Источник магии - Пирс Энтони - Страница 40

40

— Но ведь талант Кромби указал на...

— А, это... Тут, конечно, что-то есть. Но то — неосознанное желание.

— Пусть так! — сказал Бинк. До сих пор ему не приходило в голову, что у великанов могут быть неосознанные желания. — Расскажи нам, в чем тут дело, прежде чем уйдешь.

— Он хотел бы знать: жениться ему или нет.

Великан что-то проревел.

— Уж очень я узнать стремлюсь, что будет, коли я женюсь, — отчеканил голем.

— О, это уже интересно, — улыбнулся Бьюрегард. — Голем, отрабатывающий плату за Ответ, который он не в состоянии понять.

— Кто способен понять смысл Ответа из единственного слова? — спросил голем.

— Только реальное существо, — ответил Бьюрегард.

— В том-то и дело. А ведь он не реальный, — вздохнул Банк. — Он хотел узнать, как стать реальным.

Бьюрегард повернулся к кентавру.

— А ты хочешь узнать свой талант! Конечно, я могу тебе про него сказать. Но тогда тебе придется расплачиваться со мной, а никому из нас этого не хочется.

— Почему бы тебе просто не ответить на Вопрос великана и не уйти? — спросил Бинк, не очень-то доверяя много знающему и освобожденному демону.

— Я не могу сделать этого прямо, Бинк. Я — демон, и ваш хозяин не сможет принять мой ответ, каким бы рациональным тот ни оказался. Он — столь же иррациональное существо, как и ты. И ответить ему должен ты!

— Я?.. Но ведь я... — Бинк был настолько удивлен, что не нашел слов продолжить. Да и не хотелось ему распространяться о собственных проблемах, связанных с женой.

— Я имел в виду вас всех, — снисходительно поясню Бьюрегард. — Ты, Честер и Кромби должны обсудить свои отношения с соответствующими особами противоположного пола. И ваше общее решение даст великану тот ответ, в котором он нуждается. — Бьюрегард немного подумал. — Пожалуй, только в таком случае мой собственный комментарий может оказаться уместным. — И он уселся на солому между ними.

Наступила тишина.

— Э-э-э... как вы... то есть, где сейчас... гм, великанша, о которой ты мечтаешь? — Этот неуклюжий вопрос Бинка был адресован Хрупу.

Великан разразился целой речью, состоявшей из рычания, пыхтения, сопения и фырканья; при этом он часто скалил желтые зубы. Голем, призванный служить переводчиком, не упустил шанса блеснуть своим мастерством и принялся шпарить...

Одним прелестным унылым утром, гроза была уже потом, бродил я далеко, оставив этот дом. На душе моей была полная благодать, и искал я лишь, чего бы пожрать. Никого не видел я вдали от дома — ни дракона, ни монстра, ни даже гнома. Вошел я в огромный лес, деревья там — до небес. Так густо они росли, что пешком я не мог пройти. И вдруг — расщелина у меня на пути, с никельпедами и другой вкуснятиной, да с болотом, полным разной тухлятины. В расщелине той замок укрыт над ним, вместо флага, саван висит. Ветер приятно завывает, зовет в гости; в стенах вместо бревен — огромные кости. У входа дрыхнет дракончик-приятель сторожит то, от чего меня чуть не хватил кондратий: фонтан из крови бьет и вокруг него ручьями течет. Я на него смотрел-смотрел пока совсем не обалдел. Слюнки так потекли, что залили мне башмаки. Но я знал, что чарам не бывать, едва войду и стану жрать. Захотел я узнать, какие еще сокровища предложит мне замок героя-чудовища. И в центре его, на грязном мешке прелестная великанша в гамаке. С волосами, как крапива, с кожей, как каша, которую уже разок съели; а увидев ее лицо, даже зомби бы покраснели. Изо рта ее тухлятиной разило да так, что аж меня поразило. Думал, сейчас стошнит, словно в брюхе — глиста. Так меня поразила ее красота. Я ей — кулаком, чтоб не смогла подняться; это наш великанский способ в любви признаваться. Потом схватил ее за левую ногу и поволок на дорогу. Тут послышались шум и бряк значит, проснулись гоблин, тролль и зеленый мандрак. Они отпраздновали союз героя с красоткой, швыряя в меня тухлятиной и работая плеткой. Но по дороге они запустили заклинание, разбудившее злых демонов в месте их обитания. Они погрузили замок в сон на целый век этим гадам все едино: великан ты или человек. Такой силы произнесли они заклинание, что пришлось нам бежать, чтобы не лишиться сознания. Я начал по лесу метаться, но не смог от заклинания оторваться. Оно неслось за нами след в след, и я закричал, что я — не людоед. Тогда оно решило, что людоеды смылись, и так бабахнуло, что деревья чуть не повалились. Теперь я не грызу кости — боюсь: демоны из озера заявятся ко мне в гости. Напустят еще одно заклинание, навлекут на меня новые страдания. Красавица лежит в лесу оглушенная, замужества лишенная. Но одно вынуждает меня колебаться: может, не стоило ей в любви признаваться? И вот что хочу теперь узнать: принести ее домой, или там оставить спать?

Выслушав этот замечательный рассказ, все долго сидели молча. Наконец Кромби каркнул.

— То были удивительные приключения и трогательная любовная история, — добросовестно перевел Гранди. — Оценивая же достоинства вашей дамы, я, на основании собственного опыта, могу лишь сказать, что все женщины — порождение ада. И главное их предназначение в жизни — обольщать, заманивать в ловушку и унижать мужчин. Следовательно...

Великан заревел, обрывая карканье грифона.

— Хо-хо-хо, хо-хо-хо! — старался Гранди. — Я принесу ее немедленно!