Магия взгляда. Часть 2: Ливтрасир - Юрьева Ирина - Страница 39

“Муж” учил, что оно будет действенным только во время слияния тел, когда близок конец наслаждения, но ее Сила сработала раньше. Гость уснул, не коснувшись ее, а проснувшись, готов был исполнить любой приказ.

Так и пошло. “Господин”, как она называла того, кого раньше любила, не знал, что Изора слегка изменила “порядок воздействия”, так как всегда получал результат. Он хвалил ее, а она думала, как убежать. Зная, что “Служба Магии” вряд ли сумеет ее разыскать в Гальдорхейме, Изора теперь по крупицам искала все то, что хоть как-то могло ей помочь там устроиться.

Слух о том, что Агенор взбунтовался, не скоро достиг бы того дома, где он держал ее, но “господин” сам раскрыл ей все то, что узнал. Рассказав о случившемся, он ей сказал:

— Если сможешь себе подчинить Ливтрасира, получишь свободу. Я сам помогу тебе выбрать богатого мужа и отпущу навсегда!

— Я сказала ему, что согласна, сама же решила остаться у вас в Агеноре, надеясь, что он не сумеет вернуть меня! — несколько раз повторила Изора, стирая ладонью бежавшие слезы.

— Зачем же тогда ты устроила то, что здесь было? — спросил Эрл.

— Откуда я знала, что ты не захочешь вернуть меня снова ему?

Вопрос мог показаться нелепым, но Эрл уже понял: Изора считала любовника магом, который не связан со “Службой”. Она опасалась, что двое волшебников очень легко найдут общий язык. Прожив несколько лет в заточении, женщина мало что знала о том, кто сломал ее жизнь.

— Маг не смог бы жить долго в одном месте. Слишком большой риск! — подумал Эрл. — Это, скорее всего, был какой-нибудь Мастер, решивший использовать Силу, которую он обнаружил в Изоре, для собственной выгоды, не сообщая о ней.

— Значит, ты полагала, что я, подчинившись твоим чарам, стану тебя защищать? — спросил Эрл. — И при том не хотела остаться со мной. Почему?

— Потому что с меня хватит разных волшебников! — вдруг с неожиданной злостью сказала Изора, прервав поток слез. — Мне без разницы: он или ты! Не хватало еще, чтобы я начала поджигать все подряд!

— Не начнешь.

— Все вы так говорите! Он тоже сначала твердил мне, что все его штучки — простая игра!

Неожиданно Эрл ощутил, что ему надоел разговор.

— Что ты будешь теперь делать? — прямо спросил он Изору.

— Не знаю, — покорно ответила та, вдруг утратив запал.

— Значит, так: можешь жить в Агеноре, но в Круг — ни ногой!

— А на что мне там жить? — равнодушно спросила она, словно бы и не веря ему.

— На что хочешь! Продай свои камни… Найди себе мужа… С твоим-то талантом легко это сделать! — с усмешкой сказал Эрл.

Поняв, что он вовсе не хочет ей мстить, она слабо ему улыбнулась.

— Вообще-то я думала, что ты убьешь меня… Знаешь, а ты ничего, Ливтрасир! Ты мне нравишься. Правда! Наверное, я бы могла полюбить тебя, если бы не эта Сила…

— А я тебя — нет, — сказал он. — Одевайся и уходи. Я устал!

Когда женщина вышла, Эрл сел. Пережитая сцена совсем измотала его, но казалась довольно забавной. Другой бы, наверное, начал терзаться, считая себя оскорбленным в своих лучших чувствах, однако ему было важно другое. Изора, придя к нему, знала, чего добивается. Но, когда образ, который она создавала, распался, он вдруг ощутил неподдельную искру живого нормального чувства. Эрл явственно слышал за старой обидой живой интерес.

— Я могла бы тебя полюбить, если бы не эта Сила…

И он ощутил в этот миг, что действительно нравится ей.

Да, Изора была не нужна ему, но, пообщавшись с ней, он ощутил: сердце женщины — вещь ненадежная. Доля секунды — и все изменяется. Выбрав однажды, она потом может не раз пожалеть.

Самым ярким моментом их встречи остался тот миг, когда Эрл принял гостью за Руни. Он понял, что если она будет рядом, он сможет забыть и простить. Да и что он ей должен прощать? То, что Руни не хватило решимости после его “смерти” выдержать натиск сестры, постоянно твердившей лесянке о “долге”?

