Владычица Ночи: Дитя Смерти - Якубова Алия Мирфаисовна - Страница 49

– Но… зачем?

– Она должна преисполниться отвращением к себе, к своей сути. Пусть принесет себя в жертву, да ради благородной цели. Она должна сама пронзить себя Косой Смерти.

– Сама?

– Пойми, Габриель, если она так поступит – то жертвы будут сведены к минимуму. Иначе нам придется самим убить ее. Но тогда это может повлечь полномасштабную войну на Земле и Небесах. Эта королева вампиров так просто не успокоиться. И она может перетянуть на свою сторону Смерть.

– Но разве ему не запрещено вступать в какие бы то ни было конфликты?

От этого вопроса голос в голове Габриеля ненадолго замолчал, потом нехотя проговорил:

– Наши законы не распространяются на Смерть. Он просто принимает их к сведению. Живет же по другим правилам, которые, возможно, придумал себе сам.

Архангел был сбит с толку.

– Разве такое возможно?

– Как ни прискорбно, но он старше всех нас. Смерть – ровесник всего сущего. Возможно только Время старше его. К тому же не стоит забывать о пророчестве. Когда три Косы Смерти сойдутся вместе…

Голос глубокомысленно затих, предоставляя архангелу додумать, что же будет. Тот не страдал отсутствием воображения и судорожно сглотнул.

– Она должна умереть! – продолжил голос. – Ради блага всего мира.

– Но не проще ли принести в жертву эту вампиршу? – архангел, едва произнеся это, тут же стушевался и добавил. – Простите. Я знаю, она же, в некотором роде, наша сестра.

– Дело даже не в этом, Габриель. Первейшая из этих вампиров была Несущей Свет, и одной из сильнейших. И своей попыткой мы можем… разбудить всю эту полузабытую уже силу. К тому же сила королевы вампиров стабильна. А вот эта девушка… она действительно угроза. И серьезная.

– Я понимаю.

– И ты уяснил, что должен делать?

– Да.

– И не сомневайся в себе. Да, подобное не шибко в нашей природе, но мы должны, обязаны это сделать ради всеобщего блага. Подумай, что будет, если она перейдет на сторону тьмы. Да она уже почти перешла!

– Я все исполню. Спасибо.

– Если что, зови на помощь братьев.

Обронив эту фразу, голос покинул голову архангела.

Глава 38.

Шерри так и не возвратилась в замок Шемро этой ночью. Менестрес поняла, что у девушки все хорошо, и была очень рада за нее. Дочь Смерти смогла принять Мюриэль такой, какая она есть, и королева очень надеялась, что Шерри не изменит своего мнения, когда пройдет очарование момента.

Но сейчас имелись куда более насущные проблемы. Слишком многое угрожало самой жизни Шерри, чтобы отвлекаться на что-то еще. Опыт подсказывал королеве, что дочь Смерти так просто не оставят. И необходимо как-то разрешать ситуацию. Нужно посоветоваться с Танатом!

Видимо, последнюю фразу она произнесла вслух, так как Антуан, который сидел в кресле напротив и старался не мешать ее мыслям, встрепенулся и спросил:

– Что?

– Мне нужно поговорить с Танатом, – ответила Менестрес, выстукивая пальцами причудливую дробь.

– Всегда к вашим услугам, Менестрес.

Танат в своей излюбленной манере соткался из пустоты посреди кабинета и отвесил вампирше галантный поклон. Не менее учтиво он кивнул Антуану со словами:

– Добрый вечер, молодой человек.

Так к Антуану уже столетия не обращались. Но с другой стороны, Танату ведь сотни тысяч лет. Хотя внешне он казался максимум лет на пять старше самого Антуана.

– Посланник следит за вашей дочерью, Танат, – без обиняков начала Менестрес.

– Я знаю, – голос Смерти прозвучал устало. Сам он устроился в последнем пустующем кресле. – Его… присутствие порой очень сложно не заметить.

– Боюсь, их намеренья не так чисты, как они сами любят утверждать.

– Я имел "удовольствие" лично выслушать их аргументы, согласно которым моя дочь не должна существовать.

– Им удалось разыскать вас? – удивилась Менестрес.

