За Веру, Царя и Отечество - Шамбаров Валерий Евгеньевич - Страница 114

В результате всех этих мер к 10.12 австрийцы были остановлены. А 14.12 3-я армия завершила отход за р. Дунаец, и попытки противника форсировать реку на ее плечах также были отражены. Людендорф писал: "Генерал фон Конрад хотел охватить у Карпат южное крыло" русского фронта, однако успеха не добился. Нанес русским поражение "в сражении у Лиманова и Лепанова", но "охват ген. Бороевича из Карпат между г.Санок и р. Дунайцем скоро наткнулся на превосходящие силы противника, который не замедлил перейти в атаку". Вот только никаких "превосходящих сил противника" на этом участке не было. Четыре австро-венгерских корпуса наткнулись на три потрепанных русских - те же самые, что перед этим терпели поражение, но перегруппировались и были приведены в порядок. И перешли в контрнаступление. После жестоких встречных боев сломили зарвавшиеся австро-германские части и погнали прочь. К концу 1914 г. войска Юго-Западного фронта снова вышли к Карпатам и заняли перевалы. Брусилов за эту операцию был награжден орденом Белого Орла с мечами, Корнилов за свой карпатский рейд произведен в генерал-лейтенанты.

28. САРЫКАМЫШ

И Ермолов будет с нами,

Нам с ним весело идти!

Без патронов мы на шашки,

Каждый против десяти!

Казачья "ермоловская"

Для укрепления своего малочисленного и растянутого "пунктиром" фронта кавказское командование спешно изыскивало местные ресурсы. Правда, здешнее ополчение по своим боевым качествам выгодно отличалось от впервые взявших оружие "ратников", служивших на других фронтах. Так, было создано 11 казачьих полков третьей очереди - из казаков старших возрастов, которые порой могли дать фору кадровой молодежи. А поскольку районы Османской империи, где велись боевые действия, были в основном населены армянами, надеявшимися на освобождение, то началось и формирование армянских добровольческих дружин. Армяне призывались и на обычную службу, поэтому в дружины шли фактически тоже ополченцы-ратники, однако они были воодушевлены высочайшим национальным подъемом и становились отличными бойцами. В течение осени было создано 4 дружины, в каждой около тысячи штыков, и разведэскадрон в 70 сабель.

Командиром 1-й был назначен Андраник Озанян (или просто Андраник - у армян было принято обращение по имени), уже снискавший тогда репутацию народного героя. В юности он стал "гайдуком" в Сасуне, с группой таких же отчаянных парней месяц отбивался от турецких солдат в монастыре Аракелоц. Прославился во время рецидива резни в Сасуне в 1904 г., организовав оборону жителей нескольких деревень на г. Талворик. Потом эмигрировал. В Балканской войне сформировал отряд армянских добровольцев, сражался в составе болгарской армии, разгромил штаб турецкого корпуса и был награжден "Крестом храбрости". А теперь прибыл в Россию. 2-ю дружину возглавил Драстамат Канаян (Дро), впоследствии - военный министр Армении, 3-ю Амазасп впоследствии вместе с красными оборонявший от турок Баку, 4-ю Кери. Армяне всего мира с энтузиазмом начали сбор денег для дружин, добровольцы ехали из разных стран, тысячи желающих обращались в русские посольства и консульства в Египте, на Кипре, в Париже, Вашингтоне, Софии. И министерству иностранных дел пришлось решать массу вопросов, связанных с этим массовым порывом. Например, министр путей сообщения Рухлов писал Сазонову: "Милостивый государь Сергей Дмитриевич! В ответ на письмо от 10.12.1914 г. за № 876(1) я имею честь уведомить Ваше высокопревосходительство, что мною, по соглашению с министром финансов, признано возможным допустить бесплатную перевозку из Болгарии на Кавказ по казенным и Владикавказской железным дорогам в вагонах 4 и 3 классов зарубежных армян, поступающих в добровольные дружины для действия против турок при условии предъявления удостоверений от Российского посланника в Софии". Так что, конечно, добровольческих частей можно было создать гораздо больше, но... все упиралось в нехватку оружия. По мере подхода и мобилизации новых войск началось и постепенное упорядочение прежней импровизированной системы организации. И войска Эриванского и Макинского отрядов были объединены в 4-й Кавказский корпус, командиром которого был назначен генерал от инфантерии Петр Иванович Огановский.

Но во второй половине ноября ситуация на Кавказском фронте стала осложняться. Перед ним обнаруживались все новые турецкие соединения. Началось на флангах. Против войск Огановского появились вдруг подтянутые с юга арабские части. Атаковали и захватили перевал Клыч-Гядук. Отбить его было приказано Лабинскому полку. Стоял сильный мороз, снега уже навалило много, и спешившиеся казаки полезли на кручи, увязая по колено, а то и по пояс. Лишь к вечеру смогли добраться до исходной позиции, совершенно окоченевшие. Обмороженных оттирали спиртом, поили коньяком - на Кавказе его хватало, даже боролись между собой, чтобы согреться. А ночью ринулись в атаку. Но оказалось, что для легко одетых арабов такие условия стали еще более катастрофическими. 300 чел. уже замерзло, остальные были не в состоянии драться и сдались. Русские потери составили 40 чел. обмороженными. Наутро полк, а за ним и вся 2-я Кавказская казачья дивизия двинулись за перевал, в Дутахскую долину, громя и преследуя не ожидавшие этого турецкие части, 20.11 был взят г. Дутах. Враг бежал к Евфрату, и дивизия вслед за ними устремилась на г. Мелязгерт.

Но 3-й Волгский полк Тускаева вырвался далеко вперед и попал в ловушку курдов. Они пропустили и полностью перебили головные разъезды, а потом 5 тыс. всадников внезапно обрушились на полк. Обтекали со всех сторон, прижимая к Евфрату. Приданные орудия, едва успев развернуться, отстреливались картечью в упор - офицерам-артиллеристам при этом приходилось отбиваться и из револьверов. Смятые волгцы стали отходить, прорубаясь из окружения подразделениями и группами. На помощь начдив послал Лабинский полк. Он атакой отбросил противника, что и помогло сослуживцам вырваться, но затем курды опомнились и всей массой насели и на лабинцев. Казаки стали пятиться, огрызаясь контратаками. Выручил товарищей подъесаул Борисенко, отчаянно вынесшийся с пулеметом на фланг атакующих курдов и ударивший кинжальным огнем. Кое-как отбились. Но дивизия потеряла 130 чел., 2 орудия и пулемет, оставила Дутах и отошла за Клыч-Гядук, в Алашкертскую долину. А курдский бек, руководивший операцией, получил от кайзера германский Железный крест.