Рассадник добра - Дмитриева Светлана - Страница 108

И она предпочла поверить. Выяснять что-то было лень, она засыпала, и просыпаться для того, чтобы поговорить с некромантом на какую-то незначительную тему, ей не хотелось. Откровенно говоря, она уже забыла, о чем спрашивала его. Спать ей ничто не мешало. Откинувшись на спинку кресла, она закрыла глаза. В воздухе пахло чем-то сладким и приятным.

— Начнем. — сказал мессир Вилигарк, и кабинет его осветился мертвенным зеленоватым светом.

Чья-то рогатая тень промелькнула в дальнем углу. Краем глаза некромант заметил ее, поморщился и сделал резкое движение, словно убивал муху. Беззвучный, но яркий белый взрыв полыхнул там, где только что была тень.

— Ушаст херонов, — пробормотал он недовольно.

Соглядатаи подземного Владыки в последнее время проявляли к нему повышенное внимание и старались присутствовать на всех ритуалах, которые он проводил. Не к добру это, точно не к добру. Как правило, те, кто вызывает у Херона повышенный интерес, довольно быстро переходят под его опеку. Смерть Вилигарка пока не устраивала.

Тщательно создав в голове образ глупой, наглой и бездарной девчонки, некромант обозвал его Машкой и аккуратно предложил спящей прислуге это свое представление. Машка всхрапнула и, не открывая глаз, подскочила в кресле. Пробормотала что-то неразборчивое, но явно ругательное. Магический щит вокруг пояса Вилигарка побледнел и пошел помехами. Некромант предусмотрительно отошел подальше за лабораторный стол, и принялся наблюдать, как наливаются ярким зеленым светом наручники на запястьях девчонки и как оживают подлокотники, за которые он когда-то отдал перекупщику три тысячи резов. Правда, как и подобает хорошему некроманту, вскоре он забрал их обратно — вместе с душой незадачливого спекулянта, но суть не в этом. На три тысячи резов даже в столице, известной своими заоблачными ценами, можно было купить хороший дом с садом, но перекупщик клялся, что подлокотники Отъема Энергии сделаны руками легендарных тэкацу, а потому бесценны. Сейчас Вилигарк был уверен, что глупый торговец не солгал ему. Никем другим не могла быть сделана столь хорошо работающая вещь, как его подлокотники. Кого бы он ни усаживал в это кресло, результат был один: любой магический предмет, подключенный к креслу, отлично подзаряжался, а тот, кто сидел в кресле, не замечал, что с ним происходит что-то необычное. После сеанса, если «батарейка», конечно, оставалась в живых, она была уверена, что усталость ее имеет совершенно естественные причины. Даже коллеги, люди подозрительные и недоверчивые, как положено некромантам, не почуяли ничего необычного. Куда там Машке, глупенькой и, кажется, немного сумасшедшей девочке, мечтающей стать магичкой, что-то заподозрить!

Реторта зарядилась уже почти полностью, а лицо девочки стало совсем бледным, когда зеленоватый свет в лаборатории сменился на агрессивно-белый. Губы Машки изгибались в улыбке — вероятно, ей снилось что-то приятное, — но цвета были уже не естественно-розового, а мертвенного, синеватого. Пальцы перестали отбивать дробь на подлокотниках. Сердце некроманта пропустило один удар. Вилигарк к этому был привычен: некоторые ритуалы требовали, чтобы сердце мага на некоторое время замирало. Но сейчас он попросту испугался. Кресло, в котором Машка сидела, окуталось облаком густого розового тумана. Лицо девочки просматривалось сквозь него еле-еле. Происходило что-то, чему в планах Вилигарка места не было.

— Странно, — пробормотал он. — Неужели я ошибся?

Уверенность его таяла. Но ведь проверка показала, что его новая прислуга — стопроцентный человек, не обладающий магическими способностями и силой даже в следовых количествах. Неужели в ней проявилось что-то, чего он не заметил или чему не придал значения? Горло некроманта сдавило, как бывает иногда при проведении опасных магических экспериментов, а перед глазами замелькали радужные разводы. В одно мгновение перед мысленным взором Вилигарка пронеслась вся его жизнь. Он явственно увидел детство, первый опыт оживления дохлого крыза, пробный вызов суккуба, защиту диплома и прочие знаменательные события. Он вспомнил даже, куда вчера положил носки, которые безрезультатно искал сегодня утром. И приготовился к Вечной Тьме, которая неминуемо ожидает в конце пути всякого некроманта.

