Под Опалой, на Большой - Дмитриев Александр Николаевич - Страница 59

– Ой, привет! – Лариса рассчиталась с покупателем и, понимая, что дочка не могла прийти в магазин одна, посмотрела в сторону входа.

Улыбаясь, к ней приближался муж.

– Сережа, ты?..

– А как я мог не приехать? – Сергей через прилавок поцеловал жену. – Завтра же первое сентября.

– Так ты останешься?

– Конечно. Я послезавтра уеду.

– Здорово! – Лариса была счастлива. – Надо Ирину предупредить, а то я ее просила…

– Я уже позвонил.

Лариса засмеялась.

– А я попросила сменщицу, она завтра пораньше придет. Я дома буду в восемь. Линейка в девять, так что будьте готовы.

– Всегда готовы! – Сергей изобразил пионерский салют.

Со счастливыми улыбками, Сергей и Лариса смотрела друг на друга. Они очень соскучились врозь. Очень… Их глаза радостно светились. У людей этот свет называется любовью.

34

Часы в коридоре показывали десять минут девятого, когда Лариса, открыв дверь своим ключом, вошла в квартиру. Танюшка в это время умывалась, а Сергей в футболке, трико и тапочках на босу ногу суетился на кухне, готовя завтрак. Он выглянул из кухни на звук открываемой двери и, увидев жену, сказал:

– О, привет! Ты пришла?

– Вы только встали? – Лариса захлопнула дверь и, скинув туфли, прошла на кухню. Поставив два пакета, до отказа заполненных продуктами, на табурет, стала выкладывать на стол различные деликатесы.

Сергей подошел к жене и поцеловал ее в щеку.

– Куда столько?

– Так праздник же. – Под конец Лариса выставила на стол две бутылки водки и столько же сухого вина. – Все-таки дочь стала школьницей. Позовем Самойловых, Локтионовых и отпразднуем вечером.

– Согласен. Только Ирина одна. Андрей еще вчера на море уехал. Разве я тебе не сказал?

– Да? – Лариса задумчиво наморщила лоб. – Тогда водки я, наверное, многовато взяла.

– Ничего, не прокиснет, – улыбнулся Сергей, обнимая жену за плечи.

На кухню вошла Танюшка, умытая и причесанная.

– Привет, мамуль, – сказала она, подставляя щеку для поцелуя. – Пойдем, поможешь мне одеться. А то как бы я чего не перепутала.

– Пойдем, моя принцесса, – улыбнулась Лариса и, обращаясь к Сергею, попросила: – Сережа, убери это все пока в холодильник. Со школы придем, я займусь готовкой. Только сперва на дачу сбегаю.

– Могу и я сбегать, – предложил он.

– Нет, мне там еще кое-что нужно самой сделать, а ты будешь пока картошку чистить.

– Как прикажешь, – сказал Сергей, переставляя уже пожарившийся омлет с одной конфорки на другую и выключая плиту.

Лариса с дочкой отправились в детскую, а Сергей стал укладывать продукты в холодильник.

Этот день, первое сентября, выдался как на заказ – солнечным и безветренным. Даже в ранний час было настолько тепло, что не требовались ни куртки, ни плащи.

На пришкольном стадионе, где проходила линейка, собрался чуть ли не весь поселок. Красочное праздничное действо удалось на славу. Были и напутственная речь директора школы, и театрализованные представления, и первоклассница с большим серебряным колокольчиком на плече у одиннадцатиклассника, и море цветов, даримых учителям. Потом дети ушли в классы, а взрослые постепенно стали расходиться. У дверей школы оставались только родители первоклашек: у них сегодня уроков не было, и после знакомства с учителями и классного часа их отпустят.

В половине двенадцатого дружное семейство Беловых в великолепном настроении было уже дома.

– Ну ладно, мальчики-девочки. – Лариса уже переоделась в повседневную одежду. – Я на дачу, через часик буду. А вы пока приступайте к готовке. Сережа, картошки начисти побольше – на пюре и салат.

– Слушаюсь, мадам! – Сергей всем своим видом показывал, что готов приступить к выполнению задания. – Слушай, Ларка, Вадима с Ингой мы видели, а как Ирину позвать? Может, на завод к ней заскочишь?

– Ваши кони медленно скачут, – улыбнулась Лариса. – Я ей еще вчера с работы позвонила и пригласила. Она обещала пораньше отпроситься.

