Владычица Ночи: Дитя Смерти - Якубова Алия Мирфаисовна - Страница 2

– Вы рано вернулись, – отметила Танис.

– Так получилось, – пожала плечами Менестрес. – Я буду у себя. Не беспокойте меня, пожалуйста, – и она просто растворилась, в следующий миг оказавшись наверху лестницы, и скрылась в коридоре.

– Мне кажется, или она чем-то взволнована? – спросила Танис, ни к кому конкретно не обращаясь.

– Да она сама на себя не похожа сегодня! – сокрушенно воскликнул Антуан.

– Возможно, – пожал плечами Димьен. – В конце-концов, что бы там ни было, она справится.

– А если нет? – не желал униматься Антуан. – Может, нужна наша помощь?

– Послушай, – Димьен говорил очень спокойно, как отец с неразумным дитем. – Я знаю, как сильно ты ее любишь, и именно поэтому ты забываешь, что она – наша королева, оплот наш. И если она с чем-то не может справиться, то никто не сможет.

– Но…

– Если она сказала, чтобы ее не беспокоили, так и должно быть.

Антуан посмотрел на Танис, но и у нее не нашел поддержки. Тогда, тяжело вздохнув, он решил просто уйти. Наверное, самое разумное решение.

Глядя ему вслед, Димьен покачал головой, а Танис сказала:

– Порой любовь закрывает глаза на очевидные вещи. И все-таки Антуан ее выбор, и выбор достойный. Он ведь Черный Принц.

– Да, но он слишком молод. И воспоминания о второй человеческой жизни еще не до конца оставили его. Поэтому ему порой трудно понять Менестрес.

– Возраст это ерунда, – не согласилась Танис. – Все королевы были намного старше своих избранников.

– Я знаю. Но Антуану еще предстоит постичь смысл этого. Надеюсь то, что они предназначены друг другу, облегчит задачу.

– Кстати, о разнице в возрасте, – вспомнила Танис. – Сильвия спрашивала о тебе.

– Правда? – Димьен встрепенулся, и тут же потупился, словно устыдился собственных чувств.

– Что ты спрашиваешь? Ведь ты бы почувствовал ложь, – фыркнула вампирша. – Она в гостиной возле своей комнаты.

– Да-да, – Димьена как ветром сдуло.

– Он еще об Антуане рассуждает! – усмехнулась Танис.

Сильвия была приемной дочерью Менестрес, и единственным человеком в этом доме. Сейчас ей двадцать лет, хотя вампирша удочерила ее, когда Сильвия была совсем маленькой девочкой. На глазах Менестрес она выросла в красивую девушку. Ее родиной являлась Италия, поэтому нет ничего странного в ее смуглой коже, карих глазах и черных вьющихся волосах. Сильвия стройная, невысокого роста, а ее лицо – это лицо ангела. К этому еще следует прибавить скромный, покладистый нрав и доброту. И Димьен, и сама Менестрес не раз с ужасом задумывались о том, что могло статься с этой девушкой, не встреться они тогда, как могла покалечить ее жизнь.

Но сейчас Сильвия была вполне счастлива. Она получила блестящее образование, у нее было все, что можно пожелать, а главное – любящая семья, пусть и не имеющая с ней кровного родства. Менестрес никогда не скрывала от нее этого факта, равно как и то, кем они являются на самом деле.

Воспитанница королевы вампиров сидела, забравшись с ногами в кресло, и что-то увлеченно читала. Книги всегда были ее страстью. Но стоило Димьену войти в комнату, как книжка тотчас оказалась забыта. Сильвия не встала, а просто слетела с кресла и кинулась к вампиру. Но, буквально в паре шагов, замерла в нерешительности. Тогда Димьен сам пошел ей навстречу, нежно обняв. И очень осторожно. Для существа, которое может голыми руками смять автомобиль в гармошку, это оправдано.

– Я думал, ты уже спишь.

– Отоспаться я могу и днем, – улыбнулась Сильвия. – Я хочу с тобой побыть.

Вампир довольно рассмеялся, подхватив девушку на руки, и поцеловал ее в уголок губ. Сильвия обняла его за шею и положила голову на плечо.

– Ты совсем-совсем не хочешь спать? – поинтересовался Димьен с лукавой улыбкой.

– Совсем-совсем, – замотала головой девушка.

– Что ж… тогда могу предложить ночную прогулку по Парижу.