— Мама... — слабо пробормотала Машка, не открывая глаз.

Тьма медлила.

— Папа, — добавила она, помолчав.

Тьма все еще не спешила забрать своего слугу.

— Позвоните ноль-два, — совсем уж непонятно, тихо, но четко сказала Машка, все еще не приходя в сознание.

В этот момент лаборатория Вилигарка осветилась и освятилась, ибо в самом центре этой мрачной залы в сопровождении двух накачанных недружелюбных духов из числа небесных появился бог. Его красивое породистое лицо, изящество черт которого ненавязчиво подчеркивали светлые локоны, было гневным и решительным. Божественную сущность гостя удостоверяли яркое розовое сияние и сильный запах ванили, свойственные всем Светлым богам. Вилигарк сглотнул и принял самую высокомерную позу, которую только смог выдумать. Гость не принадлежал к числу его покровителей, и некромант не был ничем ему обязан. Визит этот мог говорить только об одном: некромант вмешался в планы другой стороны.

— Чему обязан? — холодно и вежливо спросил Вилигарк.

— Готовься к смерти, ничтожный! — проревел один из духов-мордоворотов.

— Повременим с этим, — проронил, нахмурившись, бог и возложил тонкую руку ему на плечо.

Под тяжестью божественного могущества дух присел, но торжественности и пафоса во взгляде его ничуть не убавилось. Впрочем, духам-сопровождающим, не имеющим самостоятельного значения, это частенько свойственно.

— Я Разумец. Бог, — кратко представился незваный гость. — Твое имя и сфера деятельности мне известны. Можешь не утруждать себя попытками связаться с тем, кто дарует тебе силу. Он не ответит.

Вилигарк, пойманный на горячем, удивленно воззрился на собеседника. Тот был прав. Владыка могильных червей и плесени, господин ночи Херон не обращал на мысленный зов своего мага ни малейшего внимания, словно и не было никакого обряда заключения договора между Темными Силами и Вилигарком сразу после защиты им диплома по прикладной некромантии.

— Почему? — растерянно спросил он.

— Он подарил тебя мне, — доходчиво объяснил Разумец. — На день поминовения усопших.

— А вы разве... усопли? — опешил некромант.

— Это не имеет значения, — отрезал бог. — Праздник есть праздник.

— Ну, кому праздник, а кому и похороны, — пробормотал Вилигарк, пытаясь смириться с предательством своего покровителя.

— Кому похороны, а кому и праздник, — отозвался Разумец. Боги вообще обладают острым слухом, иногда даже более острым, чем следовало бы. — У меня есть к тебе деловое предложение, человек.

Вилигарк воспрянул духом. Вопреки его опасениям Разумец не собирался прямо сейчас забирать свой подарок. Насовсем. Он предлагал договориться, а значит, Вилигарк с его опытом обмана мог попробовать обыграть Светлого бога.

— Я вас слушаю, — вежливо, но без угодливости сказал некромант, старательно балансируя на грани между дружелюбием и подхалимажем.

— Решил показать, что собираешься сотрудничать добровольно? — проницательно заметил бог. — Когда ты узнаешь, что я намерен тебе предложить, твое желание станет намного более искренним. Я предлагаю тебе жизнь.

— Благодарю, — разочарованно буркнул Вилигарк. Вообще-то он рассчитывал на что-нибудь более солидное. Жизнь у него и так пока что есть.

— Не спеши, — посоветовал Разумец, широко улыбаясь. Зубы у него были неестественно белые, идеальные, как и кожа. Совершенство — атрибут Светлых богов. — Эта девочка, Маша, которая служит у тебя, входит в сферу моих интересов. Ты будешь заботиться о ней, пока это возможно. Если будет нужно, ты отдашь за нее жизнь, которую я дарю тебе. Ты будешь наказан за то, что пытался сделать с ней. Ты отдашь ей половину своей крови.

— Но господин! — испугался Вилигарк. — Кровь — это моя жизнь, мое могущество, мои знания и сила!