Шторм времени - Диксон Гордон Руперт - Страница 46

– Нет, – он покачал головой, – думаю, это началось гораздо раньше. Должно быть, ты догадывался о его существовании и искал его с тех самых пор, как пришел в себя и понял, что мир изменился.

– Да, искал, – подтвердил я, – только не имел ни малейшего представления, что именно ищу.

– Возможно, – сказал Порнярск. – Но когда устройство будет готово, ты сможешь это выяснить, получив возможность проанализировать все свои действия и понять, что ты с самого начала подсознательно направлял каждый свой шаг к этому месту и этому моменту.

Я покачал головой. Бесполезно было пытаться объяснять ему, что я и до того никогда не был способен оставить в покое нерешенную проблему. Но дальше спорить с ним не стал.

Я был слишком сильно захвачен нарастающим во мне чувством – ощущением, что устройство помогает мне с каждым днем все сильнее. Оно было механическим лишь отчасти. Порнярск не мог или не хотел объяснить мне принцип его действия, хотя я часто наблюдал за тем, как он возится с маленькими разноцветными кубиками, из которых состояли внутренности семи пультов. Размером каждый кубик был приблизительно в четверть обычного детского кубика, и все они были сделаны из какого-то твердого полупрозрачного материала. Внутри пульта они соединялись вместе в определенном порядке, и работа Порнярска, по-видимому, заключалась в том, чтобы этот порядок изменить и снова соединить их вместе. Очевидно, в каждом из пультов последовательность их соединения отличалась, и Порнярску приходилось перебирать множество вариантов, прежде чем он находил нужную комбинацию. Со стороны казалось, что он действует наугад, но, похоже, это было не так, и, когда я спросил его об этом, Порнярск нарушил свое правило не выдавать мне никакой информации и объяснил, что он согласует порядки расположения кубиков в соответствии с «установками», заложенными в центре его памяти, и подбирает комбинации, которые будут резонировать с монадой, которой являюсь я. Из этого можно было сделать вывод, что рабочими элементами были не сами кубики, а их комбинации.

Что бы он там ни делал и как бы успешно ни продвигалась работа, стоило ему соединить кубики в очередной комбинации, я немедленно чувствовал эффект. Это было похоже на то, как если бы к моему мозгу подключался очередной психогенератор. С каждой такой очередной добавкой энергии, или силы, или не знаю уж чего там еще я начинал понимать все, что меня окружало, гораздо более ясно и глубоко.

Включая людей. С этим пониманием к сладкой стороне моей жизни добавилась горечь. Поскольку, по мере того как шаг за шагом росла моя восприимчивость, я начал понимать, что Эл-лен действительно собиралась уйти с Теком, как только моя работа с устройством будет завершена. Пока же она оставалась с нами и уговорила остаться Тека только ради того, чтобы они с ним могли взять на себя два пульта, что, как сказал Порнярск, придется сделать всем взрослым членам нашей группы, когда я предприму попытку обуздать шторм времени. Но после этого они оба уйдут, и никакие мои уговоры не заставят ее отказаться от этого намерения.

Но я так и не понял причин столь сильной ее привязанности к Теку. Ее чувства находились за пределами моего восприятия. Что-то мешало мне разобраться в них. Когда же я наконец спросил об этом Порнярска, он сказал, что я не могу прочитать ее чувства, поскольку сам испытываю к ней слишком сильные чувства. Если бы я даже и смог заставить себя понять, я бы узнал не то, что есть на самом деле, а то, что мне хотелось бы узнать. Я получил бы совершенно ложное представление, и поскольку все то, что я воспринимал и понимал с помощью устройства, было частью истинного отражения вселенной, устройство давало мне только точную информацию. Соответственно, там, где никакой точности просто быть не могло, оно ничего мне и не давало.

Поэтому я был как бы рассечен пополам, и грань между триумфом и отчаянием с активацией каждого очередного пульта становилась все острее. Окончив работу с четвертым пультом, аватара предупредил меня, что существует предел повышения восприимчивости, которое я способен выдержать.

– Если почувствуете, что это становится невыносимым, – сказал он, – сразу же скажите мне. При излишней стимуляции вы можете уничтожить себя прежде, чем получите шанс использовать устройство должным образом.

