Зеркало ее сновидений - Дональдсон Стивен Ридер - Страница 174

— И что же вы празднуете?

Знаток Хэвелок хмыкнул.

— Что мы празднуем? — Голос Тора звучал уныло. — Мне казалось, мы горюем.

— Горюем? Мой старый друг, — король Джойс ласково посмотрел на Тора. — Чего ради? Это празднование, поверь мне.

— А, ну конечно, мой владыка король, — Тор махнул рукой. — Празднование. Я оговорился. — Его печаль была очевидной. — Алендский монарх окружил Орисон. Твоя дочь отравила нашу воду. Пока мы сидим здесь, люди Пердона умирают, сражаясь безо всякой надежды против Кадуола. И королевский воплотитель Знаток Хэвелок… — Он вежливо кивнул в сторону Хэвелока, — …сжег единственную возможность выяснить, где — и кто — наш главный враг. У нас есть повод для празднования, раз уж нам не осталось ничего, кроме как печалится.

— Глупости, — мгновенно ответил король. Хотя выражение его лица было мрачным, он, похоже, пребывал в хорошем настроении. — Все не так уж безнадежно, как ты думаешь. Леббик неплохо разбирается в осадах. У нас достаточно рострумского вина, вода нам не нужна. Поняв, что мы не дадим ему подкрепления, Пердон отодвинется и пропустит Фесттена. И, таким образом, убийства прекратятся.

Он, казалось, не обращал внимание на то, что его слова не звучали достаточно убедительно.

— А смерть арестованного? — мрачно спросил Тор.

Король Джойс пропустил эту реплику мимо ушей.

— Кроме того, у нас есть повод для празднования. К нам пришла леди Териза. Разве не так, миледи? — спросил он Теризу, и снова обратился к Тору: — Если я не ошибаюсь, она пришла к нам рассказать, что все-таки нашла путь к спасению. Ход, спасающий от пата.

И снова Знаток Хэвелок хихикнул.

На секунду Териза чуть не потеряла голову. Спасение? Ход, спасающий от пата? Неужели король считает, что все это — некая огромная игра в перескоки? Тогда все они обречены.

К счастью, она вспомнила о причине, приведшей ее сюда, прежде, чем ею овладела паника. Джерадин. Это было крайне важно. Джерадин.

— Я не хочу ничего знать о патах. Или ходах. — Ее тон был слишком дерзким. Териза сделала над собой усилие и смягчила его. — Мой владыка король, я пришла потому, что беспокоюсь о Джерадине. Мастер Эремис хочет уничтожить его пред лицом всей Гильдии.

Король Джойс изобразил вежливое непонимание:

— Уничтожить его, миледи?

— Они с Мастером Эремисом собираются обвинять друг друга в предательстве Морданта.

— Понятно. И вы не считаете это патом?

— Нет. — Она не поддастся. Она старательно разыграет эту партию. — Нет, мой владыка король. Гильдия поверит Мастеру Эремису. — Теперь у нее уже не осталось сомнений. — А он лжет.

Тор повернулся в кресле, чтобы посмотреть на нее более пристально. Знаток Хэвелок ухватил свое кресло, повернул его и снова плюхнулся в него, чтобы, сидя, наблюдать за ней.

Но король Джойс не отрываясь смотрел в огонь.

— Мастер Эремис? — спросил он так, словно потерял к этому разговору всякий интерес. — Лжет? Это было бы рискованно. Он ведь может быть уличен во лжи. Только невиновные могут позволить себе лгать.

— Миледи, — спокойным тоном сказал Тор, — такие обвинения — вещь слишком серьезная. Мастер Эремис — человек с авторитетом. Гильдия должна получить серьезные доказательства, чтобы признать виновным кого-то из своих по обвинению какого-то пригодника-неудачника. Почему вы считаете, что Мастер Эремис лжет?

Она открыла рот и затем снова закрыла его. Что она может сказать? Та информации, что застряла у нее в голове, никак не хотела излагаться коротко. Что-то сказанное Мастером Эремисом… или сделанное?.. Или это был Джерадин?

Через мгновение Териза призналась:

— Я затрудняюсь объяснить это.

— Понятно, миледи. — И старый лорд перевел взгляд на огонь. — Вы просто верите Джерадину. Это вполне простительно. Я и сам ему верю. Но я не могу вам ничем помочь. Я уже больше не советник моего владыки короля.