– Сейчас это нетрудно, так как у меня… отпуск. Сто лет я могу провести на Земле в смертном теле. Относительно смертном, конечно. Так что архангел пришел ко мне домой.

– Он осмелился?

– О, порой они могут доходить до края фанатизма, – вздохнул Танат. – Их сильно переполошило пророчество, а точнее непосредственная возможность его исполнения.

– Порой мне кажется, что нынешние хранители как малые дети.

– Молодых богов пугает конец, так было всегда. Но нынешние хранители планеты, похоже, забыли, что так было всегда, – философски ответил Танат. – Раньше богов было много, они сражались между собой, неотступно присутствовали на Земле. У этого имелись и плюсы, и минусы. И они тоже знали о пророчествах, вызывающих конец их власти. Все они ждали своего Рогнарека, и он произошел. Старые боги ушли. Не скажу, что никто не боролся, но ушли достойно. Теперешние еще слишком молоды, к тому же их гораздо, гораздо меньше.

– Мне кажется, или они боятся ухода?

– Многие да, – согласился Танат. – И словно в отместку они создали для людей возможность апокалипсиса.

– Да, я читала их пророчество на этот счет. Четыре всадника, семь печатей… Но, похоже, они так и не поняли, что человечество на этой Земле уже давно. Сотни тысяч лет. И на протяжении этого времени случались всяческие катаклизмы. Они выжили тогда и выживут теперь. Ну да, возможно, видоизменятся. Но это не страшно.

– В том-то и дело. На самом деле, – задумчиво проговорил Танат, – мне кажется, они начали понимать хрупкость своего замысла, поэтому и приплели туда мою дочь.

– Зачем им это? Чтобы бояться всем вместе что ли? – Антуан впервые вступил в разговор.

– Скорее, чтобы убедить, что без них человечеству не выжить, – ответил Танат. – Но это в итоге может против них и сыграть.

– Танат, а что ты сам думаешь о пророчестве? – осторожно поинтересовалась Менестрес.

– Оно существует много тысяч лет, как и другие, подобные ему. И, несомненно, в нем есть разумное ядро. Но пророчество – это не догмат. Оно просто отражает одно из множества возможных развитий событий. Будущее не предопределено и имеет множество возможных продолжений. Сотни, а то и тысячи нитей расходятся от одного конкретного промежутка времени.

Да, вот уже более пяти тысяч лет существуют три отражения Косы Смерти, и каждое из них обладает практически одинаковыми свойствами. Если одновременно выпустить силу всех трех, то получится волна огромной мощи, действительно, способная просто в пыль превратить эту планету. Но не стоит забывать, что и одна Коса может уничтожить все живое.

– Но, если рассуждать логически, чтобы пойти на это объединение, мы все трое должны полностью высвободить свои силы.

– Вот именно. И если от моей дочери можно еще ожидать некоторой импульсивности, она же все-таки наполовину человек, то о себе я такого сказать не могу. Но вот что я могу заявить совершенно точно – мою дочь уничтожить не позволю. У меня хватит личных способностей, чтобы расправиться со всеми, кто задумает нечто подобное. Это я и заявил архангелу.

– И какова была его реакция?

– По-моему, он испугался еще больше, и впервые понял, с кем говорит. Я не смертный, не просто наделенный какими-то способностями. Я – Смерть! Я – конец, и я же начало.

– Возможно, это заставит его задуматься и воздержаться от глупостей. Хотя, не думаю, что он что-то решает. Да, он архангел, но его послали другие, более могущественные.

– В том-то и дело, – согласился Танат. – А эти готовятся к войне.

– Что?! – это известие, мягко сказать, удивило королеву.

– Они могут скрыть свое небесное царство от людей, да и большинства других существ, но не от меня. Я во все двери вхож. И я видел, как резиденция Светлых гудит, как растревоженный улей. Они что-то затевают.

– А не может все это служить лишь прикрытием для чего-то другого?

– Возможно, но их агрессия, если это слово, конечно, применимо к Светлым, направлена именно на мою дочь.

– Сдается мне, здесь затевается что-то грандиозное. Ведется какая-то тонкая игра. Мы должны вникнуть в нее и переиграть игроков, дабы раз и навсегда обезопасить Шерри.