Магия взгляда. Часть 1: Руни - Юрьева Ирина - Страница 68

— Выпей, — сказала она.

Руни сделала это. Внимательно глядя в лицо сестры, Свельд со страхом признавалась себе, что не видит особенных перемен. Лишь дыхание Руни слегка участилось, и чуть посветлели глаза. А потом ее тело пронзила дрожь, и лесянка без чувств соскользнула на пол.

Свельд всерьез испугал этот обморок, ей на миг показалось, что сестра умерла. Но, склонившись к ней, Свельд облегченно вздохнула: биение сердца было отчетливым. Обморок Руни длился недолго, лесянка открыла глаза. Они стали другими: исчезло сияние искр, синеву поглотил темный мрак. В них как будто не было жизни.

Тем не менее, Руни покорно исполнила все, что сказала сестра. Платье было надето, волосы убраны, на лицо нанесен подобающий грим. Провожая ее к разноцветным носилкам у входа, Свельд вздохнула спокойно, поверив: во время обряда Руни ответит: “Да”.

Получив приглашение, Хейд очень долго не верил глазам. Человек Двора перечел его несколько раз, чтобы знать, не пригрезилось ли ему это.

— Оставить Бронвис ради дикарки? Не верю! Придется пойти и взглянуть, — думал Хейд, не сводя взгляд с красиво прорисованных букв.

В нужный час он был в Храме. Пришло очень мало гостей. Был Вальгерд вместе с Хлудом.

- А их-то кто звал?” — удивленно подумал Хейд.

Еще кое-кто из числа мелких вирдов в окружении свиты. А Норта не было!

— Чтобы Хранитель отсутствовал на торжестве? Плохой знак! — пронеслось в голове, когда Хейд убедился, что больше никто не придет.

Появление Орма и Руни вызвало шок. Эти двое казались лишь собственной тенью. Куда подевалась уверенность Орма в себе? Победитель вдруг чем-то напомнил мальчишку, который нарушил запрет. Фиолетовый бархат с отделкой из меха серого Бера похож был на маскарадный костюм.

— Хоть бы уж догадался одеться в черное! — подумал Хейд.

У него было чувство, что он не на свадьбе, а…

— Это начало конца! Не хватает лишь гроба, — мелькнуло в мозгу, когда Хейд устремил взгляд на Руни. В своем белом платье, расшитом розовым жемчугом, в алом плаще, отороченном мехом ласочек, эта лесянка напомнила статую.

Глядя на Руни, Хейд невольно поежился. Память воскресила легенду о мертвой невесте, которой в столице пугали повес. Белый призрак, восставший из гроба в поисках жертв…

— Неужели Орм просто ослеп? Как он может жениться на ней? — промелькнуло в мозгу.

И все сплетни об Эрле и Руни, о взрыве, о нынешней свадьбе вдруг стали единой картиной.

— Да, было время, когда, Орм, я ненавидел тебя, — думал Хейд. — Но такого тебе не желал! Убить брата, чтобы забрать его женщину… Каждый день видеть мертвый, потерянный взгляд, воскрешающий в памяти все совершенное… Жить с этим грузом… В ней, в Руни, твоя настоящая, самая страшная кара… Мне жаль тебя, Орм!

“Это проклятый брак! — утверждали потом между вирдов. — Нам был Знак Богов!” Едва Орм вместе с Руни и свитой вернулся в свой замок, ему в ноги бросился конюх, моля о прощении.

— Сжальтесь! Хотя бы в такой день!

Услышав, о чем идет речь, Победитель был потрясен. Пропал Фрейр! Знаменитый конь, породивший немало легенд в Гальдорхейме, взбесился. В то время, когда Орм был в Храме, конь в щепы разнес загородку в своем стойле, вышиб копытом засов, расшвырял набежавших конюших и скрылся в лесу.

— Мы искали его, где могли, но без толку! Фрейр просто исчез, растворился!

— Так значит, вы бросили Фрейра в лесу? Поискали для виду и тут же вернулись назад, полагая, что я вас прощу ради свадьбы?! — вспылил Орм.

