Зеркало ее сновидений - Дональдсон Стивен Ридер - Страница 180

Этот аргумент остановил Теризу; ее словно окатили ушатом холодной воды. Это правда…

Это было в достаточной мере правдой, чтобы выставить ее дурой.

Но тем не менее это был ошибочный поступок. Прежде чем Эремис смог продолжить, многие Мастера взорвались смехом.

— С вашей репутацией в отношении женщин? — воскликнул воплотитель с гнилыми зубами. — И вы хотите убедить нас, что она выбрала неудачника Джерадина?

— Я не поверил ни в одно другое доказательство, — воскликнул другой Мастер, — но в это я верю. Если Мастер Эремис готов утверждать, что он не может отбить у пригодника женщину, то каждое слово, сказанное им, ложь.

— И наоборот, — вклинился кто-то с хохотом, — если Мастер Эремис готов утверждать, что он не может отбить у пригодника эту женщину, то она говорит чистую правду.

— Довольно! — рявкнул Мастер Эремис. Он принялся хлопать в ладоши, призывая к порядку. — С меня уже довольно!

Его крик звоном отразился от стен. Ярость в его голосе и жуткий блеск в глазах утихомирили всех, находящихся в комнате, призвав их к вниманию.

— Это возмутительно, что к моему служению Морданту и Гильдии относятся с таким недоверием. Это возмутительно, что любой из вас готов поверить обвинениям этого никчемного мальчишки. Но сейчас я докажу свои слова. Я попрошу рассказать обо всем Найла.

Мастера молча обратили на него взоры. Джерадин открыл рот, снова закрыл его; его лицо побледнело. Спрятанная где-то в глубине, внутри Теризы усилилась дрожь.

Мастер Квилон склонил голову набок. Через мгновение он прокомментировал тоном, в котором ощущалась тревога:

— Ради всех присутствующих здесь, Мастер Эремис, я надеюсь, вы уверены в том, что он скажет.

— Я уверен, — убежденно ответил Мастер Эремис, подчеркивая свои слова улыбкой.

Все посмотрели на Найла.

Брат Джерадина, казалось, совершенно не понимал происходящего. Его поза ничуть не изменилась; голова не поднялась. Гримаса, исказившая его черты, была столь же мрачной, как его отчаяние — глубоким.

Внезапно он повернулся и что-то прошептал на ухо Смотрителю.

Смотритель выслушал, нахмурившись, и сказал:

— Мастера, Найл хочет перемолвиться с Джерадином.

Найл уставился в пол.

Никто не двигался. Сердце Теризы ушло в пятки. Джерадин, стиснув зубы, до боли сжал кулаки и держал голову высоко поднятой. Мастер Эремис бросил на Найла оценивающий взгляд, но не сказал, о чем думал. Воплотители неуверенно поворачивались друг к другу, смотрели на Смотрителя Леббика и Квилона.

Наконец магистр с любопытством спросил:

— Зачем?

Смотритель Леббик пожал плечами:

— Наверное, хочет убедить Джерадина во всем признаться.

— Вы не возражаете?

Смотритель Леббик покачал головой:

— Комната охраняется. — Затем саркастически добавил: — В чем бы Джерадин ни признался, это будет изумительным.

И снова Мастер Квилон выглядел так, словно он хотел сбежать и спрятаться. Тем не менее он сказал:

— Давайте сядем. Пусть Джерадин и Найл отойдут в конец комнаты.

Мастер Эремис пожал плечами и подчинился. Остальные Мастера опустились на свои места.

Териза повернулась к Джерадину. Что Найл собирается сказать о тебе? О, Джерадин, что же не так?

Но Джерадин не замечал ее взгляда. Все в нем было сосредоточено на брате — брате, которого он хотел спасти от совершения предательства; брате, из-за которого он так страдал.

— Будь осторожен, — выдохнула Териза. Она ощущала, как над ним сгущаются тучи. Но способа предотвратить опасность не было. — Пожалуйста.

И, изнывая от предчувствия опасности, опустилась на скамью.

Джерадин, словно на деревянных ногах, подошел к Найлу.

Найл, увидев сапоги Джерадина рядом со своими, вскочил. По-прежнему придерживая руками края плаща, он направился в дальнюю часть комнаты — как можно дальше от Мастеров; в самую удаленную точку от Теризы.

