Хранители - Толкин Джон Рональд Руэл - Страница 143

Когда они поели, Арагорн созвал всех вокруг себя.

— День наконец настал, — сказал он, — день выбора, который мы так долго откладывали. Что теперь станет с нашим товариществом, которое так далеко прошло благодаря дружбе? Должны ли мы повернуть на запад с Боромиром и участвовать в войнах Гондора, или повернуть на восток к ужасу и тени, или должны мы разойтись и пойти разными путями? Что бы мы ни выбрали, это нужно делать скоро. Мы не можем долго оставаться здесь. Враг на восточном берегу, мы знаем, но боюсь, что орки могут быть и на этом берегу реки.

Наступило долгое молчание, никто не говорил и не двигался.

— Ну, Фродо, — сказал наконец Арагорн. — Боюсь, что ноша должна быть возложена на вас. Вы хранитель, избранный Советом. Только вы можете избрать свой путь. Здесь я не могу советовать вам. Я не Гэндальф, и хотя я устал играть его роль, я не знаю, что собирался он делать в этот час и были ли у него какие-либо планы. Очень вероятно, что если бы он был с нами, выбор все же принадлежал бы вам. Такова ваша судьба.

Фродо вначале ничего не говорил. Потом медленно начал:

— Я знаю, что нужно торопиться, но я не могу выбрать. Ноша тяжела. Дайте мне еще час, и я скажу. Оставьте меня одного.

Арагорн с жалостью посмотрел на него.

— Хорошо, Фродо, сын Дрого, — сказал он. — У вас будет час и вы будете один. Мы задержимся здесь на некоторое время. Но не уходите далеко, чтобы мы могли вас слышать.

Фродо мгновение сидел со склоненной головой. Сэм, который сосредоточенно смотрел на своего хозяина, покачал головой и пробормотал:

— Ясно как день, но не следует Сэму Скромби говорить сейчас.

Вскоре Фродо встал и пошел, и Сэм видел, что если остальные сидели неподвижно и не смотрели на него, то глаза Боромира неотрывно следовали за Фродо, пока он не скрылся из вида у подножья Амон Хена.

Идя бесцельно по лесу, Фродо обнаружил, что ноги несут его к склону холма. Он вышел на тропу, остатки древней дороги. На крутых местах были высечены ступени, но сейчас они обвалились и износились, их раскололи корни деревьев. Некоторое время он поднимался, не думая, что делает, пока не пришел на травянистую площадку. По кругу росли рябины, а в середине был широкий плоский камень. Маленькая лужайка открывалась на восток и была залита солнечным светом. Фродо остановился и посмотрел на реку далеко внизу под собой, на Тол Брандир и на птиц, кружившихся в воздухе между ним и островом. Доносился могучий голос Рауроса.

Он сел на камень и оперся подбородком о руку, глядя на восток, но ничего не видя. Все, что произошло после ухода Бильбо из Удела, проходило перед его глазами, и он вспоминал и обдумывал все, что мог вспомнить из слов Гэндальфа. Время проходило, а он все еще не приблизился к выбору.

Внезапно он очнулся от своих мыслей, его охватило странное чувство, что он не один, что чьи-то недружелюбные глаза устремлены на него. Он вскочил на ноги и повернулся, но, к своему удивлению, увидел Боромира, его улыбающееся лицо.

— Я боялся за вас, Фродо, — сказал он, подходя. — Если Арагорн прав и орки близко, никто из нас не должен оставаться в одиночестве, а вы меньше всех: от вас так много зависит. А у меня на сердце слишком тяжело. Могу ли я задержаться здесь и поговорить с вами, раз уж я нашел вас? И это успокоит меня. Когда собирается много людей, разговор превращается в бесконечные споры. В разговоре двоих легче найти мудрый выход.

— Вы добры, — ответил Фродо. — Но не думаю, чтобы чья-либо речь могла помочь мне. Я знаю, что должен делать, но просто боюсь этого, Боромир, боюсь.

Боромир стоял молча. Бесконечно ревел Раурос. Ветер шумел в ветвях деревьев. Фродо вздрогнул.

Неожиданно Боромир подошел и сел рядом с ним.

— Вы уверены, что не страдаете напрасно один? — спросил он. — Я хочу помочь вам. Вам необходим совет в вашем трудном выборе… Хотите выслушать мой совет?

— Я думаю, что знаю, какой совет вы мне дадите, Боромир, — сказал Фродо. — И он мне кажется мудрым, если бы не предупреждение моего сердца.

— Предупреждение? Предупреждение против чего? — резко спросил Боромир.

— Против отсрочки. Против пути, который кажется легче. Против отказа от ноши, возложенной на меня. Против — чего ж, я должен сказать и это, — против веры в силу и искренность людей.

— Но эта сила долго защищала вас в вашей маленькой стране, хоть вы и не знали этого.

— Я не сомневаюсь в достоинствах вашего народа. Но мир меняется. Стены Минас Тирита могут быть крепки, и все же они недостаточно крепки. Если они падут, что тогда?

— Мы все падем в битве. Но все еще есть надежда, что они не падут.

— Надежды нет, пока существует Кольцо, — возразил Фродо.

— Ах! Кольцо! — сказал Боромир, и глаза его блеснули. — Кольцо! Разве не странная судьба, что мы должны испытывать страх и сомнения из-за такой маленькой вещи? Такая маленькая вещь! И я видел ее лишь издали в доме Элронда. Нельзя ли взглянуть снова?

Фродо взглянул на него. В сердце его внезапно проник холод. Он уловил странный блеск в глазах Боромира, лицо которого оставалось дружеским и добрым.

— Лучше, чтобы оно лежало спрятанным, — сказал он.

— Как хотите, — сказал Боромир. — Но разве нельзя даже говорить о нем? Ибо вы думаете о его власти только в руках врага, о его злом использовании, а не добром. Мир меняется, говорите вы. Минас Тирит падет, если сохранится Кольцо. Но почему? Конечно, если кольцо будет у врага. А если оно у нас?

— Разве вы не были на Совете? — ответил Фродо. — Мы не можем использовать его: все, что оно делает, оборачивается злом.

Боромир встал и начал нетерпеливо расхаживать.

— Вот так все вы, — воскликнул он. — Элронд, Гэндальф — все они и научили вас говорить так. Для себя они, может, и правы. Эти эльфы, полуэльфы и колдуны, может, и доведут до беды. Но я часто сомневался, а действительно ли они мудры или только робки. Каждому свое. У людей правдивые сердца. Мы в Минас Тирите стойко прошли через годы испытаний. Мы не хотим власти повелителей-колдунов, мы хотим только силы, чтобы защищать себя. И смотрите! Случайность дает им в руки Кольцо Власти. И это беда, говорю я, беда для врагов Мордора. Безумие не использовать власть врага против него. Лишь бесстрашные и безжалостные добьются победы. Чего не сможет сделать воин в свой час, великий вождь?.. Чего не сможет сделать Арагорн? Или, если он откажется, почему не Боромир? Кольцо даст мне власть. Как погоню я врагов из Мордора, и все люди соберутся под мои знамена!