Закладная ведьма (СИ) - Боргнев Ксандер - Страница 38

38

Куда больше сейчас ведьму волновало другое. Операция по поимке Крысолова пошла не так, как они планировали, что, впрочем, было вполне ожидаемо. Они изначально понимали, что такой хитрый и изворотливый ублюдок не сможет не преподнести несколько неприятных сюрпризов. Но чем дальше, тем отчётливее становилось понятно: Крысолов знал об их атаке и заранее хорошо к ней подготовился. Доклады боевых групп становились всё хуже, а голоса их участников звучали всё отчаяннее. Да ещё и описания алтарей и тех символов, что их окружали… Это пугало. Сегодня Братство задействовало лучших своих бойцов, в катакомбах сражались сильнейшие богатыри, да и Конклав не поскупился. Кроме рядовых ведьм непосредственно в операции принимали участие сразу несколько членов Высшего Круга. И всё же они не справлялись.

Рассматривая карты, Милана вдруг почувствовала смутное беспокойство. С ней уже бывало такое и раньше: её разум заметил что-то необычное, зацепившись за какие-то мелкие детали. Теперь ей оставалось только постараться понять, что же именно стало причиной её беспокойства, осторожно потянув за ниточку и придя к разгадке.

Глаза ведьмы лихорадочно бегали по экранам мониторов, выискивая в тоннах информации ценные крупицы. И постепенно она начала понимать… Подсказкой стали карты. На них в режиме реального времени появлялись отметки — точки, в которых спустившиеся под землю отряды обнаружили следы кровавых гекатомб. Мысленно Милана начала соединять их линиями, и от полученного результата ей резко стало дурно. Она была старой ведьмой, и по праву считалась одной из сильнейших в России, но от осознания увиденного стало жутко даже ей.

— Хватит, — прохрипела она и закашлялась. От страха у неё перехватило дыхание. — Хватит!

— Что случилось? — не поняла Василиса, но увидев состояние ведьмы резко посерьезнела.

— Немедленно командуй отбой операции, пусть все возвращаются на поверхность!

— Да в чём дело?

— Разуй глаза! — рявкнула на неё Милана, тыкая пальцем в карту. — Ты же Премудрая, неужели ничего не замечаешь? Попробуй соединить эти точки линиями!

Василисе хватило нескольких секунд, чтобы понять, о чём говорила ведьма. Могучий разум женщины мгновенно просчитал траектории воображаемых линий. Геометрическая фигура, вырисовывающаяся на карте не была законченной — поисковые отряды нашли ещё не все капища, но и этого было достаточно. Крысолов проводил масштабный ритуал, чьими опорными точками и были места жертвоприношений. Цель этого ритуала ей пока была не ясна, но ничего хорошего от этого маньяка ожидать не стоило. Особенно учитывая то, кому он служил. Древние были, пожалуй, худшим известным ей злом.

Не теряя больше ни секунды Василиса тут же вызвала одновременно все отряды. Все они вели бои — кто-то успешнее, а кто-то нет, но это больше не имело никакого значения. Василиса отдала приказ немедленно возвращаться на поверхность и теперь могла только надеяться на то, что он не запоздал. Судя по отчётам, Крысолов перебил под землёй большое количество людей, что давало неведомому ритуалу огромную мощь. А ведь не стоит забывать и о том, где именно этот ритуал проводился. Москва располагалась на очень интересном месте…

— Надеюсь, они успеют, — мрачно прошептала Василиса, неотрывно смотря на экраны мониторов.

— Печать пока не активирована, — эхом откликнулась Милана. — Интересно, что он задумал?

— К сожалению, уже очень скоро мы об этом узнаем.

Призраки прошлого

— Мама?

Вероника уже давно потеряла счёт времени. Казалось, будто они блуждают в этой тьме уже целую вечность. Сырость, смрад и затхлость подземелья уже впитались в их кожу, они промокли до нитки и жутко устали. Единственным плюсом в их положении было лишь то, что в какой-то момент вода перестала стремительно прибывать, остановившись на уровне, лишь немного не доходящем до груди. Это довольно сильно замедляло темп их передвижения, но поделать с этим они ничего не могли. Хорошо хоть, что никакие монстры их больше не тревожили. Такое затишье казалось ведьме подозрительным и не сулило ничего хорошего. Поэтому она могла лишь надеяться, что они доберутся до ближайшего союзного отряда раньше, чем за их спинами вновь раздадутся кровожадные и невыразимо мерзкие вопли уродливых тварей.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Мама!

