Что случилось с Маргарет? (СИ) - Линдт Нина - Страница 36

36

— Я всего лишь ходил за завтраком, Колючка.

Я подошла. Страшно хотелось обнять его, но сдержалась.

— Умираю с голода.

Перекусив наскоро яйцами, хлебом и сыром, запив все теплым молоком, мы завернули остальное в дорогу для Альфонса. И выехали из крепости, когда серый день уже нависал над городом.

ГЛАВА 25

Лысые горы мрачными зубьями своих вершин кромсали горизонт. День стоял солнечный, небо было ярко-голубым до рези в глазах.

— Что может ждать нас там? — спросила я Имира.

— Все что угодно. Эти земли изначально служили для изгнания магов, уродов или странных особей, не похожих на людей. Со временем там сформировались анормальные зоны, поскольку выбросы магии, особенно черной, были очень мощными. Поэтому в зависимости от того, через какую зону мы пойдем, нас может ждать что угодно.

— Никто не составил карту зон?

— Это невозможно. Зоны постоянно двигаются. Медленно, но постоянно. Так что карт не существует. Да и живым мало кто оттуда выходил.

— То есть велик шанс, что мы войдем в другую зону, не в ту, куда вошла Маргарет?

— Есть такая возможность, — кивнул Имир. — Но, с другой стороны, прошло мало времени, и мы можем попасть в ту же зону, что и она. Или нагнать ее зону, если будем двигаться достаточно быстро.

— А зачем Маргарет вообще туда идти? — спросила я. — Ведь она должна понимать, что это опасно.

Имир не ответил, но таким взглядом окинул горы, что я поежилась.

— Думаю, Маргарет прекрасно осознает опасность, может, даже ищет ее. Как и ты, Колючка.

Я задумалась. В его словах была правда. Я не тряслась за свою жизнь, у меня была цель. Возможно, у Маргарет тоже есть цель…

— Не думаю, что она самоубийца.

— Я тоже так не думаю, — кивнул Имир. — Про Лысые горы есть масса легенд, возможно, она отправилась сюда в поисках силы или наставника. Мы узнаем все точно, только когда найдем ее.

И он вдруг обнял меня крепко за плечи и привлек к себе.

Мы заночевали в деревушке у подножия Лысых гор.

Я сидела у очага, завернувшись в теплое одеяло, мокрые волосы были разбросаны по плечам. Странно, но впервые за долгое время я чувствовала себя счастливой. В голову закралась мысль, что есть своя особая прелесть в дорожной жизни, в скитаниях и поиске. Каждый день как начало новой вехи, новой главы, и ты даже предположить не можешь, что ждет тебя в неизвестной дали и где тебя застанет закат. Может, таким и должен быть путь каждого из нас? Постоянное движение вперед. Короткие отдыхи. Краткие встречи…

Имир сел рядом со мной. Мы не соприкасались, но я будто чувствовала его всем телом.

— Иди спать, Колючка, завтра тяжелый день.

— А ты? — не двигаясь, не отрывая глаз от огня, спросила я.

— И я. Элиза…

Я повернулась к нему.

Синие глаза смотрели на меня как-то чересчур внимательно.

— Обещай мне, что не станешь рисковать своей жизнью.

— О чем ты? — нахмурилась я.

Я видела, он хочет что-то рассказать. Беспокойство проложило глубокие морщины на его межбровье и на лбу.

— Иногда мне кажется, ты бросаешься на врага с желанием погибнуть.

Я улыбнулась:

— Нет, Имир. Это не так. Я не собираюсь умирать так глупо.

— Рад это слышать. — Он глубоко вздохнул. — Ладно, иди спать.

— Что это ты раскомандовался? — огрызнулась я. — Пойду, когда захочу. Взрослая уже.

И не успела оглянуться, как оказалась прижатой к полу его телом.

— Непослушная наемница, — он хлопнул меня по ягодице, — завтра будешь клевать носом в седле.

Тяжесть его тела манила, я видела желание в его глазах.

— Так накажи меня, — прошептала я ему, раздвигая ноги.

Имир, казалось, только этого и ждал. Он впился мне в губы, рванув рубашку из моих брюк. Мы целовались, катались по полу, раздевая друг друга, кусались. Он шлепал меня, я рычала, он смеялся, я оказывалась то под ним, то сверху.

— Кто начальник похода? — спрашивал он, прикусывая мне мочку, вколачиваясь в меня.