– Правда? – глаза Сильвии загорелись. – Здорово!

– Тогда идем.

Они отправились, подхваченные летним порывом ветра. Димьен решил устроить чисто вампирскую прогулку, воспользовавшись умением летать. Так что Сильвия путешествовала в его крепких и надежных объятьях.

Димьен уже и не помнил, когда именно понял, что любит это хрупкое создание в его руках. Как-то так вышло, что он перестал видеть в Сильвии только приемную дочь, его чувства стали намного глубже. Хотя он до последнего боролся с ними, прятал даже от самого себя. Возможно, он и не раскрыл бы их, если бы его мягко не подтолкнула Менестрес, которой, казалось, известно все на свете. И Димьен был благодарен ей за это. Ибо сам он всегда чтил долг превыше чувств.

Что до Антуана, то он тщетно пытался найти себе занятие, не думать о Менестрес хотя бы минуту, но у него не получалось. В конце-концов он поймал себя на том, что ходит по комнате кругами, как тигр в клетке. Антуан просто не понимал, что произошло, почему его возлюбленная вдруг так замкнулась.

Наконец, он не выдержал, вышел из комнаты, и ноги сами понесли его к кабинету. Антуан остановился возле нее, когда услышал приглушенные толстым деревом голоса. Вернее один голос – голос Менестрес. Он был тих и ровен, и все же красной нитью пробегало беспокойство.

– Значит, снова… – вздохнула за дверью королева вампиров. Пауза, словно кто-то ей ответил, но Антуан ничего не слышал, как ни напрягал слух, а ведь он бы с последнего этажа услышал, как на первом булавка упала. И снова голос Менестрес, – Печать волнуется. Возможно, будут побочные эффекты, которых мы не ожидали, – опять тишина в ответ, после которой, – Хорошо, постараюсь все разузнать и действовать сообразно обстоятельствам. Ты же знаешь, мои чувства так же сильны, как твои.

Тут уж Антуан не стерпел, попытался войти. Но только его рука коснулась дверной ручки, как тотчас перед его глазами произошло вспышка света, его отбросило к стене, и Антуан ясно услышал в своей голове:

– Я же просила меня не беспокоить. Имей терпенье!

Антуан не стал более искушать судьбу, но это не уменьшило его подозрений. В конце-концов ему стало просто интересно, с кем могла общаться Менестрес при закрытых дверях, если это не Танис, не Димьен, не Сильвия и не он сам, а в их замке больше никто и не жил. И этот разговор… Он показался Антуану более чем странным, особенно если учесть, что он не чувствовал ничьего другого присутствия, кроме самой Менестрес. А если она общалась с кем-то телепатически, то зачем говорить вслух?

Вопросы сыпались на бедную голову Антуана один за другим, как из рога изобилия, доставляя настоящие мучения. Он сам от себя подобного не ожидал. Изводить себя попусту – это не в его правилах. Да вот поди ж ты.

Антуан вернулся к прерванному занятию – хождению кругами по комнате. Неизвестно сколько бы это продолжалось, если бы Менестрес не вышла из своего добровольного заточения и не пришла в их комнаты. Она на ходу расстегивала блузку, желая переодеться. Подобное зрелище было уже выше сил Анутана. Он готов был не выпускать ее из своих объятий ни на секунду.

Когда его руки легли ей на плечи, Менестрес с улыбкой обернулась и сказала:

– Надеюсь, тебя не шибко сильно шарахнуло силой?

– Жив, как видишь. Но к чему такие сверхсерьезные меры?

– Так было нужно.

– Кому? – Антуан нахмурился.

– Мне, – просто ответила королева вампиров.

– Но что случилось?

– Ничего. Пока ничего, – Менестрес устало опустила ресницы.

– Тогда что тебя так растревожило? Я слышал голоса, с кем ты разговаривала?

Менестрес вздохнула, мимолетным жестом проведя по шелку волос Анутана, взяла его лицо в лодочки своих ладоней и, легонько поцеловав его губы, сказала:

– Я люблю тебя, Антуан, как никого и никогда не любила. Ты мой избранник, мой Черный Принц. Но есть и наверное будут вещи, которые тебе нужно просто принять как данность. Иначе никак. Возможно, настанет время, когда я расскажу. Но я ничего не обещаю. Есть тайны, которые я не в праве разглашать никому, кроме своей наследницы. Я не обычный человек, и даже не обычный вампир.