Выбор единорога (СИ) - Якубова Алия Мирфаисовна - Страница 4

– На самом деле, это Ева настояла. У нас не так часто бывают просто гости, без оборотнической политики.

– Это очень мило с ее стороны.

– Тебе, правда, понравилось? - Ева поставила на стол блюдо с жарким и испытующе посмотрела на меня.

– Конечно! Ты стала настоящей леди.

– Ну, это-то вряд ли, - усмехнулась девушка.

– Почему нет?

– Я прекрасно знаю, кто я есть, - и одна эта простая фраза заставила меня заметить, как повзрослела девушка.

– Ты самое дороге мне существо, - откликнулась Иветта, обнимая и целуя свою дари.

Мимолетная ласка, но я сразу заметила, как Ева тотчас расслабилась и чуть приникла к главной волчице. Да, прикосновения очень много значат для нас. А если любишь, то это просто физическая необходимость. Особенно если звери схожи. Бывало, я ловила себя на том же. Обычно, ты выбираешь за зверя, но порой и он выбирает за тебя. Вы едины.

Глава 4.

Мы приступили к ужину. Все было просто восхитительно. Иветта даже достала бутылку дорогого вина. К сожалению, я не могла оценить его по достоинству - не люблю алкоголь. Во-первых, чтобы на нас подействовало, доза должна быть лошадиной, а во-вторых, мне это "действие" очень не нравится. Став оборотнем, я напилась лишь один единственный раз. И то по необходимости. Так что вино было скорее для Андре.

Обстановка за столом царила очень дружеская. Во всяком случае, для меня. Еще бы! Рядом собрались самые близкие мне люди. Ладно, пусть не совсем люди. Это не меняет дела. Тут моя семья, которая во многом даже ближе, чем та, что является таковой по крови.

– Я рада наконец-то познакомиться с тобой поближе, - Иветта ослепительно улыбнулась Андре.

– Взаимно. К тому же мне всегда было любопытно, чем живет стая. Я много раз видел вас в бою или залечивающими раны, но почти никогда в мирное время. Разве что когда забирал Лео из-под вашего покровительства.

– Так распоряжалась судьба, - пожала печами главная волчица города. - Но я слышала, что ты тоже оборотень.

– Это так, - кивнул Андре. - Хотя мой… зверь куда более… редок. Из тех существ, которых считают мифическими. Единорог.

– Значит, ты такой с рождения?

– Да. Мы только по рождение передаем свои… способности. Другого способа нет. Еще и потому мы настолько редки. Возможно, я один из последних.

– Танат говорил, что это не так, - возразила я. - А уж кому лучше знать, как не Смерти. Уверена, ты еще встретишь себе подобных.

– Вот только есть ли в этом смысл? - ответил Андре. - Я уже давным-давно свыкся с настоящим положением вещей.

– Думаю, ты просто не знаешь, от чего отказываешься, - возразила Иветта. - Такого чувства единения никак иначе не достигнуть.

– И в чем же его преимущество? Мне просто интересно.

– Мы - стая, наша сила в единении. В беде, в опасности никто из нас не будет один. Лишь позовет - и мы придем на зов. К тому же мы как бы вне закона. Для людей мы не существуем, пусть так и остается. Но, вместе с тем, мы живем среди них. Поэтому бывают моменты, когда нужна помощь. Например, если попал в милицию, а скоро полнолуние, или ненароком привезли в больницу. Догадываешься, что будет, если исследуют нашу кровь и не только.

– Но ведь стаи гораздо древнее, чем эти современные проблемы, - возразил Андре.

– Ты прав, - кивнула Иветта. Мы уже закончили с ужином и перешли в гостиную, и теперь главная волчица сидела в кресле, а на подлокотнике примостилась Ева. Мы устроились рядом на диване. - Но стая - это еще и семья. Среди нас не так много урожденных оборотней. А новенькие должны знать, как жить вместе со зверем. А также, чтобы не чувствовать себя отверженными. Многие, изменившись, лишаются своего дома и приобретают его в стае.