— О нет, господин! Ваши слуги по-прежнему ищут коня! Но на высохшей хвое от дроммов нет даже следов!

— Всем немедленно в лес! Отыскать коня, где бы он ни был! — скомандовал Орм.

Обернувшись к жене, неподвижно стоявшей с ним рядом, он сказал:

— Я не думал, что все будет так! Мне придется на время покинуть тебя. Ты же знаешь, как важен для нас этот конь. Я вернусь… Я вернусь очень скоро, любовь моя!

Если Руни что-то и слышала, то не показала. Она как стояла, смотря в одну точку, так и осталась стоять. Не желая терять драгоценное время, Орм, в той же одежде, в которой был в Храме, рванулся к коню, подведенному слугами, чтобы ехать на поиски. Он собирался, подъехав к жене, вновь сказать что-то Руни, но лошадь дико всхрапнула и в ужасе ринулась прочь, чуть не сбросив его.

Вирды… Слуги… Невольницы… Все они замерли. Каждый из них еще помнил, как кони, собаки, бродячие кошки и птицы тянулись к лесянке, пришедшей к ним в замок. Но Орму было некогда думать над тем, что случилось. Ударив коня, он понесся к мосту через ров.

Орм уехал. Толпа не сводила глаз с Руни, однако лесянка, нежданно ставшая Орму супругой, как будто не видела их. Солнце било ей прямо в глаза, но она не пыталась ни сдвинуться с места, ни просто прикрыть их. Минуты текли…

— Она что же, так будет стоять здесь весь день, точно кукла? — спросил вслух один из прислужников, и по толпе пробежала странная дрожь.

Точно кукла! Они не забыли несчастных невольниц, сраженных какой-то болезнью, и ужас объял сердца всех. Неужели болезнь возродилась в лесной Белой Рыси, теперь ставшей их госпожой?

— Позовите Свельд, пусть она уведет ее, — раздался голос Эмбалы, и слуги поспешно исполнили этот приказ.

Возвратившись к себе, она долго ломала голову над произошедшим с лесянкой. Эмбала не сомневалась, что Сила угасших Потоков, к сожалению, здесь не при чем. “Перекресток” разрушен Выродком!

— Но она стала такой, как Траэль! Как другие ослушницы! — с тайным злорадством подумала Эмбала. — Это хорошая кара… Но как? Как возможно без Силы Потоков добиться такого эффекта?

— В лесянке сейчас нет души! Здесь одна оболочка… — отчетливо вдруг прозвучало в мозгу. — Расщепление тела и духа владеющих Силой смертельно опасно…

И, вздрогнув, Эмбала опять повторила: “Смертельно опасно… Вот только кому?”

…Ночной сумрак сгустился, и голод прогнал сон… Бесшумно скользнув из дупла, рысь застыла на ветке… Спустилась на землю и тенью скрылась в кустах. Рысь была молодая, в красивой желто-коричневой шкуре, покрытой темными пятнами… Просто дикая рысь! Голод… Жажда… Потребность движения… Радость охоты… Избыток сил… В ее жизни, лесной жизни дикого зверя, все было понятно и просто… До этой загадочной ночи, сломавшей ее!

…В тот момент инстинкт ясно сказал ей: “Опасность!” Но где? ЭТО рухнуло сверху, упало, как липкая сеть… И весь мир закружился, меняя свой цвет, запах, вкус… Вызывая неведомый страх… ЭТО не было хищником или добычей… Инстинкт внушал ей одно:

— Возвращайся! Скройся в темном дупле, где тебя не достанут враги!

К счастью, рысь не ушла далеко… Но взобраться на дерево было не просто, глаза застилал непонятный туман… Она даже забыла про голод! Красивое гибкое тело трясла незнакомая дрожь…

Оказавшись в дупле, рысь свернулась клубком. Это не был привычный сон кошки из леса. Как будто бы черная бездна втянула ее, гася память… О чем? Пробуждая… Что? Разум дикого зверя не в силах был это осмыслить, понять… Он мог лишь подчиниться тому, что нежданно ПРИШЛО и ВОШЛО!