Что?

Знаток Хэвелок оскалился в ее сторону.

Король Джойс вздохнул и откинул голову на спинку своего кресла.

— Мой старый друг чуть не свел себя в могилу, занимаясь делами Орисона. Он никак не хотел признавать, что уже не молод. К сожалению, это все же правда.

— Мой владыка король, — пояснил Тор, — дал приказ, чтобы мне не подчинялись. Разве только для того, чтобы позаботится обо мне самом. С появлением алендской армии моя власть кончилась. — Он хмыкнул. — Вы можете себе представить радость Смотрителя Леббика. Если помните, у него было подозрение, что я могу оказаться предателем. Хотя мой владыка король и не говорит этого прямо, но мне кажется, он снял меня с должности на тот случай, если подозрения доброго Смотрителя оправдаются.

При этих словах король Джойс дернул головой. Его водянистые глаза внезапно стали проницательными, рот скривился. Он ничего не ответил Тору и, глядя на Теризу, спросил:

— Так чего же конкретно вы хотите, миледи?

Она изумилась; в это мгновение все ее мысли были заняты сочувствием старому лорду.

Едва не заикаясь, Териза сказала:

— Джерадин не сможет оправдаться перед Мастерами. Эремис затопчет его в грязь. Вы должны остановить их. Не допустите этого.

— Но что, если Мастер Эремис говорит правду? — спросил король с коварством в голосе. — В таком случае Джерадин заслуживает ареста и наказания.

— Нет. — Териза потеряла способность соображать. Это было настоящее безумие. — Вы сами не верите в это.

Король Джойс пришпилил ее взглядом и произносил слова, словно забивал гвозди.

— Дело не в этом, миледи. Не в нем я сомневаюсь в настоящий момент. В вас.

Териза заморгала. Ее сердце снова тяжело забилось, разнося с кровью по всему телу состояние тревоги.

— Почему?

— Вы удивлены? Вы недооценили меня. А ведь я предупреждал вас, что эта игра — опасна.

После нашей беседы я приказал обыскать комнаты Мисте. Она не взяла с собой никаких личных вещей — ничего, напоминающего о детстве, ни единого из своих любимых подарков. Если бы она отправилась к своей матери, то прихватила бы все, что смогла унести.

Вы солгали мне, миледи. Вы лгали мне о моей дочери.

В груди Теризы все похолодело. Оба, Тор и Хэвелок, пялились на нее так, словно она прямо на их глазах превратилась в страшилище.

— Так куда же она на самом деле направилась?

Именно этого Териза и боялась; король Джойс уличил ее во лжи. Опасность лжи она познала еще будучи ребенком.

Попытка обмана была связана у нее с острыми ощущениями; боязнь быть наказанной заставляла ее дрожать от любого проявления родительского раздражения. И она хорошенько усвоила, что наказание будет хуже, если ее поймают на лжи.

Самым простым способом защиты было нападение, и Териза предприняла его, словно ей должны были что-то объяснять, а не она.

— Откуда вы знаете, что она пришла ко мне? Вы что, шпионите за собственной дочерью?

Знаток Хэвелок снова передвинул свое кресло к огню, сел и принялся щелкать пальцами.

Король продолжал какое-то время смотреть на нее. Она встретилась с ним взглядом, потому что побоялась не делать этого. Затем, внезапно, он сам отвернулся от нее.

— Вас предупреждали, — пробормотал он. — Помните об этом. Вас предупреждали.

— Милорд Тор, будьте так добры, вызовите стражников. Я хочу, чтобы эту женщину заточили в подземелье и она оставалась там до тех пор, пока не соизволит сказать мне правду о моей дочери.

— Нет! — крик вырвался у нее, прежде чем она успела сдержать себя. — Я скажу вам. Я скажу вам все, что угодно. Джерадин нуждается во мне. А если меня не будет, ему придется предстать перед лицом Гильдии одному.

Ни один из мужчин не смотрел на нее. Тор опустошил свой бокал, но не потрудился наполнить его снова.

Териза глубоко вдохнула и на секунду закрыла глаза.

— Она отправилась вслед за Воином. Она считала, что он нуждается в помощи. — Териза с трудом сглотнула. — Простите.

К ее изумлению, на лице короля Джойса мелькнула улыбка. Но уже через мгновение он был печальным и снова откинул голову на спинку кресла, чтобы отдохнуть.