– Ну, ты у нас умница. – Сергей чмокнул жену. Лариса вышла из квартиры, а Сергей с Танюшкой направился на кухню.

Прошло не больше сорока минут, как Лариса, запыхавшаяся, ворвалась в квартиру. По ее бледному лицу и широко открытым глазам было видно, что она очень напугана.

– Сережа, там опять!.. – Она бросилась на шею вышедшему к ней навстречу мужу и зарыдала.

– В чем дело, малыш? – Сергей приобнял жену одной рукой, в другой он держал недочищенную луковицу.

– Медведь! – глотая слезы, сказала Лариса.

– Так. Ну-ка, пойдем. – Сергей повел Ларису на кухню.

Усадив жену на табурет и бросив луковицу в раковину, он вначале обратился к Танюшке, которая до этого крошила свежие огурцы для салата:

– Танечка, иди пока в комнату.

Девочка, чувствуя неладное, послушно положила ножик и вышла из кухни.

– Говори, что случилось? – спросил Сергей у Ларисы, присаживаясь на корточки и положив ей руки на колени.

– Выхожу из теплицы, а он на меня смотрит из-за забора.

Лариса все еще никак не могла прийти в себя. По-детски вытирая рукавом слезы, добавила:

– Сережа, этот медведь раненый. Как только он на меня не бросился!

Неужели еще одна напасть? Сергей никак не хотел расставаться с иллюзией победы над медведицей. Но холодок отчаяния уже проник в его сердце.

– Почему ты решила, что он раненый?

– У него один глаз выбит.

От этих слов у Сергея все оборвалось внутри. За два месяца надежда переросла в уверенность, и вдруг…

Это она. Одноглазая медведица, его рок, его судьба. Она жива, и она вызывает его на бой. Один на один. Он сам заварил эту кашу, и расхлебывать ее придется ему самому.

Сергей поднялся на ноги и взял жену под локоть.

– Пойдем-ка я тебя уложу. Во-первых, ты с ночи. Во-вторых… А во-вторых, все будет хорошо.

Он повел ее в зал, уговаривая, словно ребенка. Лариса, всхлипывая, послушно следовала за мужем.

– Сережа, ну надо же что-то делать! – говорила она. – Нужно опять в милицию.

– Сейчас я тебя уложу и схожу к Орлову.

Он усадил ее на тахту и начал медленно, аккуратно раздевать. Еще не оправившись от шока, Лариса сидела перед ним словно кукла, лишь изредка помогая ему снять с себя ту или иную вещь.

Уложив жену в постель, Сергей достал из "стенки" аптечку и нашел упаковку валерианки. Выдавив на ладонь два драже, он дал их Ларисе.

– Держи, выпей. Я сейчас воды принесу.

– Не надо. – Лариса взяла таблетки в рот и, запрокинув голову, проглотила.

– Успокойся и поспи пару часиков, – сказал Сергей, сидя на краю тахты. – А я сейчас схожу к участковому и все ему расскажу.

– Ты прямо сейчас иди, – попросила она. – Я сама успокоюсь. Все хорошо.

– Нет уж. – Он натянул на нее одеяло до самого подбородка. – Я подожду, пока ты уснешь.

Сергей не мог уйти, пока Лариса не заснула. Он поглаживал ее по волосам, зная, как она это любит. Лариса закрыла глаза, и вскоре усталость и нервное состояние взяли свое. Он понял, что она заснула.

Сергей посидел рядом с женой еще минут пять. Затем осторожно вынул из-под тахты чехол с карабином. Ящик с боеприпасами выдвигать было не нужно. Он знал, что в чехле лежат два заряженных магазина. Практически беззвучно он вышел в коридор. Положил чехол с ружьем на пуфик около двери. Вернулся в зал. Предательски скрипнула на петлях открываемая дверца шкафа в "стенке". Обернувшись через плечо, Сергей посмотрел на Ларису. Та по-прежнему спала. Он достал камуфляж и даже не стал закрывать дверцу, чтобы опять не раздался скрип петель. Лариса должна спать. Она не должна ничего видеть.

Переодевшись на кухне, Сергей прошел в детскую. Там Танюшка, сидя за письменным столом, рассматривала картинки в букваре.

– Танюша, – сказал Сергей, – мама спит. Ты потихоньку пока занимайся своими делами. Не разбуди ее. Я через часок приду, и мы с тобой дальше работать будем. А мама пусть пока отдохнет.