Общественный договор (СИ) - Сухов Лео - Страница 44

44

- Ручку давай ему сделаем? – заискивающе спросил штатный алкоголик посёлка. – А то задолбало «волосьями» с пляжа всё приматывать…

- Это не волосы, Клоп. Это водоросли.

- Да ты чё, командир! Водоросль, она красивая и зелёная. А это волосья какие-то!.. Тьфу!..

Я отмахнулся, сокрушённо покачав головой.

- Сделаем тебе ручку, не вопрос…

Ан нет – вопрос… Проковырять уже высохший и твёрдый бамбук – это, скажу вам, то ещё приключение. Занимался я этим минут двадцать, и даже Клоп под конец предпринял пару попыток помочь мне. Но всё безуспешно! Пришлось идти и выбивать верёвки, которыми ведро оплели как наружным каркасом – и всё-таки сделали ручку. Девушки из хозяйственного отряда смотрели на меня зверем. С их точки зрения, я переводил ценный и добытый часами плетения продукт на глупую прихоть какого-то алкаша. И всё же, даже не зная, зачем это Клопу, я понимал, что когда-нибудь его ещё поблагодарят за лень. Лень – это ведь двигатель прогресса! Вот Никитич – не ленивый, он работать умеет и работает. И прогресса от него не будет!.. Отработает любой процесс – и будет бить по заданной схеме, пока не придёт какой-нибудь Клоп и всё не улучшит.

Мы спустились с холма, увлекая за собой целую процессию любопытствующих – Бамбину, Иру, Кира, Никитича, Сашу и Поляка. Остановились мы в том самом месте, где я Клопа как-то уже заставал. Перед пальмой.

- Вот, командир! – гордо сказал Клоп. – Классная пальма!

- Эм… Клоп, а ведь ты уже говорил мне, что она красивая, – вспомнил я.

- Конечно, – гордо кивнул тот. – Ты присмотрись к ней! Присмотрись!..

Я и присмотрелся. Пальма как пальма – я в них не разбираюсь, если честно. Есть кокосы – значит, кокосовая, а если есть бананы – значит, банановая. Листья длинные… как это называется, перистые, вот! Один лист был метра под четыре длиной. Из-под листьев свисает какая-то бахрома. Мы уставились на пальму, и первым всё понял Кир. Он неожиданно расхохотался, согнувшись от смеха пополам, и едва не захлопал в ладоши.

- Что? – удивился я.

- Си!... Ха-ха-ха!

- Что?

- Систе… Ха-ха-ха!... Мное… А-ха-ха-ха!

- Системное? – не понял Никитич.

А я понял:

Сахарная пальма земная

– Ну бли-и-инский ёж! – не удержался от комментария Поляк, растягивая губы в улыбке от уха до уха.

Пока собравшиеся доходили до смысла названия, Клоп отобрал у меня ведро, повесил на сгиб локтя и выудил из-под пальмы совершенно непотребного вида смотки из «волосьев», как он называл водоросли. После чего нацепил одну из них на ноги, а другую на руки с обратной стороны ствола – и шустро полез вверх. Я такое только на видео в интернете видел. А наш бравый алкоголик, похоже, вообще не замечал ни опасностей, ни препятствий. Он просто лез вперёд. К вожделенной цели.

- Никогда не становись между бухариком и его и добычей… – задумчиво прокомментировал Саша.

- Знакомое что-то… – я попытался вспомнить, где слышал эту фразу, но не смог.

- Да так, – отмахнулся партнёр. – Из классики… Ну ты посмотри, что творит!..

Зависнув под самыми листьями, Клоп принялся там копошиться, что-то тихо бормоча, а потом вниз упал длинный лист, будто свернувшийся в трубочку.

- Главное, чтобы текло хорошо! – выдал бухарик наставления. – Тогда нормально за день наберётся. Утром начнёшь – вечером попьёшь!

Спуск у Клопа занял чуть больше времени. Цель была достигнута, и к нему потихоньку возвращался естественный человеческий страх. На секундочку, пальма была совсем немаленькой – метров десять высотой! Я бы очканул!..

- Вот, командир! – довольный Клоп указал на пальму. – Вечером сможешь расслабиться!

- Клоп, гад такой, ведь я слышал тебя как-то вечером! – негромко пробормотал я. – Я же тогда за водой ходил…

- Дык, я же не знаю, кто там в темноте ходит! Вот и замираю сразу!.. – признался Клоп и ткнул пальцем в подвешенное под листьями ведро. – Командир, а нам пайка будет?

- Будет! – обречённо согласился я. – Но только пайка, а не всё ведро.

