Гильдия - Диксон Гордон Руперт - Страница 70

На этот раз Хэл увидел движение Сее. Значит, она перестала заботиться о том, станет он ловить ее или нет. В ее глазах светился интерес. Она смотрела и слушала, не шевелясь. Хэл продолжал изучать черты ее маленького сумрачного лица, поднятого к нему. Снова ему пришло на ум сходство между ее стремлением защитить Артура и его собственной реакцией в тот момент, когда он будучи Доналом, услышал о смерти своего дяди Джеймса. Возможно, это означало, что она устремится туда же, куда и он в свое время. Эта мысль согревала.

Ему хотелось найти какой-то способ сказать ей, что путь, по которому она пока была вынуждена идти, перестал быть для нее необходимостью. То, что он и сам шел таким же путем и осуществил на нем все свои намерения, не принесло ему тех результатов, каких он хотел.

Если Сее с удовольствием слушает его пение, вряд ли она станет слушать его, если он попытается с ней заговорить, – и даже не останется рядом с ним. Если бы он мог задержаться здесь, в Гильдии, достаточно долго, чтобы освоиться с образом жизни ее членов, когда-нибудь она, возможно, и станет слушать его. Но он не мог оставаться здесь только для этого, только ради нее – независимо от того, как сильно ему хотелось помочь ей постичь истину. Более важные задачи звали его отсюда. Тем не менее успех в их решении мог как-то помочь в ближайшем будущем и ей.

В украдкой бросаемых на него взглядах он читал замешательство и легкий испуг, которые это описание кровавой битвы вызывало у членов Гильдии, чьим принципом был – как в соответствии с экзотской традицией, так и по собственному выбору – отказ от насилия.

Хэл пел о том, как граф Дуглас, сын короля Шотландии, разорив пограничные селения, наконец дошел до Ньюкасла, где жил Перси, английский граф Нортумберлендский. Был и другой Перси – по прозвищу Хотспер, которого увековечил Шекспир в одной из своих пьес.

У Ньюкасла шотландские силы были остановлены. При всей их численности они никак не могли взять укрепление, которое представлял собой замок.

…Две армии договорились встретиться неподалеку, у Оттерберна, в Чевиотских холмах, где шотландцы будут ждать англичан.

Глубокой ночью молодому графу Дугласу сообщили об опасности.

В наступившей паузе послышался легкий шум. Дверь кабинета открылась, и кто-то вошел. Хэл, поглощенный тем, чтобы вспомнить слова песни, не поднял голову, чтобы посмотреть, кто это.

Он внезапно прервал пение, и звуки струн растаяли в тишине, наступившей в комнате. В дверях стоял высокий укутанный в плащ человек, и хотя Хэл не мог бы видеть его лица, он знал, кто это.

Аманда тоже догадалась, потому что она быстро поднялась на ноги и повернулась к двери.

– Простите меня, Мастер, – сказал Старик, выскользнув из-за спины вошедшего и встав перед ним, – но этот гость говорит, что он проделал долгий путь, чтобы поговорить с Другом наедине.

– Да, – сказал Амид, и по тону его голоса Хэл понял, что и он узнал вновь прибывшего. – Боюсь, нам придется закончить вечерний концерт. Я предложил бы остальным покинуть комнату.

– Вовсе нет причин, чтобы из-за меня что-то прерывать, – произнес низкий, внушительный голос Блейза Аренса. – Я могу подождать.

– Нет, – покачал головой Амид. – Может быть, остальные будут любезны покинуть нас?

– Я остаюсь, – сказала Аманда. – Тебе, может быть, также захочется остаться, Амид.

– Да, пожалуй, – согласился Амид. – Я отвечаю за все, что происходит здесь. – Он посмотрел на Хэла. – Но мне не хотелось бы оказаться лишним.

Блейз отбросил назад капюшон своего плаща, и насмешливо произнес.

– Что до меня, то остаться могут все.

Но члены Гильдии уже выходили в дверь, которую заслоняла высокая фигура Блейза. Только Сее осталась там, где и была, не обращая внимания на подзывавшую ее к себе Онет. Сее смотрела на Блейза не тем пристальным непримиримым взглядом, каким она раньше смотрела на Лю и Хэла, но немигающим взглядом дикого животного, готового напасть, если к нему приблизятся.

– Останься, Амид, – Хэл отложил гитару в сторону. – Заходи, Блейз. Садись.

– Благодарю.

Он подошел и уселся на стул напротив Хэла. Сбросил плащ, оказавшись в темной куртке, брюках и рубашке. Амид по-прежнему сидел за своим столом.

Аманда отодвинулась в тень у стены, где ее почти не было видно.

– Ты можешь подойти и сесть с нами, Аманда ап Морган, – сказал Блейз. – Я здесь не для того, чтобы попытаться причинить Хэлу какой-то вред. Мы с ним знаем, что если один из нас или оба мы умрем, это не окажет никакого влияния на историю. Исторические силы находятся в движении. А мы всего лишь указываем каждой стороне ее цель.

– Возможно, да. Возможно, и нет, – ответил голос Аманды. – Благодарю, я останусь здесь.

– Все в порядке, Аманда, – Хэл не сводил глаз с Блейза, – я не думаю, что он попытался бы убить меня здесь – даже если бы мог.

– Пусть попробует, – голос Аманды звучал странно, как будто издали, – и сам не уйдет из этой комнаты.

– Все в самом деле в порядке, Аманда, – сказал Хэл, все еще не сводя глаз с человека, сидящего напротив. – Я в безопасности.

– Возможно, сейчас это и так – если ты сам так говоришь, – отозвалась Аманда. – А через пять секунд, кто знает? Я останусь здесь.

Блейз пожал плечами.

– Ты удивлен, увидев меня? – спросил он.

– Нет, – ответил Хэл. – Теперь ясно, что снимки, сделанные во время того облета, все-таки изучили.

– Да. Неужели ты ожидал, что можешь оставить Абсолютную Энциклопедию и отправиться на один из Молодых Миров без того, чтобы я в конечном счете не узнал об этом? – продолжил Блейз. – Вы не можете перекрыть все движение между Абсолютной Энциклопедией и поверхностью Земли; и независимо от того, насколько надежны люди, которые совершают эти рейсы, информация путешествует вместе с ними. Она утекает, рано или поздно достигает меня, так что мы всегда следим за вами, там, на Земле.

Амид встал со стула и добавил пару поленьев в огонь. В комнате, пока Хэл пел, собралось много народа, когда же дверь открыли, внутрь проник холодный воздух. И сейчас Хэлу казалось что этот холод исходит из складок плаща, сброшенного Бдейзом.

Невольно он отметил изменения, произошедшие с Блейзом со времени их последней встречи в туннеле, открытом для этой цели в фазовом щите. Стоило лишь коснуться молочной белизны одной из стен этого туннеля и тело было бы втянуто туда и разрушено, равномерно рассеявшись по всей Вселенной.

Сила, которая была невидима, но очень могуча, теперь исходила от него – подобно жару огня; она бросала вызов самим своим существованием и пыталась подчинить окружающих Блейза.

Большинство людей на десяти Молодых Мирах смотрели на него и слушали его так, как будто он был в каком-то смысле сверхчеловеком. Они внимали голосу того, кто пошлет их умереть и при необходимости уничтожить тот материнский мир, который, как они теперь верили, никогда не оставлял древнее желание завоевать и поработить их – Землю, поддерживаемую черной магией Абсолютной Энциклопедии и управляемую злым сверхдемоном по имени Хэл Мэйн.