Магия взгляда. Часть 1: Руни - Юрьева Ирина - Страница 33

Неожиданно Руни вздрогнула.

— Проклятый сон! — промелькнуло у нее в голове. — Рысь и Бер… Ну откуда, откуда эти странные образы? Ведь Серый Бер не похож на других зверей леса, он всегда сторонится и грозно рычит, скаля пасть, если встретит меня… Фетч, старинный обряд… Совершенно бессмысленный! Что он мне дал? Рысь и Бер в поединке на грани времен, на разломе эпох… Это бред!

Руни резко сжала руками виски.

— Я же просто схожу с ума! — промелькнула жуткая мысль.

В голове застучало. Испуганно сжавшись, она ожидала приступа боли, но все обошлось. Постепенно сознание вновь прояснилось.

— Мне нужно так поступить, я должна! Очень скоро я выйду к нему… Ради Свельд, так мечтавшей о жизни людей! Для ребенка, который родится и будет хранить Гальдорхейм! Для себя! Для себя самой… Я должна не бояться Судьбы… Мне не стоит оставаться в лесу, отпуская сестру… А моя страшная Сила… Возможно, именно люди помогут обуздать ее! — повторяла она, понимая, что новый путь будет нелегким, придется во многом ломать себя.

«Я сумею, я выдержу!” — говорила она, прогоняя незваную фразу, вдруг четко всплывшую в подсознании:

— Слушай свое сердце…

Откуда пришли к ней эти слова? И зачем?

Они вышли из леса через несколько дней. Руни, не желая расспрашивать местных крестьян, предложила идти через чащу, по следам спутников Орма. Обнаружить их было нетрудно, поскольку отряд был большим. Неподалеку от замка Победителя Бера сестры столкнулись с жителями деревни. Увидев девушек, они просто остолбенели, побросав все дела, а потом двинулись следом, желая хоть краешком глаза взглянуть, как же встретятся Белые Рыси и их господин.

Любопытство крестьян не доставило радости Руни, заставив пожалеть о содеянном. Всплеск эмоций толпы пробивался сквозь защитный барьер, неспособный выдержать их напор. Эта свита больше смущала, чем тешила самолюбие. Из последних сил закрываясь от чужих чувств, пробужденных их появлением, Руни старалась сделать вид, что ее не волнует столь бурный прием. Лишь присутствие Свельд заставляло продолжить тяжелый путь.

Сестра будто бы не замечала экзальтации местных крестьян. Скромно потупив взгляд и улыбаясь своим потаенным мыслям, Свельд совершенно свободно шла меж толпы. Руни вдруг показалось, что девушке даже приятно незваное общество. Волосы Свельд растрепались от ветра, бледные щеки нежно светились.

— Какая она сейчас милая! Как идет ей эта улыбка! — невольно подумала Руни. — Может быть, Победитель, увидев нас вместе, выберет именно Свельд?

Кажется, новость о появлении Рысей летела быстрее, чем они шли, потому что ворота высокого замка уже были распахнуты, а подъемный мост спущен. Поднявшись по нему, сестры вошли во двор.

Вирды столпились у стен, чтобы получше рассмотреть диких Рысей. В самом центре этой людской толпы стоял Орм. Даже не глядя, Руни сразу же ощутила присутствие человека, с которым свела ее жизнь. Солнце ярко светило, но почему-то она не могла рассмотреть его, а вернее, заставить себя это сделать. Смятение, неуверенность, страх перед новой Судьбой вдруг лишили ее зрения.

Инстинктивно она протянула руку к Свельд, ей хотелось, как раньше, воспринять Орма через нее, но впервые вместо ладони сестры Руни встретила пустоту. Восхищенно взирая на Победителя, Свельд позабыла про все, она просто не заметила этот отчаянный жест.

Все затаили дыхание, ожидая от Рыси Формулы Подчинения, означавшей ее окончательный выбор. Вопреки всем легендам, девушек было две, но мужчины не сомневались, что Орму ее принесет синеглазка. При всем удивительном сходстве Руни смотрелась намного ярче, эффектнее Свельд.

А кто будет избран второй лесной девушкой? Вирды не сводили с нее глаз и каждый мечтал, что Свельд скажет слова Формулы только ему. Но лесные сестры молчали, и люди вдруг ощутили неловкость. Желая разрушить ее, Орм шагнул вперед.

