Что случилось с Маргарет? (СИ) - Линдт Нина - Страница 34

34

Или страшная такая? Я переключилась на стол слева. Ну же, Маргарет… ты должна быть здесь! Я разошлась не на шутку, отбивая ритм бедрами, потом только грудной клеткой, потом снова бедрами. Волна вперед, проход, боковая волна: мое тело красиво извивается, пока я приседаю и так же плавно вырастаю обратно. И тут мой взгляд встречается с синими глазами Имира. Он тут, за столом, Альфонс тоже. У короля чуть отвисла челюсть, а Имир… смотрит на меня как-то странно. Я тряхнула гривой волос, слава Лючии! Повернулась спиной и медленно отогнулась назад, красиво водя руками в воздухе, потом игриво вскинулась, метнула улыбку озадаченному викингу, покружилась, убедилась, что никого издалека похожего на Маргарет за тем столом нет. Снова повернулась к Имиру. Не знаю точно, как описать его выражение лица… но ощущение было такое, что он сейчас на меня набросится и отшлепает. Ой, а может, Маргарет под тем покрывалом?

Осененная этой идеей, я вернулась в центр зала и, играя с шарфом, поводя плечами, вернулась к центральному столу. Но под покрывалом ничего было не угадать. А тут одновременно все барабаны зачастили и резко оборвались. Я поклонилась и выплыла из зала.

— Несколько вызывающе, но прекрасно! — ликовал мой «тренер», подавая мне кружку воды и набрасывая на разгоряченное тело шаль. — Ты спасла нас всех!

Девушки выстроились по новой, готовясь вплыть с очередным танцем, но тут из зала выскочил слуга.

— Господин барон просит танцовщицу. Вот ее! — И ткнул в меня пальцем.

— Что значит просит? — поинтересовалась я на всякий случай.

— Наградить, похвалить, наказать, казнить… да какая разница! — махнул рукой слуга и потащил меня обратно.

Действительно, какая? Я усмехнулась про себя и пошла за ним. В конце концов, хотела же поближе к невесте подобраться. Вот Вселенная и услышала мое желание.

Приближаясь к центральному столу, я заметила, что веселья поубавилось, и многие смотрели на меня даже сочувственно.

Барон, хозяин замка, поднялся с кресла и улыбнулся в ответ на мой поклон-приседание.

— Прелестница, ты усладила наши взоры таким необычным и ярким танцем, что мы решили наградить тебя.

Я старалась дышать спокойно, но обстановка все накалялась. Казалось, маленькие искорки сверкают в воздухе, будто вот-вот грянет гром и ударит молния. Барон был стройным, привлекательным мужчиной, лицо его портил только небольшой шрам на щеке. Маг, наверно.

— Мы подумали, что ты можешь быть достойной поцеловать руку моей жены и помочь нам сохранить ее хрупкое здоровье. Подойди.

Все затихли за моей спиной. Я подошла ближе к столу. Барон обошел его и взял меня за руку. Он был выше меня ростом, я подняла на него взгляд и доверчиво последовала. Но тут меня остановил неприятный запах. Он так резко ударил в ноздри, что я подалась назад.

Барон настойчиво потянул меня вперед, подвел вплотную к сидящей женщине. Сомнений не оставалось: трупный запах стал еще сильнее, я опустила взгляд на руки баронессы и едва сдержала рвотный рефлекс. Ногти были темно-синими, на кончиках пальцев уже виднелись следы разложения, а кожа была в темных пятнах.

На мгновение к отвращению добавился ужас, что это Маргарет. Сама не понимаю, как осмелилась на такое, но я протянула руку и, прежде чем барон успел меня остановить, сдернула покрывало.

