За Веру, Царя и Отечество - Шамбаров Валерий Евгеньевич - Страница 109

А положение его армия занимала сложное. 5-й Сибирский корпус, подвергшийся удару,- на левом берегу Вислы, а остальные корпуса - на правом. И между ними - единственный мост. Причем на правом, против главных сил армии, тоже начались атаки. Вот и гадай, где враг проводит главное наступление? Отправишь войска на левый берег - а вдруг это демонстрация? И попробуй верни их назад. Словом, Ренненкампф промедлил, пока не получил однозначных указаний Рузского. Что и позволило немцам вбить глубокий клин в расположение русских. Армия Шейдемана отступила к Лодзи. Ее правофланговый 1-й корпус, выдвинутый навстречу немцам, неприятель тоже потеснил, и фронт армии изогнулся дугой вокруг этого города. А Макензен перерезал железную дорогу Лович - Лодзь, вторую из трех коммуникаций, связывавших войска Шейдемана с тылом. 16-17.11 немцы выставили заслон против загнувшегося русского фланга и запустили в открывшиеся тылы сильную группировку ген. Шеффер-Баяделля из 3 пехотных и 2 кавалерийских дивизий - 48 тыс. штыков и сабель. Она стала обходить Лодзь с юго-востока и юга. Вышла на третью, последнюю железнодорожную артерию 2-й армии Варшава - Петроков и взорвала ее, создав угрозу полного окружения.

Немцы учитывали и психологический момент - что это ведь была та же самая армия, части которой всего 2,5 месяца назад побывали в кольце и подверглись разгрому. Поэтому кое-где началась и паника. В первую очередь, как это обычно бывает, в тылах, обозах, лазаретах, где люди не знают реального положения дел и чувствуют себя беспомощными. В Лодзи в этот момент находился с санитарным поездом депутат Думы и лидер партии октябристов А.И. Гучков. По натуре - отъявленный авантюрист и сорвиголова, успевший несколько раз подраться на дуэлях, побывать добровольцем на Бурской войне, а на Японской возглавлявший санитарный отряд и отправившийся в плен вместе с ранеными, чтобы защищать их интересы и не допустить расправ над ними. Теперь он писал знакомым, что "только чудо может спасти нашу армию", и уже настроился снова остаться вместе с ранеными в плену. Потом, кстати, вернувшись в Петроград, принес заряд паники туда - принялся "бить тревогу". Что вот, мол, от "общественности" скрывают истинное положение дел, а на фронте сплошные катастрофы - не успел приехать, как чуть-чуть беда 2-й армии не повторилась.

Но только стратегические познания Гучкова (будущего военного министра Временного Правительства) исчерпывались пальбой в бурских саваннах. А на самом-то деле ситуации на войне бывают разными, и "чуть-чуть не считается" или считается далеко не всегда. Разумеется, если действовать грамотно. Ведь те же глубокие обходы - маневр очень опасный и для тех, кто его производит. И если в Пруссии из-за ошибок Самсонова и Жилинского немцы смогли его успешно

Лодзинская операция

осуществить, избежав потенциальных неприятностей, то под Лодзью русское командование отреагировало хоть и с запозданием, но в целом четко и грамотно. Фронтовых частей 2-й армии паника отнюдь не коснулась - они видели перед собой врага, которого можно бить. И били, сами переходили в контратаки, не позволяя Макензену снимать войска для усиления обходящей группировки. А против нее командование фронта срочно стягивало силы с других участков. Прибыл кавкорпус Новикова, гвардейская кавалерия - им было приказано атаковать, не считаясь с потерями. Под Петроковом отличились своей отчаянной атакой кавалергарды, под Колюшками - нижегородские драгуны, отважно дралась 5-я кавдивизия, сшибаясь в рубках с 6-й и 9-й германскими кавдивизиями. Урон русская конница и впрямь понесла значительный, но противника задержала. А тем временем на направление прорыва выдвигались и разворачивались к бою части 1-го Сибирского и 5-го корпусов 2-й армии. А за счет сил 1-й армии на фланге у германского клина, в районе Ловича стали сосредотачиваться 2 корпуса для контрудара.