— Рысь, я счастлив видеть тебя! — обратился он к Руни. — Ты останешься в замке, и люди не обидят тебя!

Слова ободрения были встречены гулом восторга, но Руни вновь промолчала. Склонившись, Орм с гордой улыбкой сказал ей:

— Меня зовут Орм, Победитель Серого Бера.

— Я знаю, кто ты. А мое имя — Руни, — ответила девушка, постаравшись, чтобы голос не дрогнул.

Орм ждал продолжения, но она вновь замолчала. Тогда, улыбнувшись, он громко сказал ей:

— Войди же в мой замок!

И сестры скрылись за дверью одна за другой.

Толпа загудела, не в силах понять произошедшего.

— Где же знаменитая Формула? — изумленно спрашивал Фланн.

— Почему они обе вошли в один замок?

Но все замолчали, как только Орм поднял руку, желая заговорить.

— Успокойтесь! Они же лесные, дикие! Они просто не знают, как нужно вести себя! Скоро Белые Рыси поймут, что их ждет. Руни будет моей, а вторая изберет одного из вас, я не стану мешать ей. Пока же пусть все остается, как есть. Все согласны?

Толпа загудела, одобряя его, но, скорее, в силу привычки, поскольку нарушение древних традиций лесными Рысями сильно задело мужчин.

Глава 7

Свельд трепетала, входя за сестрой в замок Орма. Она понимала, что с прошлым покончено, их ожидает новая жизнь, о которой, как ей казалось, они грезили все это время. Теперь же, увидев служанок, она ощутила себя совершенно ничтожной. Ей стало неловко за старое, слишком короткое платье, за обувь из полосок коры, за прическу. Во взглядах прислужниц читалась насмешка. Нежданно в горле встал ком и, не в силах поднять глаз от пола, Свельд с трудом удержала незваные слезы стыда.

Свельд хотела здесь жить, но в мечтах ее замок был очень похож на большой деревенский дом, а служанки напоминали крестьянок, любовно звавших ее: “Наш Рысенок!” и угощавших парным молоком. “Как мы сможем здесь жить?” — промелькнула запоздалая мысль. Словно бы подтверждая сомнения Свельд, рядом вдруг раздалось: “Хороши…” В этом голосе было так много глухой неприязни, что девушка вздрогнула. Обернувшись, она тут же встретилась взглядом с пожилой женщиной.

Говорившей было за пятьдесят. Ее смуглая кожа казалась особенно темной на фоне уже поседевших, довольно коротких волос. Позолоченый обруч искусной чеканки, показавшийся Свельд золотым, очень плотно стягивал их. Машинально лесянка отметила тонкие губы, точеный нос с необычной горбинкой и резкий разлет узких черных бровей. Было трудно сказать, хороша ли она. (Даже в юности мрачный блеск глаз незнакомки больше пугал, чем притягивал.) Свельд, решив, что перед нею хозяйка этого замка, мать Орма, низко ей поклонилась. Изумленный взгляд женщины ясно сказал, что порыв неуместен, но Свельд продолжала испуганно ей улыбаться.

— Идите за мной, — очень властно велела им незнакомка. И, вновь поклонившись, Свельд ответила:

— Да, госпожа.

Очень скоро, пройдя коридор и поднявшись по узкой лестнице в башню, они оказались в проходной комнате, форма которой напомнила нижнюю залу для пиршеств. Восемь крепких дверей в стенах явно вели в помещения.

— В пятую, — остановившись, сухо сказала им провожатая. Было похоже, что дальше она не пойдет.

Свельд украдкой взглянула на Руни, и сердце вдруг сжалось от непонятной тревоги. Обычно Руни везде была первой, теперь же сестра замерла у стены, словно бы не решаясь идти. Гневный взгляд провожатой, недовольной нежданной заминкой, казалось, не волновал ее.

— Что такое? — опять повторила женщина.

Прислонившись к холодной стене и откинув голову, Руни в упор посмотрела на пожилую спутницу. В темно-синих глазах замерцал поток светлых искр.

— Зачем? Зачем она делает это?! — в испуге подумала Свельд. — Разве можно держаться так с госпожой?

И, желая смягчить немой вызов сестры, она быстро заговорила:

— Вы разрешите? Вы разрешите мне войти первой?