Открывшееся мне зрелище было тошнотворным. Женщина была мертва довольно давно, поэтому вместе с покрывалом с места сорвался рой мух, которые уже облюбовали уголки рта и глаз для личинок. Лицо было обезображено пятнами и разложением, но по светлым волосам я поняла, что передо мной все-таки не Маргарет. Женщине, судя по всему, отрубили голову, а потом пришили обратно толстыми нитками, но голова все равно была наклонена набок, а челюсть слегка приоткрыта. В ране на шее тоже что-то копошилось. Я отшатнулась назад, и в этот момент труп набросился на меня так резво, что только благодаря своим рефлексам я успела метнуться в сторону, швырнула в нее кубком с какой-то жидкостью, мертвая женщина зашипела и кинулась следом. Я перекатилась через стол, схватила стоящий на его краю канделябр со свечами. Барон обнажил меч и хотел ударить, но тут меня прикрыл Имир, их клинки со звоном встретились. Имир скользнул по лезвию противника, отклоняя его в сторону, и пронзил барона насквозь. В зале поднялся шум и гвалт. Умирающий барон протянул руку к мертвой жене, а та с нечеловеческим воплем набросилась на меня. Я ткнула в нее канделябром, пытаясь удержать на расстоянии ее руки, которые тянулись ко мне с плотоядной жадностью. Она вспыхнула, видимо, в чаше был крепкий алкоголь. Ее вопль перешел в дикий визг, Имир вытащил клинок из барона и срубил ей голову во второй раз. На этот раз окончательно.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Не сговариваясь, мы с Имиром встали спиной друг к другу, готовые отразить любое нападение. Пирующие и сами не знали, что делать. То хватались за мечи, то отступали, волнение и вопли становились все громче, решение окружающих явно не шло в нашу пользу.

— Все успокоились! Именем короля! — прогремел Альфонс так громко, что все затихли в одно мгновение.

Он встал, величественный и важный.

— Я — король Альфонс, прибыл с тайной проверкой в этот город под охраной. — Он кивнул на нас. — Кто может объяснить мне, что тут происходит?

Час спустя, когда тела барона и его супруги были вынесены из зала и сожжены во дворе, король Альфонс в нашем присутствии беседовал со знатью города. История, которую нам рассказали, была страшна и печальна одновременно. Барон с юности любил Идельфонсу — прекрасную дочь местного лекаря. Идельфонса отвечала ему взаимностью. Но вот отец будущего хозяина города был против. Барон и Идельфонса тайно обвенчались, она родила ему двух сыновей. Когда отец барона узнал об этом, он под предлогом выслал сына из города, велел схватить Идельфонсу и детей и обезглавить. Так его взбесил своевольный поступок отпрыска, что он не пожалел ни женщины, ни своих внуков, ослепленный яростью и желанием проучить сына за непослушание. Барон вернулся и, узнав о расправе, в гневе убил своего отца. Детей он похоронил, а вот со своей возлюбленной никак не мог расстаться. Ее отец, лекарь, по его просьбе забальзамировал тело, пришил голову дочери, и барон положил ее в хрустальный гроб и ходил смотреть на свою Идельфонсу. Однажды в замок пришла девушка, магиня такой силы, что барон стал надеяться на возможность воскресить возлюбленную с ее помощью.

— Мы не знаем в точности, что произошло. Только однажды магиня исчезла, а мертвая баронесса обрела жизнь. Правда, каждый вечер она нуждалась в крови молодых девушек, поскольку вместе с жизнью возобновился процесс разложения. Мы молчали, потому что барон выбирал девушек не из знати, но у нас у всех дочери, и мы не могли возражать ему, опасаясь, что лишь разозлим.

— Как давно исчезла девушка? — спросил Имир.

— Около пяти дней назад.

— Она сожрала Маргарет? — выдохнула я.

Силы меня покинули, и я села на скамью, звякнув монетками. До сих пор была одета в танцевальный костюм, хоть и набросила на плечи теплую шаль, которую затребовал для меня Альфонс. Все напрасно, значит? И никогда не узнать мне Маргарет… И весь этот поход — неудача, и не факт, что жрец даст вознаграждение — работа-то не выполнена. Эх, Сафонова, а ведь ты уже мысленно занавески в своем доме повесила…

— После той разрядки, что мы видели… непросто сохранить силы на магию, а еще и поднять мертвых… — Имир потер лицо, словно страшно устал и хотел проснуться. — Я сомневаюсь, что она погибла. Скорее всего, она выполнила то, что хотел барон, и он ее отпустил.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— И она отправилась дальше, — побледнел Альфонс.

— К Лысым горам, — кивнул Имир.

Оба мага переглянулись и потупились.

— Переночуем здесь, — устало сказал король.

ГЛАВА 24

Нам отвели три комнаты на одном этаже замка. Король ушел в свою комнату, а мы с Имиром топтались в коридоре.

— Имир, ты действительно считаешь, что Маргарет еще жива?