— Ты… ты… ты… — послушно постанывала я. — Я самостоятельная и свободная! — рычала я десять минут спустя, объезжая его. А его ладони поглаживали мою грудь.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Ты свободна любить меня сколько пожелаешь, — покорно соглашался он.

Утром я была полна сил, несмотря на бурную ночь. На душе было так светло, так хорошо, как давно уже не было. Тело до сих пор ныло от его поцелуев и железной хватки. Я чувствовала себя большой, довольной, счастливой кошкой, которой хотелось опять играть с котом. Но вместо этого нужно было продолжать поиски Маргарет.

Еще я подумала, что мой мир из «высоких» сфер цивилизации вдруг стал совсем приземленным: меня радовало чувство собственной физической силы, вкусная пища, горячий секс и хорошая погода. Вот так все просто и обыденно.

Лысые горы поднимались передо мной, но я, в отличие от своих спутников, не испытывала страха. Просто все мое пребывание на Мистерре было таким, что, казалось, хуже уже быть не может. Я, конечно, ошибалась.

Но когда впереди есть цель, я полна энтузиазма и желания двигаться вперед.

Мы уже подъезжали к ущелью, когда позади нас послышался шум копыт. Мы развернулись.

Всадница приближалась галопом, лошадь поднимала пыль, но на солнце растрепанные длинные волосы девушки переливались золотом.

— Лючия! — вскрикнула я.

Она притормозила, лошадь остановилась резко, недовольно фыркнула, дернула хвостом, помотала головой. Все тело животного блестело от пота.

— Я думала, что не успею, но успела!

Лючия улыбалась счастливо и весело.

— Я еду с вами!

— Нет, — воспротивился Имир. — Это опасно, а ты не боевой маг.

— Да, но я могу быть полезной в походе и присмотрю за королем, если на нас нападут, пока он в стадии ребенка.

— Она права, — повернулась я к Имиру. — Необходимость таскать младенца иногда ограничивает меня, а так мы всегда будем двумя боевыми единицами. Это хорошая помощь.

— Я согласен, — опередил Имира король Альфонс. Он улыбался, как придурковатый, с момента появления Лючии. Похоже, она ему действительно нравится.

Имир оглядел нас всех. Покачал головой.

— Ты права, Колючка. Хорошо. Но, Лючия, ты должна знать…

— Я знаю… — тихо ответила она, улыбка исчезла с ее лица, и взгляд стал серьезным. — Не всем дано вернуться оттуда. Но я хочу помочь вам. А терять мне больше нечего.

Интересно… Я вдруг задумалась. Лючия потеряла свою семью, и отсутствие желания жить бросает ее в опасность. Ну и явная симпатия к королю. Король Альфонс желает изменить проклятие, у него тоже особо выбора нет. Я, понятное дело, здесь чужак, нетрезво оцениваю опасность, работаю на себя, родных у меня, как у Лючии, нет. Впереди либо гибель, либо выполнение задания с плюшками, обещанными жрецом, а так же мною движет любопытство и желание найти Маргарет. А вот Имир? Он тоже ничего не теряет? Тоже сорвиголова? Не похож. Он трезво оценивает опасность, судя по напряженной спине и взгляду, который постоянно сканирует все вокруг. Что пообещал ему жрец? Чем подкупил такого воина? Или Имир привык к опасности? Ведь, в сущности, я о нем совсем ничего не знаю.

Я покусывала губы в задумчивости. Насколько можно доверять человеку, о котором знаешь только то, что он сильный маг, отличный воин и шикарный любовник? Сильный маг и шикарный любовник у меня уже имелись в самом начале этой истории, ни к чему хорошему это не привело. Как воину, ему можно довериться в бою… пока он играет на твоей стороне.

Впервые я задумалась о том, что будет с Маргарет, когда она «починит» Альфонса. Мы как-то не говорили об этом ни разу, потому что стремились лишь найти ее. Но мои спутники наверняка думали о том, что делать дальше.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Озвучить вопрос я так и не решилась, предпочла мучиться сомнениями и предположениями. Но в душе решила, что Маргарет в обиду не дам. Она и так настрадалась на всю жизнь, хватит.

Вчетвером мы въехали в ущелье.

Здесь было сыро и чертовски зябко. Очень скоро мокрый холод пробрался под одежду, отсыревшую от тумана, перьями лежавшего вокруг. Двигаясь по ущелью, мы постепенно поднимались; повернувшись в седле через некоторое время, я увидела, что вход уже очень далеко и внизу.