Там он ждал, пока Джерадин присоединится к нему.

Мастера смотрели, не шевелясь. Челюсти Леббика прожевывали совершенно не перевариваемые мысли; его взгляд ни на дюйм не сходил с братьев.

Они стояли так, что спина Джерадина закрывала их от всех присутствующих. Териза видела лицо Найла; оно было решительным, и странным, и непроницаемым — и более отчаянным, чем когда он скакал по поручению принца, чтобы предать Орисон. Он выглядел как самоубийца, невероятно жалко, словно участвовал в таком преступлении, от которого страдал каждый дюйм его тела.

Он шепотом что-то сказал Джерадину.

Это видимо было нечто оскорбительное; Джерадин отреагировал так, словно ему нанесли удар. Он вздрогнул; подался вперед. Со спины показалось, что он ухватился за плащ Найла.

Между братьями на пол упал железный кинжал, с металлическим звоном ударившись о камень.

Он был покрыт кровью.

Найл откинулся к стене. Глаза его закатились, затем колени подогнулись. Джерадин попытался поддержать его, но тот рухнул на спину. Плащ распахнулся, открывая кровавую рану, которую нож проделал в его животе.

Как и кинжал, руки Джерадина были покрыты кровью.

26. Братоубийца

В оглушающей тишине вокруг и внутри своего сознания, Териза мысленно издала крик. К счастью, она не закричала вслух.

Мгновение вообще никто ничего не говорил. И никто не шевелился. Все просто смотрели на Джерадина и Найла.

Затем Джерадин издал сдавленный стон, и Гильдия словно взорвалась.

Мастера сорвались со своих мест и кинулись в самых разных направлениях. Смотритель Леббик ринулся, снося все на своем пути, словно снаряд, несущийся к Джерадину. Джерадин прижался к стене, будто его загнали в угол.

Перекрывая хаос, Териза крикнула:

— Джерадин! Беги!

И, словно она подожгла в нем запал, пригодник бросился к двери.

Но бросился слишком поздно и двигался слишком медленно; он был в шоке и не мог сравниться в реакции со Смотрителем. В это время еще несколько Мастеров кинулись в его сторону, видимо, пытаясь схватить, а может быть, надеясь помочь Найлу. Одним из них был Мастер Квилон.

По-кроличьи проворно он нырнул к Джерадину — и споткнулся.

Он упал прямо под ноги Смотрителя Леббика, подсекая его. Леббик рухнул на каменный пол.

Джерадин подскочил к двери и резко распахнул ее.

— Остановите его! — проревел Смотритель стражникам снаружи. — Остановите Джерадина!

Дверь захлопнулась как раз вовремя, чтобы отрезать его крик.

Мастер Барсонаж одиноко стоял посреди всего этого хаоса. Пока воплотители орали друг на друга, решая, в какую сторону следует бежать, он похлопывал рука об руку и смотрел в пустоту. Даже его тик на время прекратился.

Продолжая издавать рев, Смотритель бросился вперед, расшвыривая Мастеров в стороны, и достиг двери.

Мастер Эремис не был первым, кто подбежал к Найлу. Тем не менее он раздвинул всех, поднял окровавленное тело на руки и начал продвигаться к дальнему выходу.

— Лекаря! — закричал он, хотя поблизости не было никого, к кому мог бы быть обращен этот крик. — Ему нужен лекарь!

Териза бессознательно последовала за Мастером Эремисом и Найлом.

Внезапно кто-то коснулся ее руки. Заставив себя обернуться, она увидела Мастера Квилона.

Его глаза ярко горели; нос непрерывно дергался.

— Идемте! — приказал он голосом, который, несмотря на панику, охватившую Теризу, проник до ее сердца. — Мы должны помочь ему!

И в то же мгновение двинулся вперед, увлекая ее за собой, к двери, через которую только что вышел Мастер Эремис.

Двое стражников, ранее приставленных к этой двери, сейчас находились в комнате, с громкими криками пытаясь разобраться в происходящем и навести порядок. Мастер Квилон проскользнул мимо них. Они попытались остановить Теризу, но сразу же отпустили ее: все их внимание было занято паникой в Гильдии.

Слегка стесняемый в движениях серой мантией, хлопающей по его коленям, Мастер Квилон припустился бегом.