Сегодня Эрл в первый раз понял, что решение Руни остаться с его старшим братом могло быть не только корыстным расчетом, но и порывом отчаянья. Если она, взвесив все, пожелала принять предложение Орма, сочтя его мертвым, то разве в каком-то глухом уголке ее сердца не теплилось пламя другой, как могло показаться, уже безнадежной любви?

Изначально все люди твердили, что Руни назначена Орму, однако она не любила его. При всей громкой, сверкающей славе Победителя серого Бера Орм был безразличен лесянке. Кто сможет поверить, что Руни могла позабыть тот порыв, что уже с первой встречи повлек их друг к другу, тот просто глупец! Да и что Руни делать в Гальдоре? Ее место здесь, среди тех, в ком такая же Сила, кто может понять ее!

Встав, Эрл прошелся по комнате.

Он должен ехать в Гальдор! Должен вновь найти Руни, напомнить ей прошлое и увезти в Агенор! Орм, конечно, придет в ярость, но разве Эрл еще должен считаться с ним после засады? Ничуть! Тот, кто рвется к намеченной цели ценой чужой жизни, обязан понять, что противник не станет щадить его чувств!

Открыв двери залы, Эрл вышел.

— Особое правило Мага: ничего не писать самому. Свиток может о нем сказать больше, чем ему нужно, — об этом Эрл прочитал раз, наверное, пять или семь. В каждом своде Законов и сборнике правил, хранящихся в Зале Запретного, был такой пункт.

Разыскав писца, Эрл приказал:

— Ты напишешь письмо в Гальдорхейм и отправишь гонца рано утром. Послание важное!

Тот не стал спорить. Диктуя ему, что писать, Эрл не думал, что время, прошедшее после его мнимой смерти, могло изменить очень многое. Жизнь Гальдорхейма казалась похожей на тихую заводь, где только простая рябь может на миг потревожить зеркальную гладь. Но утихнет живой ветерок, и опять все по-прежнему.

В памяти Эрла Орм был Победителем Бера, вождем вирдов. Да, в Агеноре приходили охотники из Гальдорхейма, однако Эрл их избегал. Он совсем не хотел, чтобы кто-то узнал его. Он не хотел лишний раз слышать о своем брате. Зачем? Для чего? И теперь он писал Орму, как равный равному, веря, что тот не поймет настоящую цель Ливтрасира. Союз против Скерлинга и “Службы Магии” вряд ли покажется Орму особенно важным, но это хороший предлог для приезда посланца, которым потом станет Эрл.

Если “Служба” опять попытается взять Агенор, то Горад с Йонном смогут воздвигнуть сияющий Купол, а Сила детей даст возможность поддерживать эту Защиту. Он может уехать, ничем не рискуя!

Эрл думал, что все просчитал, но уже очень скоро Судьба поднесла ему новый, не слишком приятный сюрприз.

Глава 9.

Предлагая оставить в Кругу ребят из катакомб, Эрл и Йонн понимали, что могут подумать родители. Потеряв их однажды, они не пришли бы в восторг от повторной разлуки. Желая избегнуть конфликта, они предложили их семьям поселиться в Кругу. И теперь все ребята, закончив занятия, как и обычные дети, возвращались домой.

Если бы не знакомство с Изорой, Эрл вряд ли бы так осторожно воспринял приезд в Агенор незнакомца, которого вскоре прозвали Магом Цветов. Он не мог объяснить ни Гораду, ни Йонну, что насторожило его. Маг Цветов не искал встреч ни с кем из них и не пытался проникнуть в Круг. В первый же день, сообщив, что бежал из Гокстеда, он стал заниматься своим прорицанием.

Кое-кто из родителей, живших в Кругу, ходил к Магу Цветов. Не решаясь испробовать лично искусство приезжего, чтобы случайно не выдать ему своих тайн, все они, как один, наблюдая за ним, решили, что Маг не опасен.

— Он тот, кто он есть: прорицатель, — не раз повторяли они Йонну.

Так получилось, что именно Йонн оказался им ближе других. Горад мало что смыслил в обыденной жизни, идти к Ливтрасиру им было неловко, а Йонн был своим. Он здесь вырос, он был одним из них, хоть и волшебником. Позже, узнав, что Йонн, как и их дети, прошел катакомбы, они еще больше его полюбили.