотать свои рассуждения.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

А Лея слушала её рассеянно и всё ждала, когда же придёт Фингар, а тот словно специально возился где-то внизу, не торопясь показываться на глаза. Наконец, когда он появился, с каким—то свёртком в руках, Лея подошла к нему и произнесла твёрдо и решительно:

— Вы должны всё мне рассказать! Всё абсолютно!

И только потом увидела, как свёрток у него в руках начинает светиться. Голубое сияние нарастало и усиливалось, и казалось, что Фингар стоит с каким-то светящимся облаком.

— Что это? — прошептала Лея удивлённо.

— Ваша книга, м—миледи, — Фингар откинул тряпицу, в которую она была завёрнута, — м-милорд велел привезти её сюда. Вот я и привёз.

Лея ощутила, как наливается тяжестью кулон у неё на шее, словно откликаясь на этот голубой свет.

— Эм-манафаар! Одни несчастья от этой книги! Выбросили бы вы её в море! — воскликнула Рут. — Всё с неё началось! А теперь вон, на всё побережье нас видно будет! Выбросьте её.

— Нет! Даже не вздумай! — Лея взяла в руки свёрток. — Я ещё не прочитала её!

— Не прочитали? — спросил Фингар с некоторым удивлением. — Ну тогда, вам лучше, конечно, её сначала прочитать, а уж потом я вам всё расскажу.

Лея схватила книгу и, сев рядом с фонарём, принялась читать, жадно переворачивая листы. Впрочем, фонарь был и не нужен — света, который исходил от страниц, было вполне достаточно. И хотя летопись, посвящённая битве в проливе Арф, и была большой, скрытого под ней текста оказалось не так уж и много, а читала Лея быстро.

Всё это время Фингар сидел, сложив на колени свои большие руки, и молча за ней наблюдал. Лея дочитала, медленно закрыла книгу и подняла взгляд на Фингара. Голубое сияние тут же угасло, и книга перестала светиться. Видимо, раз её прочёл тот, кому и предназначались написанные в ней строки, привлекать к себе внимание ей было больше не нужно.

— И… вы тоже читали её? — растерянно спросила Лея у Фингара.

— Да, миледи.

— И… это правда?

— Что именно, миледи?

— Что моя мать — Мирейя Ингрэм, а мой отец… король Рэндольф?

— Думаю, что истинная правда, миледи. И этот кулон у вас поэтому. И вот поэтому вы оказались во дворце. Но, разумеется, не затем, чтобы стать настоящей королевой, — ответил Фингар, вздохнув. — Полагаю, нынешняя королева хотела от вас избавиться. А мой джарт, — Фингар снова вздохнул, — он тоже читал эту книгу. И он знал, кто вы такая. Знал, что вас захотят убить. И он спас вас, миледи. Но теперь, видимо, умрёт вместо вас.

— Умрёт?! — воскликнула Лея с ужасом.

— Думаю, что да, миледи. И он просил меня, перед этим, чтобы я рассказал вам всю правду о нём. Что он не Зверь. Ну, Зверь, конечно, но не в том смысле, как все о нём думают и знают. Но сначала вот, держите, — он снял с шеи цепочку, на которой висел большой жёлтый камень, и протянул его Лее, — просто зажмите его в руке, закройте глаза и подумайте о нём. Вы всё увидите сами. А уж потом, я объясню, что к чему.

Глава 24. Маяк (2-я часть)

Лея сомкнула пальцы, зажимая камень в кулак, и закрыла глаза. Представила тот миг на Суре, когда она впервые увидела перед собой лицо милорда Брегата. Он спас её из реки… Хотя, это из—за него она в ней оказалась. Камень потеплел, ожил в её руке и начал отдавать воспоминания. Это было странно и очень необычно, и ничего такого ей прежде видеть не приходилось. Лея словно попала в чью—то чужую жизнь, но при этом видела её со стороны. Горы, прекрасный лаарский замок, Дитамар, которого отец учит стрелять из лука, Дитамар и его брат скачут вдоль обрыва… Детство, юность, охота в горах… Женщина, лежащая посреди растерзанной стоянки торгового каравана…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

С этого всё и началось.

Когда Лея наконец открыла глаза, то ощутила, что руку свело судорогой, и от ногтей на ладони остались вмятины, так сильно она сжимала камень в руке. Она подняла взгляд на Фингара и поняла, что ей трудно смотреть, потому что в глазах стояли слёзы.