Случайная жена, или Наследство в подарок (СИ) - Касс Вероника - Страница 33

33

— Допустим, — тихо ответила и поджала губы.

— Аврора…

— Что Аврора?! Ты узнал что-нибудь или нет?!

— Ты чего на меня кричишь? — вкрадчиво поинтересовался деверь, полностью меняя тон своего разговора.

— Прости, Рус… просто. Просто…

— Твою ж… — голос Руслана отдалился — видимо, он отодвинул трубку от уха, чтобы не смущать меня своей руганью. — Я же просил тебя.

— Ты узнал что-то?

— Только не говори, что потеряла телефон у Богдана, — ехидно поинтересовался он, а я была готова зарычать в ответ.

— Какой ты проницательный. Только хватит отвечать вопросом на вопрос.

— Скорее всего, он действительно потерял память, — на выдохе сказал Рус, словно сдаваясь.

— Скорее всего? — ахнула я, ничего не понимая, скинула сандалии и поджала ноги под себя. В такие моменты мне хотелось сжаться в калачик.

— Там все мутно. Богдан Хабаров действительно существовал. Только с ним нет никаких фотографий десятилетней давности. Лишь сухие данные — где учился и так далее.

— Так…

— Так, — громкий выдох в трубку, которую я прижимала к себе, словно соломинку, дарующую мне тот самый чистый воздух. — Потом он попал в аварию. Сильную. Потеря памяти. Реабилитация заняла почти год. Потом он переехал в Сочи и спустя еще год стал заниматься фотографией, тогда-то и появились его первые снимки в сети. Вот и вся история, Рори.

— Так это наш или не наш Богдан? — всхлипнула я, как обиженная маленькая девочка, по щекам опять заструились слезы. Слезы неверия и непонимания.

— Ты сама-то как думаешь? А, Рыжик? Наш или не наш?

— Наш… — шепнула в ответ, не думая. Что тут думать-то?

Наш. Мой… Мой!

— Ну вот и я в этом практически уверен. Аврор, только не торопись. Пожалуйста, не говори ничего маме. Я сам приеду. Сегодня… Черт, нет, не раньше, чем завтра.

На том и сговорились. Что я буду сидеть на попе ровно и ждать Руслана. И ничего-ничего не говорить Яне Юрьевне. Рус не объяснил, но я же была не дурой — поняла, что он не хотел светить информацией перед отцом. Только неужели считал его причастным? Причастным к чему? К гибели Богдана, которая оказалась мнимой, или к его пропаже?

Вопросов стало еще больше. Но все они были теперь незначимыми в сравнении с единственной истиной. Богдан жив. Мой Богдан действительно жив.

— Зря я торопился тебе вернуть телефон, — раздался хриплый голос у моего уха, и я моментально распахнула веки, поворачиваясь.

Да что же это такое. И подкрался же незаметно. Сидит рядом и довольно улыбается.

— Ты рылся в моей сумке? — тихо, контролируя свою интонацию, проговорила я каждое слово, что давалось мне с огромным трудом.

— Ну… — Богдан шуточно скривился. — Должен же я был как-то найти тебя.

— А если бы там не было ключ-карты? — прищурившись, поинтересовалась. Как именно он меня нашёл, было очевидно.

— Пришлось бы взломать твой телефон и искать контакты родственников, — произнес Богдан, еще шире улыбнувшись. Видимо, радуясь своему остроумию, а меня в холодный пот бросило и по телу пробежала волна страха, стоило только представить, как он дозвонился бы, например, до Яны Юрьевны. Или, пролистав альбом, нашел бы собственные фото. И далеко не скрины его аккаунта в инстаграм, а фотографии десятилетней давности.

— Это было бы очень плохой идеей.

— Тебя дома ждет муж? — ближе придвинувшись ко мне, очень серьезно спросил он. А я никак не могла понять, шутил он или нет. Смотрела в светло-зеленые глаза, надеясь выискать в них тень узнавания, но ничего не видела.

— Это так важно? — ответила вопросом на вопрос и слабо улыбнулась. Кажется, я попыталась начать кокетничать с собственным мужем. Хотя формально он таковым и не считался.

— Очень, — Богдан наклонился ко мне ближе, — даже не представляешь, насколько, — в самые губы, задевая их своими мягкими и такими манящими. — Почему ты убежала?

— Почему?

— Я тебя спрашиваю почему. — И что мне было ему ответить? Я смотрела в его глаза, чувствовала теплые руки на моих бедрах и хотела, чтобы он скорее меня опять поцеловал.