При этих словах Ева сильнее прижалась к верволчице. Уж она-то знает по себе. Еве было четырнадцать, когда отец выгнал ее из дома, узнав, что та оборотень. Да еще недавно пытался вернуть, дабы "исправить", так что воспоминания очень свежи. Пришлось нам в довольно жесткой форме объяснить, что он не прав. Очень надеюсь, что после такого этот тип забудет сюда дорогу. Иначе… иначе придется использовать еще более кардинальные меры.

Понимая состояние Евы, Иветта приобняла ее и наградила поцелуем. Даже когда он закончился, рука главной волчицы осталась лежать на талии девушки в защищающем и немного собственническом жесте.

Глядя на них, Андре едва слышно хмыкнул. Это показалось мне странным, но выяснения я оставила на потом. А Иветта вновь обратилась к нему:

– Что-то мне подсказывает, что ты не так уж неосведомлен о возможностях стаи.

– Ты права. Я уже много лет варюсь в котле сверхъестественного и немало знаю обо всех разновидностях нежити. Кого-то больше, кого-то меньше. Конечно, лучше всего ведьм и волшебников, чуть хуже вампиров и оборотней, ну и остальных постольку поскольку.

– Сталкивался с вампирами? - усмехнулась я.

– Ну, не так, как ты. Это были не битвы, а деловые соглашения. К тому же так сложилось, что оборотни относятся к волшебникам намного хуже.

– Не надо было их так часто использовать на магические артефакты-ингридиенты, - хмыкнула Иветта. - Да и сейчас используете.

– Но теперь это в основном дело добровольное и хорошо оплачиваемое, - отметил Андре.

– А много вообще колдунов? - осторожно спросила Ева.

– Мы не настолько распространены, как вампиры или оборотни. Настоящих мастеров в Москве сотни две. Разных прихлебателей и природных дарований я не считаю.

– Каких природных дарований? - поинтересовалась я.

– Ну, всяких бабок-ведуней или гадалок. У таких магические силы микроскопические, да и развиваются однобоко, на бытовом уровне. Всяческие знахарки… Они имеют лишь смутные представления об истинной магии.

– А где учат истинной?

– Не в школах или таинственных академиях, - улыбнулся Андре. - Достигнув определенного уровня, маг может брать ученика или нескольких. Как правило, не больше трех одновременно.

– А почему нельзя сделать обучение централизованным? - уже мне стало любопытно.

– Магия не поддается усреднению. Каждый маг по-своему уникален. Вот ты, например, тоже маг, но я бы не смог тебя выучить с нуля, только преподать азы, чтобы ты не навредила себе и другим.

– Моя магия - это сила чистой стихии, - согласилась я. - Она не подчиняется общим законам. Но как же другие? Если вы кого-нибудь пропустите?

– Нет, исключено. Когда в человеке открывается дар, то он начинает как бы сиять для других магов. Этого нельзя не заметить.

– Это все хорошо, - хмыкнула Иветта. - Но почему самые сильные маги лишь частично люди? Сначала Триада, теперь вот ты.

– О, об этом много спорили, - усмехнулся Андре. - Сошлись на том, что те, в ком есть примесь нежити, более открыты иному.

– А в Курае тоже что-то намешано?

Курай - ученик Андре. Говорит, способный, хотя со странностями. Правда, у магов это, похоже, профессиональное.

– Не без того. Его дед был рожденным вампиром, который так и не прошел инициации.

– Я что-то подобное подозревала, - хмыкнула я.

– Хм, мне казалось, вы оставили размолвки.

– Одно другому не мешает.

– Кто бы сомневался! - хохотнул Андре. - Но что-то мы все не о том говорим.

– Наверное, ты прав, - согласилась Иветта. - Лео, как у тебя дела в клубе?

– Да помаленьку. Еще вот с почином можно поздравить.

– С каким именно?

– Познакомились с бравыми парнями-автоматчиками с Черномором, т.е. капитаном из отдела по борьбе с наркобизнесом.

– В каком смысле?

– Благо, не в самом близком. Мы обнаружили в клубе наркоторговца, вот и сдали куда положено.

– Ты мне об этом не говорила, - нахмурился Андре.

– Прости, не успела. Но вот что странно…

– Что? - спросили они хором.

– Эти бравы ребятушки появились почти одновременно с дилером.

– Значит, стукнул кто-то, - уверенно заключила Иветта. - Или подставить хотели.