– Хорошо, – сказал я. – Я понимаю, о чем ты говоришь. – И это действительно так и было. С каждым днем я чувствовал, как меня буквально распирает изнутри, как я постепенно приближаюсь к точке взрыва. Этой точки я еще не достиг, но мне хотелось пройти весь путь до конца, независимо от того, что случится потом.

Сильнее всего меня подхлестывала боль из-за неминуемого ухода Эллен. Теперь, когда устройство начало действовать, я уже отчасти был оторван от обычного мира. Мне не нужно было проверять себя, втыкая под кожу горящие щепки, чтобы понять, насколько менее важной для меня в последнее время стала моя физическая сторона. Я бы легко мог забыть о том, что у меня вообще есть тело. Зато соответственно в несколько раз по сравнению с обычным усилилось ощущение духовной стороны. И именно этой нематериальной частью своего естества я ощущал неотвратимую потерю Эллен куда более остро, чем если бы мне одновременно ампутировали руку и ногу.

И единственным способом избавиться от этого чувства грядущей утраты было полностью сконцентрироваться на расширении сферы моего знания. Поэтому я все раздувался и раздувался психически, стараясь убежать от того, чего не мог вынести, – а потом без всякого предупреждения с совершенно неожиданной стороны вдруг пришло избавление.

Была вторая половина дня, лучи заходящего солнца заглядывали внутрь депо, дверь которого мы, пока Порнярск работал с последним пультом, держали открытой. Кроме него в здании находились только мы с Биллом. Мы открыли дверь, чтобы хоть немного разбавить строго кондиционируемую атмосферу зала свежим ветерком и солнечным теплом. Я сразу вернулся к воспоминаниям о том, что происходит снаружи, и на какое-то мгновение мои мысли снова обратились к Эллен.

Когда я снова вернулся к окружающей действительности, то увидел, что Порнярск и Билл пристально смотрят на меня. Порнярск что-то сказал. Я еще ощущал в ушах эхо его слов, но смысла уловить не успел.

– Что? – спросил я.

– Все готово, – сказал Порнярск. – Как вы себя чувствуете – в состоянии справиться с седьмым блоком? Не забыли о том, что я говорил по поводу неограниченности уровня воздействия предыдущих блоков? Их общее воздействие усиливается с подключением каждого следующего. Если сейчас вы близки к пределу, то эффект этого последнего включения может оказаться во много крат сильнее того, что вы испытывали до сих пор. И вы можете быть искалечены в самой жизненно важной своей сфере, нефизической, прежде чем успеете из всего этого выбраться.

– Знаю, знаю, – кивнул я – Давай.

– Ну что ж, – сказал Порнярск. Он потянулся одним из своих плечевых щупалец к пульту сбоку от себя и коснулся цветного квадратика.

С секунду ничего не происходило. Затем все вдруг начало с неимоверной скоростью увеличиваться. Я имею в виду буквально. Мне вдруг стало казаться, что половинки моей головы стали расходиться в стороны, охватывая все вокруг меня.., депо, вершину горы, деревню, все пространство между окружающими меня туманными стенами, все соседние с этой территории, континент, планету.., этому не было конца. Мало того, я не только охватывал все это, но и оно в свою очередь тоже росло и расширялось. Не в физическом смысле, а в смысле своего значения – обретало множество новых необычных аспектов, свойств и ценностей. Причем я сразу начинал понимать их все в трех измерениях, даже в тех случаях, когда до сих пор я никогда не замечал ничего более одной-единственной стороны их истинного облика. Теперь же все то, что я видел в них, во всех них, во всех вещах, включая и меня самого, было взаимосвязано.

Итак, я нашел путь назад. Стоило появиться мысли о взаимосвязанности всего сущего, и я снова оказался в Мечте, снова попал в пронизывающую всю вселенную паутину. Только теперь ее нити располагались определенным образом. Я ясно мог читать их, и впервые они принесли мне внутреннее умиротворение. Поскольку я наконец понял, что могу сделать и как это сделать, как утихомирить локальные проявления шторма времени. Не только на этом небольшом кусочке земли вокруг, но и вокруг всей нашей планеты и Луны, и далеко в космосе на колоссальном расстоянии отсюда. Я ясно видел, что мне понадобятся значительно большие силы, чем те, которыми я располагаю, а еще я прочел в паутине, что успех будет кое-чего стоить. И ценой ему будет смерть.