Зеркало ее сновидений - Дональдсон Стивен Ридер - Страница 103

Но что случилось с двумя трупами в лужах крови, достаточной еще на пять или шесть человек?

Одно из двух, миледи, причем и то, и другое — предательство чистейшей воды. Либо Эремис и Гилбур встретились с лордами, намереваясь предать Мордант, выпустив своего Воина, застигли принца Крагена за тем, что он шпионил за ними, и его телохранители погибли, защищая его жизнь. Либо Эремис и Гилбур встречались с принцем Крагеном, а лорды застали их планирующими предательство Морданта, и его телохранители погибли, защищая его жизнь. В обоих случаях получается, что Файль пришел ко мне лишь потому, что Эремис и Гилбур пытались опередить его.

Что же относительно крови и отсутствия тел? Кресло — ваш ответ на этот вопрос. Людей, которые сражались за вас и погибли, унесли в один из тайных ходов.

Наличие кресла в шкафу объясняет многое. Оно объясняет, как вам удалось выжить во время нападения на вас в первую ночь после вашего появления здесь. Ваши союзники — я имею в виду, союзники Эремиса — пришли по тайному ходу вовремя и успели спасти вас. Затем они вернулись туда, где прячутся и до сих пор.

Ужас сдавливал ей горло, мешал дышать. Леббик был так близок…

— В довершение всего, — продолжал Смотритель, — при обычных обстоятельствах я сказал бы, что вы пробыли здесь слишком недолго, чтобы устроить столь обширный заговор. Эремис, может быть, самый великий развратник в Морданте, но даже женщине нужно время, чтобы пасть так низко. Однако времени у вас было гораздо больше, чем мне казалось, — вопреки моим предположениям, вы не сидели, заперевшись в своей комнате.

Каковы ваши замыслы, миледи? Какое зло вы для нас готовите? Или есть третье объяснение, еще худшее преступление?

Он надвинулся на Теризу, глядя со всей яростью, на какую был способен, прямо ей в лицо. Териза задрожала, но не смогла отвести взгляд. Его гнев крепко удерживал ее.

— С какой целью вы здесь? То, что Эремис забыл всех остальных любовниц, достаточная для вас награда? Или вас интересует что-то другое? Может, вас послал сюда Архивоплотитель?

Отбросив в стороны мокасины, он схватил Теризу за руки, и его пальцы впились в ее тело.

— Скажите мне, кто же выступает на стороне короля, миледи? Неужели все предатели?

Оставьте меня в покое я ни в чем не виновата я вообще не понимаю о чем вы говорите!

Он встряхнул ее так, словно собирался впиться зубами ей в глотку.

— Почему вы не воспользовались тайным ходом для возвращения в свои комнаты? Тогда вы были бы спасены. Никто бы не знал, что вас что-то связывает с мертвыми телохранителями.

— Да потому что он ведет совсем не туда! — закричала она.

Она замолчала и, похолодев, уставилась Леббику в лицо. На его губах заиграла улыбка.

— Хорошее начало, миледи, — процедил он сквозь зубы. — Так куда он ведет?

Она не могла рассказать это. Если она ответит, то предаст Мастера Квилона и Знатока Хэвелока, а также Мисте. Она и без того сказала уже слишком много.

На этот раз она спровоцировала Смотрителя сознательно. Сама Териза, а не дерзкий незнакомец, произнесла:

— Я не заслужила подобного грубого обращения. Будь здесь ваша жена, ей стало бы стыдно за вас.

После этих слов от ужаса у нее закружилась голова. Она увидела, что глаза Смотрителя расширяются, словно у безумца, но вдруг перестала понимать происходящее. Он заговорил, но его слова казались для нее иностранной речью.

— Благодарю вас, миледи. Я не испытывал такого удовольствия с тех пор, как король Джойс разрешил мне отомстить тому самому командиру гарнизона. — Сквозь пелену ужаса она видела, как он отпускает ее, отводит свою руку назад и с размаху бьет тыльной стороной ладони ее по лицу.

Териза инстинктивно втянула голову в плечи и выставила руки перед собой.