Назад мы шли вместе с Никитичем, Киром и Сашей. При этом Саша полпути молчал, а потом выудил из закромов своей многоопытной головы всю необходимую информацию.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

- Напиток называется «тодди»[1], – сказал он. – Пальмовое вино. Кажется, из сока можно ещё и сахар делать… Но тогда сок надо будет выпаривать!

- Вот где ты, Саша, раньше был? – удивился я. – Может, ты ещё в курсе, как там с содержанием спирта? И как из всего этого сделать уксус?

- Филь, уксус тебе сделает время, – объяснил Саша. – Сок бродит несколько часов, а потом начинает киснуть. Вот скисший сок – это и есть уксус. Но чтобы вкус нормальный был, ещё пару лет надо ждать. А если закупорить тару, чтобы кислород не поступал – то можно и градус у вина увеличить.

- Два года с листьями на причинном месте я ходить отказываюсь… Надо быстрее! – покачал я головой.

- А в чём вопрос-то? – спросил Никитич.

- Вопрос в шкурах! – пояснил я. – При правильной выделке шкур мы получим либо меховые, либо кожаные одёжки. Но чтобы кожа не стала жёсткой, нужно их как-то вымачивать! А для этого нам нужен уксус.

- Так тебе, поди, уксус нужен в процентах! – предположил Никитич. – Не в чистом же уксусе вымачивают?

- Ну нет, кажется… – согласился я. – Надо у Тарига спросить.

- Это у того новенького? Который всё ходит и спрашивает, кто умеет с глиной работать? – спросил Никитич. – Кстати, это зачем ему?

- Посуда нужна… Ира давно просила, – ответил я. – Ну и дубильный отвар нужен.

- Филь, а чем вас листья не устраивают? – не выдержал Никитич. – Ну что ты всё каким-то прогрессорством страдаешь?

- Никитич, ты видел ребят, которые со мной пришли? – спросил я.

- Ну видел…

- Так вот. У них уровень больше твоего, а в игре они всего два дня! – продолжил я, не дав ему договорить. – Рано или поздно сюда придёт парень в железных доспехах и погонит нас всех работать на своих плантациях. Вот тогда ты и узнаешь, зачем было нужно прогрессорство. И даже раз триста успеешь пожалеть, что сам им не занимался. Не обижайся только!.. Просто утомили эти споры... То не хотим, это не будем!..

- Ты, Никитич, слушай-слушай! – кивнул Кир. – Конечно, я с вами временами и сам начинаю мхом порастать, но для возвращения в норму у меня Саша и Филя есть. Так что, давай-ка, присоединяйся к этому… как его?..

- Тагиру, – подсказал я.

- Вот к нему! И вместе найдите тех, кто займётся этим делом. Людей у нас – куча. И все какой-то левой фигнёй маются весь день!..

- Кстати, тут было интересное предложение… – вспомнил я. – Вкопать в нашем посёлке какой-нибудь столб и обозвать его тотемным. Или камень большой приволочь, но лучше столб! И, возможно, тогда система посчитает наш посёлок поселением. И, может быть, даст нам точку перерождения прямо в посёлке. Но пока это только версия…

- Звучит как бред, Филь! – заметил Саша.

- Я потому и не настаиваю… – пожал я плечами. – Возвращаясь к нашему разговору, посуда срочно нужна. И печь нужна! И не спорьте даже… Нужна соль, которую можно выпаривать, нужен этот сахар… Кожа нужна… Кстати, куда вы кости решашиарха дели?

- У меня дома лежат! – усмехнулся Кир. – Так их и не поделили.

- Надо будет хвост его осмотреть, – заметил я. – Особенно этот шип.

- Ты на самое ценное-то роток не разевай! – возмутился Никитич.

- Самое ценное вы уже и так выкинули – мясо! – огрызнулся я. – А шип, если понадобится, я заберу. Хотите правила дележа добычи устанавливать – так ищите столб и вырезайте на нём. А пока такие вопросы я буду с Киром и Сашей обсуждать!

Похоже, Никитич всё-таки обиделся. Да и фиг с ним! Как дети малые... С Киром и Сашей мы договорились быстро. И вскоре у меня в руках был хвостовой шип решашиарха! Я вернулся к строящимся домам и пристроился рядом, разглядывая трофей.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Длина у шипа была больше метра. В самой широкой части, у основания, его ширина была сантиметров десять, а дальше он становился всё уже и уже. Получался такой длинный вытянутый треугольник. Кость у шипа была интересная: если у широкой части, у бывшего основания шипа, она была похожа на обычную звериную кость, то чем дальше – тем более тёмной становилась, переходя от белого к серому. И тем твёрже была его поверхность. Во время боя я угадал: решашиарх свой шип обо что-то подтачивал – об это говорили царапины вдоль острой кромки.