Шорты были хорошей идеей… Такие короткие, никаких препятствий для его порочных пальцев.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Так и?

— Что? — не совсем поняла я.

— У тебя кто-то есть?

— У меня?

Богдан прищурился, а второй рукой скользнул по моей руке, подбираясь пальцами вверх. Обвел мое плечо через тонкую ткань блузы, а затем по краю выреза, ныряя в ложбинку.

— Нет, — порывисто выдохнула я, — у меня никого не…

Он не дал мне договорить, прижимаясь своими губами к моим. Томительно нежно и невесомо. Не так страстно, как совсем недавно, а очень даже…

— Ммм, — простонал он, выбивая из моей головы все мысли. — Пошли к тебе. Раз от меня ты так быстро сбежала.

Я хотела ему что-то ответить. Честно. Но он так быстро поднялся, потянув меня на себя.

— Стой, — выкрикнула я, сделав вслед за ним два шага. — Обувь.

Богдан качнул головой, а потом метнул взгляд к скамье.

— Твои?

Я слегка заторможенно кивнула, но, когда он быстро вернулся за ними, а затем, опустившись на корточки, надел на меня, я заулыбалась как настоящая дурочка. Словно из страны зазеркалья я переместилась в страну чудес. Теперь не Олли, а Алиса. Господи, да о чем я вообще думаю?

Сумасшедший день. Слишком сумасшедший.

— Так почему ты сбежала? — опять спросил Богдан, как только практически запихнул меня в мой же номер. Зарыл дверь, поместил ключ-карту в отведенное ей место и, пройдя в спальню, с размаху завалился на кровать. Очень себя напоминая. Того себя, что я знала и помнила.

— А ты со всеми проводишь такие фотосессии? — ехидно спросила, стараясь специально себя раззадорить. — Тогда странно, что у тебя набралось столько удачных снимков.

Богдан заложил руки за голову и лишь вздернул темные брови, продолжая поедать меня взглядом, ожидая от меня какого-то продолжения. Я же просто пожала плечами, намекая, что сама от него жду ответа. Ведь за той колкой фразой скрывался реальный страх.

Я прекрасно понимала, что девять лет он не жил монахом, я и сама не хранила верность… но все же… Все же от мыслей об этом было… Больно. Да, стоило только представить, что он каждую свою модель так прижимает к стенке, как начинало адски печь в груди и выворачивать душу наизнанку.

— Хочу тебя… — хрипло произнес он, внимательно глядя мне в глаза.

— Ты не ответил.

— Иди ко мне. — На этот раз на его на лице появилась порочная улыбка, и я, обняв себя за плечи, повторила свой вопрос:

— Каждую или нет?

— Если я скажу, что это любовь с первого взгляда, ты же все равно не поверишь?

— Не поверю.

— Тогда к чему все это?

— Но все же?

— Все же… — Он приподнялся и двинулся к краю кровати. — Все же с первого взгляда. — Обхватил мои бедра и повалил на постель. — Со мной много лет не случалось подобного, — совсем тихо произнес он в мою скулу и тут же ее поцеловал. — И я не хотел терять время и медлить, упуская тебя. — Еще один поцелуй, ниже и ниже. — В итоге мне просто сорвало крышу…

Пуговицы на моей блузке полетели к чертям, осыпаясь на кровать и больно впиваясь в чувствительную разгоряченную кожу, и даже шорты в итоге меня не спасли от такого напора. Потому что я опять себя отпустила, самозабвенно отдаваясь во власть страсти.

Слова ведь не важны.

Совсем.

Сколько раз за эти девять лет я думала, что бы было, поступи я иначе. Не уйди от него тогда… Так к чему сейчас сдерживать себя? Нужно брать. Брать то, что дает мне жизнь, предоставляя второй шанс. И наслаждаться нашим раем.

Глава 21

— Кажется, ты говорил, что у тебя плотный рабочий график? — спросила я чуть позже, лежа спиной к Богдану и чувствуя, как он вырисовывает невесомые узоры на моем животе.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Тебе недостаточно плотно? — произнес Залесский со смехом и прижался ко мне теснее. Плотнее, как бы сказал он.

— Так все-таки я была права и это и есть твоя работа? — ответила ему, с трудом сдерживая смех, и положила ладони поверх его, чувствуя, как в груди ошалело бьется сердце. Оно сходило с ума от счастья. Так же как и я.