Немцы продолжали атаки и на правом фланге 5-й армии - их корпуса "Познань", "Бреслау", 5-я и 8-я кавалерийские и 7-я австрийская дивизии не оставляли попыток отбросить противостоящие им части Плеве и тоже прорваться в тылы 2-й русской армии, навстречу группе Шеффер-Баяделя, но успеха не имели. А русские 9-я и 4-я армии (после отмены общего наступления 4-ю вернули в состав Юго-Западного фронта) наседали на австрийцев и группу Войрша, не позволяя снимать отсюда части на главные направления. Ну а группа Шеффер-Баяделля 20-21.11 встретила оборону перекрывших ей движение пехотных дивизий и в упорных боях была остановлена. Одновременно части 1-й армии, собранные у Ловича, перешли в наступление во фланг прорвавшимся немцам, соединились у Лодзи с войсками 2-й армии и восстановили целостность фронта. Таким образом, 5 германских дивизий сами очутились в кольце. До 24.11 они вели ожесточенные бои в окружении, пытаясь прорваться назад и атакуя 63-ю и 6-ю Сибирскую дивизии, перекрывшие им пути выхода.

Однако Ренненкампф совершил еще одну ошибку. Чтобы облегчить Шеффер-Баяделлю выход из ловушки, Макензен усилил натиск с фронта, и командующий 1-й армии перевел часть Ловичской группы на другой участок, считая его угрожаемым. В результате окруженные немцы ночной атакой опрокинули боевые порядки 6-й Сибирской дивизии и вырвались, уходя на северо-восток. Их преследовала русская кавалерия, но кольцо уже разомкнулось, и они смогли добраться до позиций своей армии. Точнее, спастись из кольца удалось лишь жалким остаткам ударной группировки - из 48 тыс. осталось 6, остальные погибли, были ранены или угодили в плен. Людендорф писал: "Крупная оперативная цель, уничтожить русских в излучине Вислы, не была достигнута". Вместо повторения "Танненберга" сами немцы с трудом и огромными потерями вытащили из мешка свои дивизии. И единственным реальным результатом операции стал срыв русского вторжения в Германию. Что, в общем-то, тоже преподносилось пропагандой в качестве блестящего успеха.

Бои шли и на других участках. Так, Уссурийская казачья бригада наступала на г. Цеханов, а в тылу у нее, в местечке Сахоцин, остались обозы нескольких частей. И туда внезапно налетела германская кавалерийская бригада. Разогнала и пленила обозных, захватила массу трофеев, в том числе и знамя 1-го Нерчинского полка. И двинулась вслед за уссурийцами, чтобы ударить сзади и сорвать атаку на Цеханов. Один полк выступил вперед, другой потянулся по дороге чуть позже, увозя захваченное. Но в это время в Сахоцин возвращался из разведки хорунжий Григорий Семенов с 10 казаками. Узнав от своего вестового, сбежавшего от немцев, что произошло, будущий Забайкальский атаман мгновенно сориентировался и со своим разъездом неожиданно налетел на германский арьергард - спешившийся и разошедшийся по местечку эскадрон. Порубил и обратил в бегство заставу противника, и произошло невероятное - немцы, не разобравшись в силах русских и преследуемые казаками, кинулись удирать, заразили паникой своих товарищей, сопровождавших обозы, эта паника, усиливаясь, покатилась от хвоста колонны к головным эскадронам, и весь полк, бросив добычу, устремился прочь. И в результате дерзким налетом 11 чел. отбили знамя полка, 150 повозок, артиллерийский парк, освободили 400 пленных и сорвали вражеский удар в тыл своей бригады. Семенов был награжден орденом Св. Георгия IV степени, все его казаки - Георгиевскими крестами.