Удар оказался достаточно силен, чтобы отшвырнуть ее к двери. В ее ушах зазвенела боль. Теризе показалось, что она ослепла; все, что она видела — это Смотритель, уставившийся на свою руку, словно та принадлежала кому-то другому.

У боли был свой голос. Этот голос спросил:

— Что же я делаю?

И тут Териза услышала, что кто-то стучится в дверь.

— Идите прочь! — проревел Смотритель.

— Прошу прощения, Смотритель, — голос стражника. — Приказ короля.

— Короля? — Смотрителя Леббика чуть не хватил удар.

— Он хочет побеседовать с леди Теризой. Мне приказано сопроводить ее к нему, — лицо Леббика выражало такую ярость, что голос стражника чуть дрогнул. — Он желает побеседовать с ней немедленно.

— Она находится под арестом. Ей предстоит заточение в подземелье.

— Смотритель, мне было специально сказано уведомить леди, что она не находится под арестом.

Смотритель издал сдавленный яростный хрип, идущий из глубин души.

Чьи-то руки приподняли ее, ставя на ноги. Через мгновение она увидела, что это руки Смотрителя Леббика. — В один прекрасный день, миледи, — сказал он тихо, — мой час все же настанет. Когда это случится, вам уже не удастся избежать моей кары.

И он оставил ее на попечение стражника.

16. Кто тебе друг

Хотя идти было трудно — боль перекатывалась по голове взад и вперед, и только с помощью стражника ей удавалось держаться прямо — Териза была рада спасению. Вне всяких сомнений.

Но с какой стати король Джойс послал за ней именно сейчас? Откуда он знал, что ее следует спасать?

Откуда он вообще знал, что она находится под арестом?

Териза просто поражалась тому, как много знают все остальные в сравнении с тем, как мало знает она сама.

— С вами все в порядке, миледи? — спросил стражник.

В его голосе хорошо различалось облегчение и беспокойство. Но почему-то никто пока не упоминал о Мисте. Неужели ее еще не хватились? Задумавшись об этом, она забыла про вопрос стражника.

Он слегка встряхнул ее и переспросил:

— С вами все в порядке?

Ее зрение пришло в норму. Однако оставалось странное впечатление, что она видит все как бы в кривом зеркале. Углы, под которыми стены соединялись с полом, казались неправильными. Дверной проем, напротив, каким-то слишком правильным, до неправдоподобия. С ее восприятием явно что-то было не в порядке, но такое положение дел ее устраивало — это безумие помогало переносить боль в голове.

— Миледи? — беспокойство стражника заметно усилилось.

— Вы знаете?.. — начала Териза; но слова так и не покинули ее горло. Она попробовала откашляться, держать голову прямее. — Вы знаете, почему он меня ударил?

— Нет, миледи. — Стражник стоял рядом с ней, придерживая ее одной рукой за спину, а другой за плечо. Териза до сих пор не имела представления, как он выглядит. — Меня там не было.

— Он ударил меня, — повторила она отчетливо, — потому что я разозлила его. — Внезапно ей захотелось смеяться. Или плакать; трудно было понять разницу. Она разозлила его, она, Териза Морган. Это стоило того, чтобы получить оплеуху. Может быть. — У меня кружится голова.

— Сюда, миледи.

Стражник осторожно подвел Теризу к креслу, затем сунул ей в руку бокал с вином. Она сделала большой глоток, и на мгновение ощутила, как иглы впиваются в ее мозг. После этого почувствовала себя лучше.

С трудом ей удалось произнести: — Благодарю. — Больше всего ей сейчас хотелось прилечь вздремнуть. Но существовала какая-то причина, по которой она не могла этого сделать. Какая же? Ах, да. — Вы сказали, что король хочет побеседовать со мной?

— Да, миледи. Как только вы почувствуете себя в силах идти.

Териза повернула голову, чтобы посмотреть на него и улыбнуться. Она не помнила, видела ли его раньше. Он был моложав, с узким лицом и серьезным взглядом — наверное, не лучший кандидат для передачи сообщения, вызвавшего у Смотрителя Леббика приступ ярости. Но он выполнил приказ, и она испытывала к нему благодарность за вежливое обхождение.

— Давайте попытаемся, — сказала она. — Возможно, когда я пройдусь, мне станет получше.