Ника вздрогнула, услышав этот звонкий, чистый и до боли знакомый крик. Назойливый шёпот, появившийся где-то на задворках сознания ещё на месте массового жертвоприношения, с каждой минутой становился всё громче и назойливее, пока не превратился в оглушающие голоса, ввинчивающиеся в мозг. В них не было никакого смысла — это была лишь какофония безумных звуков, и Веронике удавалось до поры игнорировать их. Но внезапно всё изменилось.

Её оглушила тишина, в которой детский голос звучал ещё более пронзительно. В воздухе лилась приятная тихая мелодия флейты, шумела молодая листва на деревьях, а по-весеннему тёплые ранние лучи солнца покрывали её кожу горячими поцелуями.

— Мама!

Розовощёкий мальчуган с растрёпанными русыми волосами стоял у опушки леса и призывно махал ей рукой. С его лица не сходила задорная и проказливая улыбка, а на носу темнело извечное пятно грязи.

— Опять изгваздался где-то, негодник? — с притворной строгостью спросила Вероника и нахмурилась. Впрочем, долго сдерживать улыбку она не смогла.

Мальчишка залился счастливым хохотом, и девушка ощутила волну теплоты, разлившуюся по груди. Она хотела крепко прижать к себе этого сорванца, обнять его, вдыхая запах нагретых на солнце волос, и никогда больше не отпускать.

— Здравствуй, лада моя.

Сердце Вероники пропустило удар, а после заполошно зашлось в груди. Этот голос она бы не спутала ни с каким другим. Невысокий коренастый мужчина, стоявший рядом с мальчонкой, смотрел на неё с невероятной теплотой и нежностью, слегка искривив губы в лёгкой улыбке. Больше всего на свете она хотела бы сейчас прижаться к его широкой груди и ощутить на своих плечах его сильные жилистые руки. Почувствовать прикосновение его шершавых от долгой и тяжёлой работы ладоней.

Девушка сама не заметила, как ноги понесли её вперёд. Она ускорила шаг, практически переходя на бег. Её голые ступни холодили капли утренней росы, а икры щекотала молодая поросль. Вероника уже практически чувствовала крепкий мужской запах своего любимого, видела его ясные голубые глаза и своё в них отражение. Ещё немного, и она повиснет у него на шее, бросится ему на грудь, обнимет двух самых любимых своих мужчин…

…но вместо этого в нос ей шибанула отвратительная вонь, от которой желудок выворачивало наизнанку. Мгновенно раскалившаяся рукоять ножа обожгла ладонь, выдёргивая Веронику из плена иллюзий. Ведьма потеряла равновесие и рухнула в мутную воду, подняв целое облако брызг. От резкой смены обстановки Ника растерялась и ненадолго поддалась панике, принявшись отчаянно барахтаться, пытаясь нащупать дно и встать на ноги. От неожиданности она наглоталась воды, и, вынырнув, извергла из себя настоящие потоки мутной жидкости.

Морок — эта мысль засела у неё в голове и стучала в висках, мешая сосредоточиться. Пропала лесная опушка, растворившись, словно утренний туман. Умолкли птицы, больше не шумели густые кроны лесных великанов, а чистый воздух не наполнял собой лёгкие. К ней вернулась утраченная на время память, но самое главное — пропали фантомы тех, кого она любила всем своим сердцем. Потревоженные зарубцевавшиеся раны прошлого вновь болели и кровоточили, причиняя ведьме невероятные душевные муки. И кто-то должен был за это ответить.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Вероника повела рукой в воздухе, поймав рыбкой взметнувшийся из под воды потерянный нож, и осмотрелась. Избавившись от колдовского наваждения, она теперь могла оценить обстановку. И увиденное ей не понравилось.

Рядом с ней приходили в себя другие ведьмы. Растрёпанные, мокрые, жалкие — они еле стояли на ногах, опираясь друг на друга. Их била крупная дрожь, женщин трясло, словно в лихорадке, и они испуганно оглядывались по сторонам безумными глазами. Они явно были не в себе и надеяться на их помощь Нике не стоило.